Кастор начал беспокойно двигаться и тихо заржал. Перемена погоды всегда нервировала его. Нужно как можно скорее поставить его в денник. Том встал, потянулся и отвязал поводья от ветки дерева.
– Спокойнее, приятель. Скоро будем дома.
Он вскочил в седло и повернул лошадь в открытое пространство. Кастор подчинился, но Том мог сказать, что он этому не рад. Сгустившиеся серые тучи грозили ливнем. Посетители парка начали искать укрытие. Некоторые спешили к поджидавшим их каретам, другие торопились к выходу. Кастор тоже бы поспешил, он вскидывал голову, раздраженный тем, что Том заставляет его идти шагом. Несмотря на дождь, Том не хотел покидать парк. Он мог бы оставаться здесь часами, если бы погода была приемлемая, а лошадь более покладистая.
Когда дождь стал достаточно сильным и крупные капли потекли с полей шляпы Тома, он наконец уступил и пустил лошадь в галоп к воротам парка. На главной дороге он тщательно прокладывал путь среди карет и повозок, которые из-за грязи еле ползли. Вскоре он повернул к конюшне за домом Джеффри. Лучше самому поставить лошадь, чем просить кого-то из слуг Джеффри сделать это. Он хотел лично удостовериться, что Кастор должным образом вычищен и накормлен.
Только он завел Кастора в конюшню, как дождь хлынул как из ведра. Гроза бушевала почти час, капли барабанили по крыше, оглушительно гремел гром.
Когда ливень кончился, Том вышел во двор и посмотрел на небо. Солнце светило тускло, не играя яркими лучами, как часто бывает после летней грозы. Том было подумал снова оседлать лошадь, но отказался от этой мысли. Утро давно кончилось, и Лиззи будет ждать его к ленчу.
Том шел по улице, старательно обходя лужи, но, несмотря на это, его сапоги уже были все заляпаны грязью и скоро потребуют серьезной чистки. Это единственное, что Том с радостью поручил бы сделать другому. После сегодняшней прогулки ему, возможно, придется повысить плату камердинеру.
Дойдя до дома Саммервилла, Том остановился. Маленькая площадь была пуста, деревянные скамейки блестели от дождя, но Том все-таки перешел улицу. Он может потратить несколько минут, прежде чем войдет в дом. Он уселся на спинку скамейки и поставил ноги на сиденье, иначе сесть было нельзя без риска промочить брюки.
Он, конечно, знал, почему здесь остановился. Том изучал дом Маргарет, в тысячный раз задаваясь вопросом, что она делает. Тем временем у дверей особняка остановился кеб, из него вышли двое мужчин. Один подошел к двери и постучал. Второй коротко поговорил с кучером и тоже поднялся на крыльцо. Должно быть, он дал инструкции кебмену подождать, поскольку экипаж не двинулся с места. Том слез со скамейки и пошел к краю площади, чтобы рассмотреть все получше.
Первому мужчине было около пятидесяти, второй был значительно моложе, высокий и крупный. Оба были одеты в черное. В этом не было ничего необычного, черный – стандартный цвет мужской одежды, однако на мужчинах он казался зловещим. Они походили на гробовщиков.
Что они хотят от Маргарет?
Старший посетитель снова постучал в дверь. Стук был громкий и настойчивый, Том слышал его с того места, где стоял. Когда дверь наконец приоткрылась, то за ней стоял не дворецкий, как ожидал Том, а испуганная молодая горничная.
Мужчины задали ей вопрос и выразили неудовольствие ответом. Том не мог слышать разговор, но по жестам было понятно, что пришедшие настаивают на том, чтобы войти. Он также видел, что горничная не желает их пускать. Судя по всему, более крупный мужчина был готов выломать дверь, если понадобится.
Когда служанка на мгновение отвернулась, словно пытаясь расслышать то, что ей говорили из дома, посетители воспользовались этой возможностью. Широко распахнув дверь, они шагнули внутрь. Том увидел, что служанка, протестуя, двинулась за ними. Старший мужчина уверенно шел через холл, словно уже бывал здесь прежде. Оба пошли в комнату в дальнем конце холла и исчезли из виду. Понимая, что нет надежды выставить их, служанка поспешила закрыть входную дверь.
Какого сорта люди смеют силой входить в дом Маргарет? Они собираются причинить ей вред? В один миг Том пересек площадь. Возможно, у него нет права вмешиваться, но он был полон решимости сделать хоть что-нибудь. Он подошел к кучеру, который, прислонившись к фонарному столбу, грыз яблоко.
– Кто эти люди? – спросил Том, указав на дверь Маргарет.
Кучер небрежно оттолкнулся от фонарного столба.
– Простите, что, хозяин? – сказал он с сильным акцентом кокни.
– Кто эти люди, которых ты сюда привез? – снова спросил Том. – Как их зовут?
– Не мое дело знать имена тех, кого я вожу, – пожал плечами кучер. – Деньги у всех одинаковые.
– Ты представляешь, кто они?
– Лондон большой город, – ответил кучер, швырнув огрызок в сточную канаву. – Тут людей столько, что мне и не сосчитать.
– Где ты их посадил? В каком-нибудь деловом районе?
Кучер тер щетинистый подбородок, словно пытаясь вспомнить, как будто он не знал, где взял пассажиров, и уже не рассчитал плату, которую собирается с них получить. Единственное, что не изменилось за время отсутствия Тома в Лондоне, так это попытки кебменов выудить из пассажиров как можно больше денег.
– Где-то на Флит-стрит, – наконец сказал кучер.
От этого мало пользы, поскольку Флит-стрит – одна из самых многочисленных улиц Сити. Чувствуя, что терпение истощается, Том попробовал другую тактику.
– Полагаю, они заплатили тебе за ожидание?
– Да, – ответил кучер. Он улыбнулся, продемонстрировав такие щербатые зубы, что Том удивился, как он сумел съесть яблоко. – Три шиллинга за ожидание с обещанием удвоить общую плату.
Кучер выжидательно смотрел на него. Несомненно, он точно оценил финансовое положение Тома по его отлично скроенному костюму для верховой езды. Вероятно, он будет более сговорчивым, если в его руке окажется серебро.
Том вытащил из кармана полкроны.
– Так где ты их посадил? – спросил он, уронив монету в ладонь кучера, которая внезапно оказалась в нужной позиции.
– Откуда мне знать? – насмешливо спросил кучер. – Я их еще туда не отвез. – Он собрался сунуть монету в карман, но Том схватил его за запястье.
– Подумай, – сердито сказал Том, тряхнув его руку.
Кучер спокойно встретил взгляд Тома и сам смотрел на него оценивающе. Ясно, что за годы работы на улицах Лондона он имел дело и с более суровыми клиентами. И все же Том не отступал.
– Я сказал – подумай, – проворчал он, сильнее сжав руку кебмена и слегка выкрутив ее.
Тот заморгал, и Том понял, что выиграл.
– Я так думаю, что поблизости от Педли-стрит.
