Когда несколько минут спустя в пещеру вошел Галапас, я уже сидел у огня, опираясь локтем на свернутую куртку и сосредоточенно изучая книгу.
За полчаса до наступления сумерек мы отложили книги. Однако я и не думал собираться в обратный путь. Жарко пылал огонь в жаровне, наполняя пещеру теплом и мерцающим светом. Какое-то время мы оба сидели молча.
— Галапас, я хочу спросить тебя кое о чем.
— Да?
— Помнишь тот день, когда я впервые пришел сюда?
— Прекрасно помню.
— Ты знал, что я приду. Ты меня ждал?
— Разве я так сказал?
— Ты же знаешь, что сказал. Откуда тебе было известно, что я буду здесь?
— Я видел тебя в хрустальном гроте.
— А, это конечно! Ты повернул зеркало, так что на меня упал свет свечи, и ты заметил мою тень. Но я не об этом спрашиваю. Я имел в виду, откуда ты знал, что я именно в тот день собирался поехать вверх по долине?
— Именно на этот вопрос я и ответил, Мерлин. Я знал, что ты поднимаешься по долине, потому что еще до твоего приезда я видел тебя в гроте.
В молчании мы глядели друг на друга. Огоньки мерцали и перешептывались между нами, пригибаясь под легким сквозняком, уносившим дым из пещеры. По-моему, я тогда только кивнул в ответ на его слова. Это немногое я понимал. Спустя некоторое время я просто спросил:
— Ты мне покажешь?
Он еще мгновение внимательно разглядывал меня, а затем поднялся на ноги.
— Время пришло. Зажги свечу.
Я повиновался. Крохотный огонек затеплился золотом, расцветил тени, отбрасываемые пляшущим пламенем жаровни.
— Сними покрывало с зеркала.
Я потянул за край, и все покрывало упало мне на руки шерстяным комом. Я уронил его на стоявшую у стены кровать Галапаса.
— А теперь взбирайся на уступ и ложись.
— На самом уступе?
— Да. Ложись на живот, головой к расселине, так чтобы ты мог заглянуть вовнутрь.
— Разве ты не хочешь, чтобы я вошел внутрь?
— И взял с собой куртку вместо подстилки?
Я был на полпути к уступу. Резко обернувшись, я увидел, как он смеялся.
— Бесполезно, Галапас. Ты и так все знаешь.
— Однажды ты отправишься туда, куда я не в силах буду последовать за тобой даже магическим зрением. А теперь ложись, помни, ты не должен шевелиться, и смотри.
Я лег ничком на уступ. Он был широкий и плоский, я удобно устроился, пристроив голову, как на подушку, на сложенные руки, и заглянул в расселину.
Голос Галапаса внизу негромко произнес:
— Ни о чем не думай. Бразды пока в моих руках. От тебя не требуется ничего. Только смотреть.
Я услышал, как он пересек пещеру и подошел к зеркалу.
Пещера оказалась больше, чем я предполагал. Ее свод терялся в вышине, а пол был гладко утоптан. Я заблуждался и насчет кристаллов: свечение, отражавшее свет факелов, исходило лишь от лужиц на полу и от одного-единственного места на стене, где тонкий потек влаги выдавал источник, бивший где-то выше.
Факелы, вставленные в трещины в стенах пещеры, были дешевые: из тряпок, набитых в потрескавшиеся рога, — изделия, забракованные ремесленником. В спертом воздухе они угрюмо чадили. Хотя в пещере было холодно, люди работали обнаженными, если не считать набедренных повязок, пот стекал по их спинам, а они, не останавливаясь, мерными, бесшумными ударами врубались в скалу. Там, где уши должно было бы закладывать от грохота, царила мертвая тишина, но видно было, как ходят, вздымаются мускулы, блестящие от пота в свете факелов. Плоский выступ нависал над полом на высоте колена, а под ним, распластавшись на спинах в лужицах сочащейся влаги, два человека болезненными укороченными ударами долбили скалу в нескольких пальцах от своих лиц. На запястье одного из них я заметил морщинистый и блестящий рубец от старого клейма.
Один из каменотесов у гранитной стены согнулся в кашле, потом, бросив взгляд через плечо, подавил приступ и вновь принялся за работу. В пещере становилось светлее; свет исходил из квадратного отверстия, открывавшегося как дверной проем в поворачивающий за угол туннель: кто-то шел по туннелю, неся свежий факел — хорошего качества.
Появились четыре мальчика, грязные от пота и каменной пыли и обнаженные, как и остальные в пещере; они несли глубокие корзины, а за ними шагал мужчина, одетый в коричневую тунику в пятнах влаги. В одной руке мужчина держал факел, а в другой — табличку, которую внимательно изучал, нахмурив брови, тем временем мальчишки, подбежав к стене пещеры, стали насыпать в корзины осколки камней. Некоторое время спустя надсмотрщик подошел к стене и внимательно осмотрел ее, подняв факел повыше. Люди отошли назад, видимо, обрадовавшись передышке, а один из них заговорил с надсмотрщиком, показывая сперва на выработку, а затем в дальнем конце пещеры на сочившуюся там влагу.
Мальчики, наполнив и утрамбовав свои корзины, потянули их от стены. С ухмылкой пожав плечами, надсмотрщик достал из кошеля серебряную монету и уверенным движением игрока подбросил ее в воздух. Рабочие склонились посмотреть, что выпало. Тогда каменотес, говоривший с надсмотрщиком, повернулся к скале и с размаху всадил в трещину клин.
Трещина расширилась, и, затмевая свет, взметнулось облако пыли. А вслед за пылью хлынула вода.
— Выпей, — сказал Галапас.
— Что это?
— Один из моих отваров, не твоя настойка. Он совершенно безвреден. Пей.
— Спасибо. Галапас, сейчас грот по-прежнему хрустальный. В моем… сне он был совсем иным.
— Забудь пока об этом. Как ты себя чувствуешь?
— Странно… Я не могу объяснить. Кажется, со мной все в порядке, только голова болит, но… вот только это ощущение какой-то пустоты, как у раковины, которую сбросил моллюск. Нет, я — будто тростник, у которого вынули сердцевину.
— Свирель для ветра. Да. Спускайся к огню.
Когда я вновь сел на свое место с чашей подогретого вина в руках, он спросил:
— Где ты был?
Я рассказал ему об увиденном, но когда я стал расспрашивать его о том, что это значило и что ему известно об этом, он лишь покачал головой:
— Думаю, это уже выше моего понимания. Я знаю только, что ты должен поскорее допить свое вино и отправляться домой. Ты представляешь себе, сколько времени провел, лежа на уступе? Луна взошла.
Я вскочил на ноги:
— Уже? Должно быть, время ужина давно миновало. Если меня хватятся…
— Тебя не будут искать. Сейчас происходят другие события. Отправляйся, узнай все сам… и помни, что и ты — их часть.
— Что ты имеешь в виду?
— Только то, что сказал. Любыми средствами постарайся поехать с королем. Вот, не забудь. — Галапас сунул мне в руку мою куртку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
