– Могу ли я доверять вам, друг мой?
– Если не можете – чего будут стоить мои заверения?
В первый раз напряженный взгляд глубоко посаженных глаз Мак-Фи немного смягчился, а по губам скользнул легкий намек на улыбку.
– Тут вы меня поймали. Ну… Я считаю себя неплохим знатоком человеческой натуры. И потому намерен довериться вам. И все же – не забывайте, это секрет. Можете ли вы представить себе научную программу, составленную так, чтобы дать нам максимум того, что позволяют наши научные знания, и не стесненную при этом дурацкими правилами, которыми руководствуются наши официозные генетики?
– Вполне.
– Программу, которую осуществляют и поддерживают люди с жестким мышлением, способные думать самостоятельно?
Гамильтон кивнул. Он по-прежнему гадал, куда клонит этот деятель, однако решил играть до конца.
– Я не вправе сказать вам больше – здесь, – заключил Мак-Фи. – Вы знаете, где находится Дом Волчицы?
– Разумеется.
– Вы член братства?
Гамильтон кивнул. К Древнему Благотворительному Братству Волчицы принадлежал едва ли не всякий – орден обладал избирательностью проливного дождя. Сам Феликс не заглядывал в Дом Волчицы и раз в полгода, однако располагать местом для встреч в любом чужом городе было удобно.
– Прекрасно, Можем мы встретиться там попозже, ночью?
– Конечно.
– Там есть комната, где собираются порой некоторые из моих друзей. Не трудитесь спрашивать у портье – она в холле Ромула и Рема, прямо напротив эскалатора. Скажем, в два часа?
– Лучше в половине третьего.
– Как вам угодно.
Впервые Монро-Альфа Клиффорд заметил ее во время большого бала. Трудно объяснить, чем именно она привлекла его взгляд. Разумеется, она была красива – однако сама по себе красота не является для девушек знаком отличия. Они просто не могут не быть красивыми – как персидские кошки, бабочки «сатурния луна» или чистокровные скакуны. Нет, объяснить исходящее от девушки обаяние было куда труднее.
Вероятно, достаточно просто сказать, что стоило Монро-Альфе увидеть ее, как он моментально забыл и о том восхитительно увлекательном разговоре, который еще недавно вел с Джеральдом, и о том, что, мягко выражаясь, не любил танцев и в бальном зале оказался по чистой случайности. Забыл он и о снедавшей его меланхолии.
Впрочем, во всем этом Клиффорд не отдавал себе отчета. Он только взглянул на девушку во второй раз – и потом уже до конца танца старался не упустить ее из виду, из-за чего танцевал еще хуже обычного. Вместе с фигурами танца сменялись и партнеры, так что Монро-Альфе не единожды пришлось извиняться перед временными дамами за свою неуклюжесть.
Впрочем, от этого он не стал двигаться ни на йоту более ловко и грациозно, поскольку все мысли его были заняты решением проблемы: сведут ли их с девушкой фигуры танца, сделав на какое-то время партнерами? Будь этот вопрос поставлен перед ним в качестве абстрактной задачи: «Дано: хореографическая партитура танца; требуется установить: вступят ли в контакт единицы А и Б» – Клиффорд нашел бы ответ почти интуитивно, если бы, разумеется, счел сие занятие достойным.
Но совсем другое дело – пытаться отыскать решение в динамичной ситуации, когда сам он являлся одной из переменных величин. Находился ли он во второй паре? Или – в девятой?
Монро– Альфа уже пришел было к выводу, что танец не сведет их, и начал подумывать, как под видом ошибки обменяться местами с кем-то из танцоров -и тут они встретились.
Он ощутил кончики пальцев девушки на одной руке, а талию – под другой и закружил партнершу, танцуя в экстазе легко и прекрасно; он чувствовал, что превзошел самого себя…
…К счастью, она приземлилась сверху.
По этой причине Монро-Альфа даже не смог помочь ей встать. Девушка поднялась и протянула ему руку. Клиффорд начал старательно, в самых жалких и церемонных выражениях составлять витиеватое извинение – и вдруг заметил, что девушка смеется.
– Забудьте, – махнула она рукой. – Это было забавно. Как-нибудь мы с вами порепетируем это па – в более спокойной обстановке. Это будет великолепно!
– Ваше милосердие… – завел он опять.
– Танец! – перебив его, воскликнула девушка. – Мы потеряемся!
И, скользнув сквозь толпу, она отыскала свое место. Но Монро-Альфа был слишком деморализован происшедшим, чтобы пытаться найти свое. Он стал лихорадочно выбираться прочь, слишком взъерошенный и выбитый из колеи, чтобы беспокоиться о том, что совершал, оставлять свое место в танце до окончания фигуры – бестактно.
Некоторое время спустя Клиффорд снова нашел девушку, однако ее окружали несколько незнакомых молодых людей. Человек более светский тут же сымпровизировал бы дюжину уловок, чтобы приблизиться к ней. Однако у Монро-Альфы таких талантов не было. Всей душой он жаждал одного – появления своего друга Феликса. Уж Гамильтон придумал бы, что делать, он всегда отличался находчивостью в подобных делах. Люди никогда его не пугали.
Девушка чему-то смеялась, улыбались и окружавшие ее молодые люди. Один из них бросил взгляд в сторону Монро-Альфы. Черт возьми, может быть, они смеялись над ним?
Затем в его сторону взглянула и она. Взгляд ее был теплым и дружелюбным.
Нет, конечно же, она смеялась не над ним. На мгновение Клиффорду показалось, что он знает ее, знает уже давным-давно, и что взглядом своим девушка так же ясно, как словами, приглашает его присоединиться к обществу.
Во взгляде ее не было ни малейшего кокетства. Но не был он и мальчишеским – мягкий, честный и воистину женственный взгляд.
В этот момент он даже мог бы набраться храбрости и подойти к девушке, если бы чья-то рука не легла ему на плечо.
– Я всюду разыскивал вас, молодой человек.
Это был доктор Торгсен.
– Э-э-э… Как поживаете, сэр? – только и сумел выдавить из себя Монро-Альфа.
– Нормально. Вы не слишком заняты? Можем мы немного поболтать?
Монро– Альфа оглянулся на девушку: она уже не смотрела в его сторону, теперь внимание ее было полностью поглощено рассказом одного из компаньонов. «Что ж, -подумал Клиффорд, – нельзя же рассчитывать на то, что девушка, которую ты умудрился уронить на пол, приняла это нетрадиционное па за формальное представление». Он решил немного погодя найти хозяйку дома и попросить представить его юной гостье.
– Я свободен, – согласился он. – Куда мы направимся?
– Давайте отыщем какое-нибудь местечко, где тяжесть можно распределить равномерно на все части тела, – прогудел Торгсен. – А я прихвачу графин с выпивкой. Между прочим, в сегодняшних новостях сообщили, что ваше Министерство объявило еще одно повышение дивидендов…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
