Юнис опустила голову и закрыла глаза. Питер ждал, глядя на нее. Наконец она посмотрела на него и быстро заморгала.
— Я тоже могу быть эгоисткой, Питер, — сказала она, пытаясь придать голосу как можно больше твердости. — У нас с матерью не так много денег, и она уже не сможет работать, я думаю, никогда. Мама — все, что у меня есть в жизни, и я ее очень люблю. Если мой брак с тобой даст ей шанс восстановить здоровье и вновь быть со мной, тогда — да, я выйду за тебя.
— Ты не будешь жалеть об этом, Юнис. Я свое слово сдержу. В понедельник я отвезу тебя к Армистиду, и мы договоримся с ним обо всем, что необходимо твоей маме.
— Спасибо, Питер. А я постараюсь быть тебе хорошей женой.
Он встал и протянул Юнис руку, чтобы помочь подняться.
— Что до этого, — небрежно ответил он, без улыбки глядя на девушку, — я не намерен навязываться тебе. Просто ты принимаешь мои условия, я — признаю твои. Я обеспечу твою мать всем необходимым на все годы, что будут ей дарованы Богом, а ты в ответ переезжаешь жить в старый дом Хендонов в вересковых пустошах как моя законная жена. Мой отец в завещании оговорил лишь одно: чтобы я приехал туда с женой. Но там ничего не сказано о любви, Юнис.
Глава 11
Всю бессонную ночь и томительное воскресное утро. Юнис Портер думала о поразительном шаге, который сделала. Питер Хендон импульсивно выбрал ее после случайной встречи в магазине. Она вынужденно приняла его предложение, чтобы сохранить жизнь матери. И все же, лежа с открытыми глазами на кровати, одна в маленьком пустом коттедже, она снова и снова с холодной логикой взвешивала все за и против этого решительного поступка, на который, оказывается, была способна.
Прежде всего, она не станет говорить об этом матери. Даже радостные новости могут стать шоком, если их сообщают так неожиданно. У Юнис будет достаточно времени рассказать обо всем после операции, когда мать восстановит силы и напряженное сердце немного успокоится. Со временем, когда она познакомится с женихом поближе и узнает лучше, чем эти несколько коротких дней, и самой Юнис все начнет казаться гораздо романтичнее. Мама так же щепетильна, как и она. Хладнокровное предложение, ее рассудительное согласие и брак по расчету с обоюдной выгодой для партнеров может стать поводом для ссор и разногласий между ней и матерью. Нет, она никогда не скажет ей, что вышла за Питера Хендона, надеясь избавиться от всяких затруднений в оплате медицинских счетов за операции, которые могут спасти матери жизнь. Юнис прекрасно знала, что та станет категорически возражать и не позволит ей пройти через такое, даже если это будет стоить ей шанса на жизнь.
Но если не говорить, что она собирается замуж, как объяснить свое отсутствие в Лондоне и увольнение с работы у миссис Мэдден? К тому же Юнис не сможет ее навещать.
Придется в первый раз солгать матери. И при этом нужно быть разумной и достаточно логичной, чтобы не вызвать ни малейших подозрений или беспокойства. Все должно выглядеть истинной правдой.
Совершенно ясно, что это будет брак без любви. Юнис всегда представляла себе замужество как неразрывный союз между двумя людьми, которые торжественно обещают любить и уважать друг друга, клянутся в верности и доверии. Это союз на всю жизнь. А не изощренная игра в ежегодную смену партнеров или только маска преданности, скрывающая тайные встречи с настоящей любовью. Выйдя замуж за Питера Хендона и приняв его условия, как и он примет ее, — Юнис приговаривает себя к постоянству без любви, без детей, без всего, что значило для нее замужество.
И все же, несмотря на это, она хотела выйти за него. Мать вырастила ее, всю жизнь была ее другом, Юнис стольким обязана своей маме! И это долг, который она должна отдать, пусть даже ценой собственного счастья.
В конце концов, подумала Юнис с юмором, у них будет интеллектуальное общение, общие книги, а потом из этого может вырасти нечто вроде взаимного уважения и привязанности. Многие современные браки держатся и на меньшем. И если Питер Хендон на самом деле такой порядочный человек, каким кажется, и Юнис даст ему ключ к независимости, поспособствовав этим его карьерному росту, значит, она поможет двум жизням — его и маминой.
Когда Юнис отправилась в Дорсет, в ее мыслях был полный порядок. Она купила огромную охапку сирени и прихватила одну из приключенческих книг Девида Доджа, которую мать еще не читала. Миссис Коннери она сказала, что завтра договорится о длительном пребывании ее матери в клинике, и отдала двадцать пять фунтов — все свое жалованье за отпуск. Это смягчило суровую сестру-хозяйку, и она, улыбаясь, даже проводила Юнис до палаты. Идя по коридору, девушка закончила сочинять историю, которую собиралась поведать матери.
— Мама, как приятно тебя видеть! — Юнис быстро подошла к креслу-качалке, в котором сидела Синтия Портер, и расцеловала мать.
— Юнис, дорогая, больше никаких цветов! — смеясь, запротестовала та. — У меня все еще стоит тот огромный букет, что ты принесла на днях.
— Я хотела бы каждый день приносить тебе цветы, мама.
— Я знаю, дорогая, ты бы так и делала, — прошептала Синтия Портер, гладя волосы, цвета меди. — Как дела в магазине?
— О, у меня есть новости для тебя, мама. Мне предложили совершенно замечательную работу в качестве компаньонки пожилой женщины. Я буду читать и присматривать за ней как сиделка, за исключением тех случаев, когда она будет болеть. А в магазине дела идут сейчас очень вяло. Да и платить на новом месте будут больше. Я бы продолжала работать у миссис Мэдден, если бы хватало жалованья, ты же знаешь, мама.
— Но она была так добра к тебе, Юнис, да и ко мне внимательна — прислала прекрасную сирень.
Юнис выпрямилась. Ее поразил болезненный цвет лица матери, заметно ввалившиеся щеки, бледные губы. И эта зловещая синева кожи стала еще заметнее. Плохое состояние матери укрепило решение Юнис принять предложенную Питером Хендоном сделку.
— Да, я знаю, мама. Но летом в магазине всегда затишье. Джанис завтра отправляется в отпуск, и даже сама миссис Мэдден берет сейчас неделю отдыха. Я остаюсь за главную. Так что видишь, как идут дела. Поэтому, когда появилась эта новая работа, я хорошенько подумала и решила согласиться. Я встретила этого человека в магазине.
— Где ты будешь работать?
— Это не в самом Лондоне, но не так далеко от него. Жаль только, что я не смогу так часто навещать тебя. Но зато я заработаю много денег, и тебе совсем не придется беспокоиться ни об операции, ни о чем другом.
Синтия Портер протестующе протянула руку, ее глаза расширились от беспокойства.
