Врач посылает пациента на прием к онкологу, когда полагает, что больному либо необходима химиотерапия, либо стоит как минимум обсудить этот вопрос уже предметно со специалистом.
Задача онколога заключается не в том, чтобы уговорить вас согласиться на лечение, – назначение курса химиотерапии для него стандартная процедура. Через среднестатистического онколога за год проходят сотни пациентов, так что болезнь, которая вам кажется чем-то уникальным, довольно обыденная вещь для него. По этой причине онколог может неумышленно упустить какую-то критически важную для вас информацию. Хороший тому пример – минимизация вреда, наносимого организмом химиотерапией, так как врач и пациент по-разному смотрят на этот вопрос. В процессе обсуждения побочных эффектов химиотерапии врач в спешке может подробно разобрать только самые, по его мнению, важные из них, лишь вкратце коснувшись остальных.
«Вы сказали мне про возможность возникновения инфекции и выпадение волос, однако не упоминали, что меня будет тошнить так сильно, что я не смогу встать с кровати, – в слезах возмутилась одна пациентка. – Я всю неделю не могла оторвать голову от подушки. Это в десять раз хуже, чем когда я была беременной». Я почувствовала себя виноватой в том, что упомянула тошноту лишь мельком, хотя немало времени уделила маловероятному риску сердечной недостаточности.
«Звон в ушах просто сводит меня с ума, – заявил другой пациент. – Я справляюсь со всем остальным, но этот звон не дает мне покоя ни днем ни ночью. Как бы я хотел, чтобы кто-нибудь предупредил меня о том, что такое возможно. Зная об этом, я бы никогда не согласился на химиотерапию». Этот семидесятилетний пациент вскоре после прекращения химиотерапии, к нашему огромному сожалению, потерял слух. Он больше не мог наслаждаться любимой музыкой и впал в депрессию. Сложно сказать, стал бы он проходить химиотерапию, если бы кто-нибудь объяснил ему маленький, но вполне реальный риск оглохнуть. Эта проблема чудовищным образом отразилась на его жизни.
Чрезвычайно важно, чтобы во время обсуждения химиотерапии с пациентом врач обязательно рассказал обо всех потенциальных побочных эффектах и о том, насколько серьезными они могут быть.
Конечно, никто не может в точности предсказать, как именно подействует химиотерапия на каждого отдельно взятого пациента, однако врач всегда может принять во внимание ваш возраст, состояние вашего здоровья, перечисленные вами наиболее нежелательные побочные эффекты, а также саму форму предложенного лечения. Только так вы сможете принять обоснованное решение по поводу того, с какими побочными эффектами вы готовы смириться. Для диабетика с проблемными почками малейший риск их дальнейшего повреждения может оказаться неприемлемым, в то время как для актрисы камнем преткновения может стать вероятность потери волос. Если вы работаете преимущественно с бумагами, то пониженная чувствительность пальцев станет для вас не такой серьезной проблемой, как для профессионального пианиста, чья карьера может оказаться под угрозой, если он не будет чувствовать малейшее прикосновение клавиш. Женщина, на всю жизнь запомнившая ужасную рвоту от химиотерапии, проведенной двадцать лет назад, возможно, никогда не согласится в очередной раз через это пройти, а пожилой мужчина может отказаться от химиотерапии из-за вероятности сильного поноса, так как он и так постоянно мучается со своим калоприемником. Самое время упомянуть, что было бы неплохо взять с собой на прием еще кого-нибудь, особенно если предстоит принять окончательное решение.
Список побочных эффектов химиотерапии может ввести в ужас любого неосведомленного человека, однако современная медицина, к счастью, добилась огромных успехов в борьбе со многими из них. Онкологи постарше рассказывают, как в былые времена перед началом сеанса особенно токсичной химиотерапии им приходилось давать пациентам наркоз. К счастью, с появлением противорвотных препаратов подобная практика себя изжила. За последние годы мы также научились более эффективно использовать антибиотики, обезболивающее, факторы роста кровяных телец, возможность переливания крови и другие способы помочь пациенту справиться с химиотерапией. Когда я упомянула об этом одной двадцатипятилетней медсестре, проходившей химиотерапию для лечения рака груди, она посмотрела на меня неверящими глазами. Целую неделю после первого цикла химиотерапии она не вылезала из постели и даже в страшном сне не могла себе представить, что двадцать лет назад кому-то приходилось на порядок хуже. Ее случай стал еще одной яркой иллюстрацией того, что, несмотря на огромные преимущества химиотерапии, связанное с ней токсичное воздействие на организм было и остается серьезнейшим недостатком такого лечения, и каждый может оказаться жертвой затянувшихся последствий как физического, так и психического здоровья.
Не важно, насколько уверенно и решительно вы себя чувствуете, – наличие рядом человека, которому вы можете полностью доверять, поможет вам более трезво оценить полученную в ходе медицинской консультации информацию.
Именно поэтому жизненно важно быть максимально проинформированным по поводу того, на что вы подписываетесь.
Многие пациенты, разумеется, отважно соглашаются на отравление своего организма ради возможности поправить свое здоровье. Одни настраивают себя сами, другим решиться помогает поддержка со стороны окружающих. Остается только разобраться с самым главным – на какие побочные эффекты вашей стойкости хватит, а какие будут явным перебором? «Я готов пройти через этот чертов процесс, каким бы тяжелым он ни был, если вы сможете пообещать мне свет в конце тоннеля», – не так давно заявил мне Джеймс, электрик со злокачественной мезотелиомой. Миссис Джонс, семидесятишестилетняя вдова, выразила ту же мысль, но несколько другими словами: «Химиотерапия означает, что я на год исчезну из жизни своих внуков. Если я буду уверена, что смогу наверстать упущенное время за следующие пять-десять лет, то я на это пойду, но если вы не можете мне этого обещать, то мне стоит хорошенько подумать, стоит ли вообще решаться на такой шаг».
Джеймс и миссис Джонс не одиноки в выражении своего беспокойства по поводу того, сможет ли химиотерапия со всеми вероятными побочными эффектами хоть как-то улучшить их дальнейшую жизнь. Эта мысль возникает в голове у каждого пациента, независимо от того, говорит он это вслух или нет: «Стоит ли оно того?». Большинство людей пытаются понять, поможет ли химиотерапия продлить им жизнь. Ответ на этот вопрос можно воспринимать по-разному. «У вас довольно неплохие шансы», например, может выражать различную степень уверенности. Оценка рисков, связанных с химиотерапией, и ее потенциальной пользы для пациента – вычисление коэффициента риска – облегчается наличием общедоступных статистических данных. Конечно, каждый пациент, да и всякий врач, если уж на то пошло, будет интерпретировать сухие числа по-своему, однако для любого больного, сомневающегося в необходимости химиотерапии, было бы полезно попробовать в них разобраться. Позвольте мне вам вкратце объяснить, что представляют собой такие базовые понятия, как относительное и абсолютное снижение риска.
Мало кому нравится – и онкологи не исключение – говорить о статистике, тем не менее позвольте мне продемонстрировать на простом примере, насколько полезной она может оказаться. Возьмем группу, состоящую из ста пациентов с одинаковой формой рака на одной и той же стадии. Без химиотерапии в течение следующих пяти лет девяносто восемь из них останутся в живых, а двое умрут. С химиотерапией выживут девяносто девять, а умрет только один. Относительное снижение риска составляет пятьдесят процентов, так как химиотерапия помогла выжить половине пациентов, которые иначе бы скончались. В то же время абсолютное снижение риска составляет всего один процент, так как фактически химиотерапия спасла от смерти только одного человека, а девяносто восемь выжили бы и так. Таким образом, химиотерапия помогла одному из ста, однако здоровью всех ста пациентов был нанесен чудовищный вред, который частично был заметен сразу, частично – нет.
Теперь давайте рассмотрим второй пример. Из ста пациентов с другим видом рака без лечения через пять лет в живых остается только пятьдесят – остальные пятьдесят умирают. Благодаря химиотерапии в живых остается семьдесят пять, и умирает только двадцать пять. Относительное снижение риска, опять-таки, составляет те же самые пятьдесят процентов, что и в предыдущем примере, так как химиотерапии удалось спасти от смерти половину пациентов, которым иначе было не избежать летального исхода – двадцать пять из пятидесяти. В то же время значение абсолютного снижения риска составляет уже двадцать пять процентов. Это значит, что из каждых ста пациентов, прошедших химиотерапию, двадцати пяти она принесет пользу. Конечно, потенциальный вред в этом случае будет также нанесен всем ста пациентам.
