Читаем без скачивания Охотники за головами (Headhunters) - Джон Кинг

Настал день. Время вставать. Утро субботы. Челси — Портсмут. Девять часов. Задница Балти — это была последняя картинка, оставшаяся от сна, мелькая, она исчезала в джунглях. Гарри было тревожно. Он попытался прогнать свои неясные мысли, но не смог и потому снова углубился в воспоминания, пытаясь восстановить в памяти все, что случилось до этого момента. Через пять минут он уже шагал в ванную, удовлетворенный пониманием, что давешний сон оказался прямым отражением событий вчерашней ночи, проведенной в «Блюз», повторение темы заброшенного острова, плюс несколько мелких моментов, приукрасивших картину, эта вчерашняя пташка, обожравшаяся экстази… Образ задницы Балти явно символизировал теперешнее отношение к нему Гарри, вот что он думает про эту потерю работы, но когда Гарри вошел в кухню и увидел своего друга, сидящего там с газетой, в этом халате, с вывалившимися яйцами, он вдруг почувствовал смущение.

— А ты что-то тормозишь, — сказал Картер, опустошая свою пинту, затем поднял ее и начал пристально рассматривать, как будто если слишком долго смотреть на пустую кружку, она волшебным образом наполнится снова.

— Просто легкое похмелье, вот и все, — сказал Гарри.

— Мне это было нужно, — подсказал Картер, изобразив на лице понимание того, что чудеса закончились в годы британской Колумбии. — Это самое лучшее после того, как ты нажрался в жопито. Обезвоживание вызывает все эти страдания, и все это в голове, ты вроде как сходишь с ума, так что если ты снова начинаешь накачиваться, то избавляешься от обеих причин.

Гарри собрал кружки и направился к бару. По крайней мере, теперь он наконец купит себе пинту «4Х». Наконец, явилась Дениз, приняла заказ у Гарри, не успев даже бросить назад свою сумочку, а Лен был загружен на другом конце стойки. Гарри заказал рулет с ветчиной и впился в него, пиво все еще сочилось в кружки. От Дениз так приятно пахло. Не то что от Картера — от этого молодчика несло месивом из вчерашнего перегара, табачного дыма и недосыпа. Еще пара пинт, и никто не заметит. Он собирался уже было вернуться к столу, и тут в паб вошел Уилл. Гарри заказал еще одну пинту, на этот раз «Директоре», и Уилл подошел, чтобы помочь отнести к столику кружки.

— Все в порядке? — спросил Уилл.

— Не жалуюсь. Слегка мучился похмельем со вчерашнего, но ничего серьезного. Хорошая должна быть сегодня игра, если, конечно, команды будут в духе. Хотя никогда не знаешь. Помпи просто могут взять и выиграть.

— Это полегче, чем поездочка в Суиндон. Интересно, купил бы ты Гуллита, если бы Дэйв Уэбб остался бы в Челси? Он подписал контракт только из-за Ходдла. По крайней мере, у нас есть Уэбби. Этот человек — бог.

— Ему надо было становиться менеджером Челси, — согласился Гарри, снова вспомнив о волшебных червяках, которые способны превращать людей в бессмертных существ, и размышляя, что было бы, если Уэбби пришлось бы сражаться с миром насекомых.

— Именно из-за Уэбба Кубок снова достался им, а не Лидсу. Он со всем справился и за три месяца спас нас от перевода в низшую лигу. Ходдл был великим игроком. Он играл в какой-то непонятной голландской команде, в турнирной таблице она котируется средненько, типа как рядом с Картером в полузащите, так что неудивительно, что Голландец стал играть за Челси. Гуллит живет на другой планете. Если этот парень в настроении, он может творить чудеса. Никогда не теряет своей крутизны. Прям как я.

Уилл обменялся любезностями с остальными ребятами и, как и Гарри, занял у окна место мечтателя, в то время как остальные трое вели разговор о футболе в общем и о Челси в частности. Он прихлебывал свой «Директоре», подставив лицо нерешительным лучам солнца, которое показалось всего на десять минут и светило прямо в глаза. Он был в настроении. Забавно, как много значит, когда к тебе проявляет интерес женщина. Нет, не нужно уходить в мечтания и вести себя подобно томящемуся от любви подростку. Он провел время с Карен, и это хорошо на него подействовало. Чувствовалось, что ее жилище отражает ее характер, сплошь плакаты и тропические растения. Она пригласила его выпить молотый кофе, но вместо этого он выбрал чай в пакетиках. Тарелка с шоколадным печеньем, он ознакомился с ее коллекцией пластинок и компакт-дисков. Оказалось, что у них схожие вкусы. Много часов они проговорили о музыке и обо всем на свете, вскоре дискомфорт и неловкость улетучились, и они смеялись, словно были старыми друзьями.

Он и оглянуться не успел, как часы уже показывали четыре утра, и вот она клюет носом, а он встает и говорит, что лучше пойдет восвояси. Он даже не попытался поцеловать ее, и она нацарапала ему свой номер телефона на клочке бумаги, оторванном от старого конверта, и попросила его позвонить. Он испытывал искушение позвонить ей в ту же минуту, но все же сумел продержаться до утра. Простой звонок, чтобы сказать спасибо за бесплатную выпивку и за компанию. Казалось, она рада была его слышать, и он увидится с ней вечером во вторник. Группа, которая ей нравилась, играет в Брикстоне, и он собирался зайти за ней около шести. Он испытывал вдохновение. Даже, можно сказать, вел себя по-идиотски. Хотя это было так хорошо. Провести вот так время с женщиной. Лучше, чем восемь пинт пива и пьяный треп, и что бы кто ни сказал, все это было бессмысленно. Никогда не узнаешь, что такое женщина, секс сам по себе — просто хуйня. Небольшое ожидание — еще одна составляющая предварительной игры, чтобы выстроить отношения, сделать секс чуточку особенным. Хотел бы он знать, что обо всем этом думает сама Карен.

— У Картера девять очков, — сообщил ему Балти..-Похоже, нам пора двигаться. Мы трое — ты, я и Гарри — но количеству набранных очков оказались в жопе. Манго трахнул на работе какую-то принцессу из партии консерваторов, жополиз несчастный.

— Девять? В последний раз, когда мы виделись, у тебя было четыре. И как ты умудрился заработать еще пять? Я думал, что максимальный счет — это четыре. Что ты сделал с бедной девочкой, чтобы заработать пять очков?

— Я обслужил ее, когда доставлял кровать. Это бы-о одно из сиюминутных представлений без отрыва от производства. Полное обслуживание без гарантии. Так что это три очка, а вчера вечером та телка из «Блюз» дала мне заработать еще два. Тебе бы она понравилась, Уилл, но я-то знаю, ты скорее приклеишься к Эйлин. А Дениз-то, смотри, все поглядывает на меня, я надеюсь, что скоро и ее трахну. Она — подходящая прошмандовка. Четыре очка, но меня устроят и три. Зависит от того, когда я упрочу свое положение в таблице. Тотальный футбол — это хорошо, но надо еще и очки набирать, или же проебешь все на свете.

Уилл собирался спросить Терри, каков был непосредственно сам секс. Если забыть на минуту об очках и рассматривать акт сам в отдельности. Но это же Картер. Ему на все насрать, он живет от мгновения к мгновению, не заботясь ни о чем, и если это то, чего он хочет от жизни, тогда какое право имеет Уилл поучать его? Уилл был счастлив и никого не обижал. Уилл был сделан из другого теста. Хотел бы он стать таким, как Картер, ведь это бы все упростило, но втайне он искал более постоянных отношений. По крайней мере, с самим собой он был честен. Ради разнообразия хорошо бы было, конечно, провести время с приличной женщиной, у которой есть свои взгляды и собственное мнение по поводу вообще всего, что происходит, с которой можно поговорить даже о политике. Наверное, и Картер по ходу был интересен каким-то девушкам, интересен как личность, но он сам никогда не видел в людях больше внешности. А потом, утром, когда цель достигнута, его выставляют за дверь. Не то чтобы парни все были такими. Конечно, все не так. Уилл знал немало женщин, чье положение в обществе и престиж среди знакомых зависел от того, сколько у них было мужчин. Так что это справедливо для обеих сторон. Люди, которые считали по-другому, были далеки от этого мира, как Луна от Земли, далеки на тысячи миль. Просто как только исчезает все наносное, остаются лишь сами люди.

Он вернулся к сцене на улице, проигрывая в голове Pogues «Dirty Old Town». Если возможно найти свою любовь в дыму и дебрях, то ты все делаешь правильно. Он оглядел своих друзей, и ему стало их жалко. Несмотря на их язык и манеры, они все еще дети, играют в больших. По крайней мере, теперь все более-менее устроены, пережили свои самые проблемные годы, прошли через все это битье головой о кирпичную стену. Он это все ненавидел. Уилл был в своем роде пацифистом. Он смог бы защитить себя, но по возможности всегда избегал конфронтации. Порой это давалось ему нелегко. Как и в Первую мировую войну, обычно стреляют в тех, кто отказывается воевать, или вообще в контуженных. Да, обреченными обычно оказываются те несчастные ублюдки, которые отказываются убивать себе подобных в угоду кучке мразей, что спрятались вдали от окопов в своих уютных жилищах. А этих убогих выстраивали в ряд, и другие люди простреливали в их телах дыры.