Хмурюсь, но киваю. Эмоций слишком много, чтобы я могла их разобрать, только все немного иначе, чем я себе рисовала. Мы продолжаем вспоминать смешные моменты, но искры между нами больше не скачут. Юлия приходит спустя еще час и помогает превратить кусок размякшего от тепла наших рук нечто в кривоватую вазу, которую я забираю себе.
Макар отвозит меня домой и провожает до ворот.
— Спасибо за вечер, — улыбаюсь, держа в руках нашу работу.
— Тебе спасибо, — подмигивает он и тянется для поцелуя, но я подставляю щеку и вхожу во двор.
Привкус у этого свидания какой-то горький. Не знаю почему.
Глава 20
Утром усаживаюсь на пассажирское сидение маминой машины. Я знаю, что сегодня нам не по пути, однако ей не терпится услышать, как прошло мое свидание. Ну не при папе же! Это женские штучки.
Я рассказываю ей о совершенно неожиданном гончарном искусстве, о том, как Макар был обходителен и галантен, но вот о моих сумбурных ощущениях умалчиваю, спихнув их на волнение. Сначала сама хочу во всем разобраться, а затем уже передавать из уст в уста. Мама действия Ветрова одобряет, особенно ей понравилась та часть, где я попросила его отодвинуться, и он не стал настаивать. В общем печать «одобрено» стоит.
«Вижу, по-хорошему до тебя не доходит. Начнем.» — приходит с закрытого аккаунта инсты. Я к этим сообщениям уже порядком успела привыкнуть. Ну, Ксюха, если это действительно ты, копи на парик!
Её, кстати, вчера не было, так что сегодня ожидаю выплеска двойной порции яда. Не может ярая фанатка Ветрова не знать, с кем вчера уехал объект её фантазий. Такая-то новость, а Федорова не поучаствовала! И правда. Она явно заприметила меня, когда я только подходила к аудитории. Заранее заготовленная фраза должна была лететь стрелой. Ага. Сейчас!
— Вау, Арина, идешь как баронесса! Неужто корона Ветрова на ногу упала? — сухой веткой слова приземляются мимо.
Я заготовки не собираю, поэтому говорю то, что приходит в голову и спешит сорваться с языка. Грубо? Безусловно. Только уж слишком она меня достала!
— Если что-то куда-то и упало, то это ты на пол, когда мать тебя стоя рожала. Срежь клыки, пока я их не вырвала, — говорю довольно громко и Ксюша надув губы, отворачивается.
Не можешь, как говорится, не мучай! Или она думала, я буду молчать? Нет, правда! Ничему жизнь Ксюху не учит. Так заканчиваются все наши стычки: она меня задирает, я отвечаю, и она дуется, потому что не вывозит.
Тая подходит через несколько минут аккурат к началу пары. Только аудиторию никто не открывает. Под дверью стоим достаточно долго. Учебная практика началась уже минуты как три, но ни Кати Авериной, ни препода на горизонте не наблюдается. Коля залез на сайт — первая пара на месте. Тая тихонько отписала Марку, черпаем информацию откуда возможно, как говорится, только Аланьев про аспиранта ничего не знал.
— Пойду в деканат прогуляюсь, может, расписание передвинули, а изменения на сайт не внесли.
— Хорошая идея, Ари, — соглашается Ленка, — наши кошелки с нововведениями дружат со скрипом.
Прошу Жарову отписать мне, если Корев таки явится и шагаю к кабинетам. В холле второго этажа встречаю Машку с Сашей.
— Ты теперь с Ветровым, правда? — спрашивает последняя после «здрасьте».
— А у вас как дела? — скользнув по Саше безразличным взглядом игнорирую вопрос, переключив внимание на Лунёву.
— Нормально, — сглаживает, улыбнувшись она, —вечеринка у меня в следующую пятницу. Приходи, а? Будет круто!
— Я кину тебе смс в четверг, ладно? Еще не знаю.
Я собираюсь прощаться, потому что здесь исключительно в роли миротворца, исполняю добровольческую миссию по выяснению учебного процесса, однако откланяться не успеваю.
— А Даяна еще в городе? — вставляет Саша.
— Я тебе не гугл на вопросы отвечать, не по адресу задачки. Увидимся, Мань, — чмокаю её в щеку и направляюсь куда шла.
Полоса препятствий какая-то, потому что дверь открывается, и я врезаюсь в Макара. Он удерживает меня за талию, не давая упасть, а я невольно ухватилась за его плечо. Сейчас вот отпускаю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Привет, — здороваюсь, до конца восстановив равновесие.
— Привет, Арина, пройдемся сегодня? Или завтра? — уголок его рта тянется вверх. Ну да, он намекает, что я динамо.
— Сегодня будет отлично, — демонстрирую чудеса семейной стоматологии в улыбке и указываю на дверь, — пропустишь?
— Конечно. Заберу тебя в четыре, — он отходит влево, а я наконец вхожу в заветный кабинет.
Вот так сходила в деканат! Да так, что свидание нарисовалось.
Секретарь Алла Дмитриевна усадила меня на стул и прямо при мне набрала номер Станислава Семеновича, прежде внимательно выслушав причину моего посягания на святая святых факультета. Оказалось, что Корев позвонил старосте и попросил предупредить остальных, что пары не будет, у Кати разрядился телефон, да еще и автобус, на котором она ехала, сломался. Вот ведь наборчик… Почему он не предупредил при этом непосредственное руководство мне неизвестно, однако выслушивая ответ секретарь недовольно сжала в руке ручку. Похоже, у кого-то нарисовались проблемы, из-за него же нам замену не поставил. Если бы не я, и не знал бы никто.
— А Катя? Ей ведь не влетит? — спрашиваю у положившей трубку Аллы Дмитриевны.
— Нет, не переживай. Все знают, что ваша Аверина ответственная девочка. А форс-мажоры у всех случаются, — она склоняется над бумагами, давая понять, что аудиенция окончена.
Мне дважды повторять не надо, благодарю и выхожу, тихонько прикрыв за собой дверь. Про себя облегченно выдыхаю, не хотелось бы по незнанию подставить Катю. Но Алла Дмитриевна давненько на своем месте сидит, и пусть всего-навсего секретарь, но к ней прислушиваются. Так что, если сказала — ничего страшного, значит, и правда, ничего.
Вернувшись обратно к аудитории, передаю точную как никогда информацию одногруппникам. Хорошо, что все узнала, не то бы продолжали куковать под дверью да замки выцеловывать. А так, как белые люди безнаказанно да с чистой совестью разбредаемся по университету.
— А сегодня куда пойдете, сказал? — мы с Таей взяли два кофе из автомата и сидим на дальней лавочке в холле первого этажа, потому что кафетерий забит нашими.
— Сказал «прогуляемся», но он так всё называет, — отмахиваюсь я, но окончания пар очень жду.
— Интересно столкнулись, — загадочно улыбается подруга, — мы с Марком тоже постоянно сталкивались. Как вспомню, сколько бегала от него… Ты не бегай! — неожиданно строго заканчивает, но на губах все та же нежная улыбка.
— А я и не бегаю. У моих родителей было раз и на всю жизнь. Несмотря на то, что мама забеременела до брака, они до сих пор друг друга любят, хоть и бубнят иногда смешно. Хочу так же!
— Так и будет, — заверяет меня Тая, а потом меняет тему, — я не думаю, что тебе написывает Ксюша.
— Почему? — хмурюсь, потому что в моей голове пазлики сложились и я с чистой совестью отбросила проблему. Зацикливаться и придавать серьезности анонимным сообщениям не хотелось, — Мы постоянно цапаемся, плюс она фанатеет по Попутному и ненавидит меня.
— Она бы не додумалась до этого, Ариш, — приподымает бровь Жарова и открыто смотрит в глаза с намеком «ты сама не понимаешь?».
— Может быть… Только аноним тоже не до чего, кроме как угрожать не додумался. А сообщеньки строчить — много ума не надо, — пожимаю плечами, Тая неопределенно разводит руками, явно оставшись при своем мнении.
— Поглядим, — отрезаю. А правда, чего гадать-то? И взглянув на время поднимаюсь на ноги, — ладно, погнали! Сидельцев пару точно не перенесет.
Жарова встает с лавочки и кидает наши пустые стаканчики в урну.
— Ага, а то вдруг Рябов решит на него плащ с надписью «лучший» нацепить, а тот отсутствует!
Мы заливаемся хохотом этой нелепой шутке, но замолкаем подходя к аудитории.
— Не, не выйдет, Макар! Тут уже ответить придется! — восклицает Мишка Латаев, который идет рядом с Ветровым.
