Ему не было дела до роскошного ковра, он был ослеплен праведным гневом.
— Перестань, Люк. Все это я слышал бессчетное количество раз.
— Адриан… — начала Белла, но его ледяное равнодушие заставило ее высоко поднять голову, несмотря на подступавшие к глазам слезы, — лорд Шервуд, мне кажется, я имею права хотя бы объясниться с Вами?
— Вряд ли Вам есть что добавить к сказанному Кайлом.
— Но это несправедливо! — она по привычке топнула ногой и вскрикнув от боли, начала оседать на пол.
Адриан не шевельнулся, решив, должно быть, что все это притворство. Кайл с присущей ему прытью оказался рядом с девушкой, поддержав ее, но Белла его оттолкнула, опалив яростным шипением:
— Не прикасайтесь ко мне, милорд!
— Итак, юная леди, намерены ли Вы вернуться со мной в Блэквуд — хилл или предпочтете, чтобы за Вами приехал Ваш отец? — осведомился граф, оттеснив Адриана к двери, краем глаза заметив, как в его руке появился пистолет.
— Конечно, я намерена… Что Вы сказали?! Мой отец?
— Именно так, леди, герцог Блэкхарт ожидает Вас в моем доме.
— Какое ко всему этому отношение имеет твой приятель — герцог, Люк? — нахмурился Кайл, от неожиданности даже выпустив девушку из рук. Она тотчас проковыляла к графу, спрятавшись за его спину.
— Самое непосредственное, мой юный непутевый братец. Герцог Итан Блэкхарт ее отец и как ты полагаешь, Кайл, придется ли ему по душе то, что какой — то подонок обесчестил его дочь?
Кайл упал на диван, обхватив голову руками. Нрав герцога был ему прекрасно известен.
Тот мог, не задумываясь. пристрелить любого, кто перешел ему дорогу. Внешность добродушного с виду старичка таила в себе опасную натуру. Молодой человек чуть не застонал, осознав последствия того, что он натворил и в этот момент горько пожалел о том, что не может провалиться в ад.
Там ему было бы намного комфортнее, нежели предстать перед Его светлостью герцогом Блэкхартским.
— Впредь будь осмотрительнее, Кайл, — продолжал Люк, обнимая дрожащие плечи своей воспитанницы и уводя ее за собой во двор. У двери он оглянулся, — это будет тебе уроком, братец, но, клянусь, это в последний раз, когда я вступлюсь за тебя! Идем же, нам предстоит нелегкий разговор, но скажу тебе сразу, Кайл, больше на мое покровительство не рассчитывай. Пора тебе повзрослеть.
* * *
У Беллы дрожали колени, и не только от холода, пробирающего до костей в ночной час, когда они добрались до Блэквуд — хилл.
Дождь угомонился, изредка пролетали крупные капли, скатываясь за ворот платья, но она не чувствовала влаги, погруженная в свои мрачные мысли. Она сидела на величественном жеребце черной масти, принадлежащему графу, прижимаясь к теплому телу Люка, и украдкой бросала взоры на Адриана, который ехал рядом.
Его красивое лицо напоминало восковую маску, в прищуренных глазах, недавно с нежностью смотревших на нее, таился мрак. Изабель не привыкла падать духом, какой бы напряженной не была ситуация, но сердце ее сжималось при одной только мысли, что Шервуда она безвозвратно потеряла.
А ведь она так мечтала, что когда они, наконец, снова будут вместе, когда он вырвет ее из плена, она признается ему в своих чувствах. Белла смахнула непрошеную слезу, одиноко скатившуюся по холодной щеке, и горделиво вскинула голову, увидев первые башенки замка, четко проступающие на фоне черного неба.
Она обрела отца и брата, но лишилась самого важного, что было у нее — своего любимого.
Ей хотелось вновь очутиться в приземистой комнатушке приюта у Маризы, зарыться с головой в потертое одеяло и прижать к себе свою старенькую куклу. Там она не знала этих душевных мук и жила спокойно и безмятежно, несмотря на убогость комнаты и скудный гардероб.
Посмотрев на выросший впереди замок, девушка решила, что покинет эти места, как только у нее появится такая возможность. Теперь у нее есть семья, они помогут ей справиться с болью.
— Как Ваша нога, миледи? Вы можете самостоятельно идти? — осведомился граф, соскакивая с лошади и приготовившись помочь Белле.
— Думаю, это не столь страшная травма, милорд Люк, — тихо ответила она, спрыгнув на землю.
От невыносимого жжения в лодыжке она до скрежета стиснула зубы, но отказалась опереться на предложенную руку графа и вслед за ним поковыляла к двери, предусмотрительно распахнутой перед хозяином лакеем, вытянувшимся в струнку.
Знакомый гостевой зал, освещенный пламенем маленьких красных свечей, показался Изабель чужим и неприветливым.
Бросив взор на парчовый диван, она вспомнила, как еще недавно сидела на нем с Адрианом и он, смеясь, развлекал ее историями из своей юности. А вон арфа, на которой он учил ее играть. Недописанная картина, изображающая ее, Беллу, в образе гвардейца. В тот день они дурачились, она нарядилась в найденное в спальне графа обмундирование, а Адриан пытался ее нарисовать.
Девушка оглянулась, ища его взгляд, и вдруг увидела в его глазах смятение и страдание. Значит, он тоже помнит. Белла сделала к Шервуду шаг, но ее окликнули по имени. В тот же миг она очутилась в объятиях герцога, и, дав наконец выход напряжению, безудержно разрыдалась на его тощем плече.
Впервые за прожитые годы. Поток слез, казалось, не иссякал, и ничто не могло утешить девушку — ни ласковые уверения Беладонны, что все кончено и она в безопасности, ни растерянные несвязные бормотания Итана, нежно похлопывающего ее по спине, ни уговоры Дэмиана, который тоже пришел в растерянность при виде этой сцены.
Но вместе с тем, когда Изабель почувствовала себя значительно лучше, ее посетило умиротворение и неумолимо потянуло в сон. Она вымоталась, устала и жутко хотела есть.
— Ну — ну, дитя мое, вытри эти противные слезы, — приговаривал герцог, насквозь промокшим носовым платком утирая капли влаги с лица дочери, — все будет хорошо, мой цветочек, твой папа о тебе позаботится. Дай мне взглянуть на свое сокровище. Бог мой, как ты похожа на Лору, свою мать. Как жаль, что она не дожила до такого счастливого момента.
— Присядь, Белла, — Донна усадила ее на диван и опустилась рядом, обняв подругу за плечи, — сейчас приготовят ванну, и ты сможешь отдохнуть. Хочешь, я прикажу сделать твой любимый пунш?
— Уведи ее отсюда, Беладонна, — властно велел Люк, — нам нужно решить возникшие неурядицы.
— Да, милочка, пусть моя дочь отдохнет, но прежде я хочу услышать ее версию произошедшего, — герцог встал, заложив руки за спину, и прошелся по гостиной, — скажи мне, дорогая, этот него… лорд Блэквуд, он принудил тебя поехать с ним и причинил тебе какой — то вред?
Белла перевела взгляд на Кайла. Он понуро сидел в кресле, сжав голову руками.
В ее душе вдруг шевельнулась жалость к этому нерадивому, не приспособленному к нормальному существованию, человеку. Он не был настолько испорченным, как полагали все вокруг, и девушка вдруг поняла, что эти его выходки, это лишь желание привлечь к себе внимание.
Его сравнивали с прекрасно воспитанным старшим братом, что — то требовали в угоду условностям, а он всего лишь хотел быть самим собой — веселым и бесшабашным. Она посмотрела на новообретенного отца и отрицательно покачала головой.
— Нет, отец, милорд Кайл ни к чему меня не принуждал. Это было по моей воле.
Донна ахнула, в то же время с облегчением выдохнув. Люк резко повернулся, в его голубых глазах застыло удивление и растерянность. Дэмиан убрал руку с эфеса шпаги, так же в изумлении взирая на сестру.
Герцог шумно вздохнул, внимательно оглядел всех по очереди и подошел к окну. Изабель неподвижно стояла рядом с подругой, крепко сжимая ее руку.
Лорд Шервуд окатил возлюбленную убийственным, тяжелым, полным презрения, взором и, молча развернувшись, покинул зал. В повисшей тишине гулко раздавались его торопливые шаги, а звук хлопнувшей двери был подобен оглушительному выстрелу.
Белла сглотнула ком. Все кончено. Он ушел, ушел навсегда, считая ее пропащей и обманувшей его чувства. А она спасла от немилости герцога Кайла, но какой ценой… Она не могла даже заплакать, ощущая тупую боль в душе.
