– Знай наших! – восторженно крикнул видный бизнес консультант.
В кладовке Кролик перестал жевать праздничный лист салата и прислушался, пытаясь понять, кого именно имеет в виду профессор.
Консул сиял:
– …Наши народы настолько близки, что в какой-то исторический период даже существовал российско-норвежский язык…И ваша семья тому прекрасное свидетельство!..
Родственники заметно разволновались и обнялись, а Консул еще более воодушевился.
– …Я с большим удовлетворением отмечаю, наши страны договорились о разграничении Варангер-Фьорда!.. Надеюсь, наша работа позволит в будущем подписать соглашения и по другим спорным вопросам…
Все выразили безграничную радость по поводу разграничения Варангер-Фьорда, а Сидоров забеспокоился о судьбе уже родного для него Согнефьорда, где покоится родственный викинг, но, похоже, на этот фьорд и на могилу Паала Нильсена в том числе, никто не покушался.
Пригубив бокал в честь королевы Софии, чей день рождения сегодня отмечает вся Норвегия, Консул попрощался и, сославшись на напряженный график, отбыл вместе с помощницей, которой Ольга вручила букет Душистого горошка.
Его сотрудники быстро разобрали рамку безопасности, а Кролик был выпущен из кладовки и вознагражден премиальной морковкой.
Сидоров облегченно вздохнул.
С их уходом все принялись за еду, периодически произносили тосты за здоровье друг друга, за мир и дружбу, за королеву Софию.
Агриппине Петровне, наконец, удалось вклиниться и получить слово.
Вопреки опасениям, она стала рассказывать об удивительной норвежской королеве, которая была простой продавщицей и вынуждена была ждать целых 9 лет, пока король даст добро на ее брак со своим сыном Харальдом, после чего она сразу родила двух миленьких ребятишек – кронпринца Хокана и принцессу Марту.
Все вежливо поаплодировали и подняли тост за Софию.
Тут теща решила дополнить свое выступление и, достав книгу «Князья Голицыны. Слава России» собиралась, скорей всего, рассказать о славной победе над варягами.
Но по условному знаку Сидорова, Бэбик немедленно включил запись норвежской народной песни, которую запели все родичи, Кнут подыгрывал на аккордеоне, а Ваня кратко перевела
Друг другу
Сердца свои, Оружье и дружбу дарите, На радость, всем нам.
От щедрых подарков
Прочнее станет
Все понимающе засмеялись и, пока Ольга доставала подарки, теща поспешно протянула Юхану том «Князья Голицыны. Слава России».
Сидоров похолодел и, глупо улыбаясь, попытался отобрать у Юхана книгу, но тот вдруг заупрямился и подарок отдавать не захотел.
Профессор растерялся и сбивчиво попросил Ваню перевести:
– Сейчас нет смысла… брать этот… очень ценный подарок, потому что… – счастливая мысль пришла ему на выручку, – уже готовится перевод на норвежский язык, после чего мы… с радостью подарим вам эту замечательную книгу!
Юхан недоверчиво взглянул на Ваню и нехотя вернул том теще, которая позеленела от злости, но устраивать международный скандал не решилась.
Ольга принялась поспешно раздавать подарки родичам.
Кнут получил сборник русских песен для аккордеона и сразу же стал разучивать Вот кто-то с горочки спустился.
Бэбик подарил ему пару приличных наушников и сказал: – Круто!
Марта получила оренбургский пуховой платок и долго восхищалась изяществом шерстяной вязки, примеривая его и разглядывая себя в зеркале.
Юхан, лишившись подарка от тещи, смотрел недоверчиво, когда профессор вручил ему новейший мобильник и через Ваню объяснил, что он адаптирован к норвежской сети.
Юхан повертел в руках телефон, а затем стал знакомиться с его меню. Похоже, его все устроило, он молча пожал профессору руку и, сказав Скол! – довольно рассмеялся.
Сидоров вздрогнул, вспомнив воинственный клич викингов.
Деловая встреча с Ваней прошла на кухне, где Сидоров угощал ее кофе. Она сообщила:
– Почетный Президент Международной корпорации доктор Свенсон просил передать дорогому викингу, что его деятельность уже поддерживается мировым сообществом, и все мы рассчитываем на впечатляющий этап признания Организацией Объединенных наций Пушистых систем.
От имени и по поручению Международной корпорации Ваня обняла Сидорова и поцеловала в обе щеки. Затем она передала особо ценные подарки для Сергея Сергеевича и Великого Брахмана, а также структуру вновь созданного ОАО и красочно изданные Почетные Акции.
От предложенной Сидоровым встречи тет-а-тет Ваня мягко отказалась, и профессор даже не стал расстраиваться.
Нильсены были довольны и собрались уезжать, Бэбик включил гимн, но обошлось без спуска флага.
Родственники погрузились в лимузин и отбыли в гостиницу.
В эту ночь Сидорову снилось, что Агриппина Петровна с криками СКОЛ! готовится снять с него скальп, а королева София вежливо просит ее пройти через рамку безопасности, и лично мужественно успевает отобрать у нее кухонный нож.
Затем она собирается вручить Сидорову сияющий бриллиантами орден Святого Улафа V с лентой…
Но тут Сидоров просыпается от того, что кто-то жует его ухо.
И видит Кролика, который принес ему в постель экологически чистую
Норвежскую морковку.
ГЛАВА 28,
в которой старший агент влияния снова встречается с Сергеем Сергеевичем и узнает, что в его услугах нуждается вся налоговая служба страныСидоров уже как-то подзабыл о высказанных Сергеем Сергеевичем надеждах по улучшению с помощью Пушистых технологий налоговой системы.
Второй визит показал, какие ответственные и деловые люди стоят у руля фискальной службы.
При входе в здание его поджидал руководитель службы безопасности, который приветствовал профессора как дорогого гостя и лично провел Сидорова через многочисленные рамки и посты охраны.
Наконец, почетный профессор вступил в приемную, где его еще более приветливо встретила секретарша. Немедленно распахнулись двери кабинета, и сам Сергей Сергеевич вышел навстречу профессору, приветственно протягивая руки. Затем он обнял Сидорова и, проводив в кабинет, ласково усадил в самое удобное кресло.
Немедленно появилась секретарша, неся в руках поднос с уже знакомым Сидорову набором. Подняли тост за процветание фискальной службы и увеличение собираемости налогов.
Сергей Сергеевич был возбужден и радостно потирал руки, словно рассчитывал получить какой-то ценный подарок. Сидоров немедленно вручил ему ценный презент от Международной корпорации и Почетную Акцию Акционерного общества Твои Пушистые системы.
Сергей Сергеевич милостиво принял подарок и Почетную Акцию, но, похоже, сам собирался одарить дорогого профессора. Он вытащил из папки бумагу с красивым гербом и торжественно протянул ее Сидорову, тот бережно взял бумагу в руки и старался понять, что там написано, но Сергей Сергеевич не выдержал и, отобрав бумагу у Сидорова, радостно сказал:
– Нас одобрили, дорогой профессор!.. да-а-а… одо-о-бри-и-ли!!! – почти пропел он.
Сидоров выразил большое удовлетворение, не совсем понимая, чему так бурно радуется Сергей Сергеевич.
Тут раздался короткий зуммер от секретарши, Сергей Сергеевич снял трубку и, сказав переключи, встал из-за стола, дождался какого-то голоса, заискивающе сказал кому-то:
– Да, конечно… слушаюсь… сию минуту… даю… – и протянул трубку Сидорову.
Профессор с изумлением смотрел на Сергея Сергеевича, а тот указал вверх и шепотом сказал:
– Это Председатель… сам Виктор Викторович…
Сидоров опасливо смотрел на трубку, не решаясь взять, но Сергей Сергеевич почти силой вложил телефон в руку профессора. Затем, видя, что тот все еще находится в некоторой прострации, свистящим шепотом произнес:
– Поблагодарите же его…
Профессор хотел спросить, за что собственно надо благодарить, но в трубке раздался красивый баритон мужчины, который знает себе цену:
– Дорогой профессор, мы рады сотрудничать с таким большим ученым и надеемся, что с вашей помощью существенно улучшим нашу службу…
Сидоров, понуждаемый энергичными жестами Сергея Сергеевича, подобострастно поблагодарил Виктора Викторовича за высокое доверие и выразил надежду, что совместными усилиями удастся значительно увеличить собираемость налогов.
В трубке раздалось какое-то сопение и затем голос сказал:
– Да уж, очень бы хотелось…был рад… обнимаю…
Сидоров собирался также обнять Виктора Викторовича, но тот ждать не стал и вернулся к руководству важнейшей службы страны.
