Читаем без скачивания Охотники за головами (Headhunters) - Джон Кинг

— Хотел бы я. Я въебывал до трех. Зато мы закончили один большой проект.

— Твоя телка там не просит еще порцию? — спросил Картер. — Или ей пока хватит, а?

— Пойду наведаюсь завтра вечерком. Она — это что-то. По ходу я на втором месте. Ну что, как все прошло в «Блюзе»?

— Неплохо. Теперь у меня девять очков, так что ты вряд ли попадешь в первый эшелон, а впрочем, насчет этих трех можно не париться. Уилл теперь у нас слушает пластинки, а эти двое вечно такие пьяные, что не могут пошевелить своими задницами.

Разговор снова вернулся к футболу, а Манго начал грузить Гарри насчет своих снов. Манго никогда не помнил снов, хотел узнать, в чем тут фишка. Он пытался есть сыр, потому что слышал от своего старика, что хороший кусок чеддера творит чудеса, но ничего не получалось. Он не мог заснуть без своих снотворных, а после того, как закидывался таблетками, следующее, что слышал, так это звон будильника, и он вставал и помнил только пустоту, которая заполняла этот временной пробел. А без таблеток он мог часами лежать и думать про всякую чушь, это были те же самые мысли, которые лезли в голову днем, когда он не был занят, но работа помогала не думать. Манго был достаточно здравомыслящим человеком, он понимал, что это только игра воображения, но, оставшись в одиночестве, он не хотел ни о чем думать, чем позднее становилось за окном, тем мрачнее и страшнее становились эти пригрезившиеся картинки. Он не рассказывал парням ни о своих мыслях, ни о том, что принимает таблетки.

Гарри вспоминал свой сон: сирены и бомбежку замка майя. Помнить свои сны — вот доказательство того, что ты жив, что ты не просто машина, поставленная на ночь на подзарядку. Они успели поговорить об этом раньше, и Манго был с ним согласен, но Гарри хотелось рассказать и о себе тоже. Ему нравилась идея символизма, то, что часть мозга работает в свободном режиме. Гарри рассказал Манго свой сон, про тропический бар и Фрэнка Бруно, про замок майя и музыку, про то, как поначалу сон был цветным, а потом его словно переключили в черно-белый регистр, он прошел по джунглям, и после этого все опять стало многоцветным. Остальные вели разговоры о футболе, и Гарри рассказывал все это вполголоса, чтобы никто не начал язвить и прикалываться… Он не любил, когда над ним смеялись. Манго кивнул. Звучало красиво. Не прочь бы он был и сам посмотреть подобное домашнее шоу, это всяко получше, чем те ночные кошмары, о которых он никогда никому не рассказывал. Видеть галлюцинации в тропиках — лучше, чем колесить кругами по Северному Лондону.

— Гарри, ты помнишь игру на Кубок против Тоттенхема в шестом раунде? — Картер был уже пьян, успел дозаправиться. — Приехали эти жиды с Слоун Сквер, и тут же нарисовались легавые. А мы тогда были в «Блэк Булл», помнишь, и они поскакали на своих лошадях прямо на Челси.

— Конечно, помню. Я как раз оказался под одной из этих лошадок, но все произошло так быстро, что она не успела приземлиться мне на голову. Пронеслась прямо надо мной, не причинив серьезного вреда.

— Ездок даже не оглянулся. Просто поехал дальше.

— А мог бы все мозги мне выбить на хер. Сидел бы я здесь в подгузниках, а ты бы мне их менял.

— Да ебанись ты, — сказал Балти. — Когда это было? Начало восьмидесятых, что-то типа того. И пабы забиты до двенадцати, и все только и думают, как бы попиздиться. Шед был битком уже за полтора часа до начала этого ебаного матча.

— Только потому что легавые расчистили пабы и затолкали всех вовнутрь, закрыли ворота, они смогли дать Шпорам пройти на стадион.

Уиллу пришлось признать, что тот день был весьма богат событиями. Благодаря Ходдлу «Сорвиголовы» выиграли, но он не собирался напоминать об этом. Северная трибуна пустовала, и когда Тоттенхэм просочился на стадион, там их ждал теплый прием. После этого, все превратилось в огромную свалку, и когда две группировки наконец сцепились, легавые их чуть не уделали до полусмертри. Это все было очень давно. Потом он вместе с остальными парнями побывал еще на нескольких играх, когда Брентфорд не играл дома или же выходил в говенном составе. Челси всегда был вроде как культовой командой. Теперь все изменилось к лучшему. Мир лучше войны. Секс лучше насилия. Что за хрень, теперь он сам задумался о правилах Секс-Дивизиона.

— Ну и что вы все сегодня делаете? — спросил он. Выпивка возымела свое действие, и он захотел дернуть еще пару кружек. Это хорошо — встретить такую порядочную женщину, как Карен, но он был не против нормальной пьянки. После спокойного пятничного вечера, проведенного дома за прослушиванием пластинок, он хотел выпить.

— Где-нибудь пропустим пинту, — сказал Картер, раздумывая над вариантами. — А потом подцепим Мисс Мира и хорошенько ей вставим. Что я обычно и делаю. Что еще?

— Мы, вероятно, сюда вернемся, — сказал Балти. — Пропустим по пивку после игры Челси и вернемся, самое позднее — в восемь. По крайней мере, отсюда недалеко и до дома.

— А ты что? — Уилл обернулся к Манго.

— Пока не знаю. Могу и прийти, если вы все здесь будете. Только сначала сгоняю в Фулхэм.

— Так ты нас, значит, подбросишь? — спросил Картер.

— Если вы только не угваздаете мне всю обивку, как это было в последний раз, когда я вас подвозил.

Уилл ушел в двенадцать, все остальные оставались в пабе где-то до часу дня. Манго выпил пару пинт, этого ему хватило, а остальные продолжали напиваться. Он хотел отправиться домой и поработать с кое-какими бумагами. Из головы не выходила мысль позвонить в одну из этих служб на выезд, заказать себе девочку по вызову, в коже, на высоких каблуках, с высокими скулами. Такую, как та малышка из Барбикана. Остальные же продолжали пиздеть ни о чем, умоляли, чтобы он подождал, пока они пропустят по еще одной пинте. Манго встал, взял свои ключи, и остальные парни тоже встали. Было все еще достаточно рано, можно доехать до кругового перекрестка в Хаммерсмит без особых трудностей, а потом медленно прокатиться мимо Фулхэм Пэлас Ро-уд. За рулем Манго чувствовал себя комфортно. «Ягуар» урчал, впрочем, Манго сомневался, что эти парни способны оценить такой классный движок. Они похвалили роскошную тачку и интерьер, но они были под мухой, и не в состоянии учесть все тонкости.

— Ты уже кого-нибудь трахал в этой машине? — спросил Картер, усаживаясь на переднее пассажирское сиденье, Гарри и Балти забрались назад.

Манго собрался было ответить, что телка из Барбикана каталась с ним вчера ночью, сидела на том же сиденье, что и Картер, затем воссоздал в памяти всю историю, о да, он перепутал бродяжек с теми, кто довел их до такого состояния.

— Нет.

— У тебя тут пятно, — сказала неукротимая секс-машина. — Я думал, что это может быть сперма, вот и все.

Манго оторвал глаза от дороги, чтобы взглянуть, и машину чуть не занесло. Он посмотрел на пятно, на которое показывал Картер, маленькая капля, впитавшаяся в сиденье. Ебаная шлюха. Он ведь ее предупреждал. Ебаная блядь. Это так типично. Никому в наши дни нельзя доверять. Это проблема Англии, жалкое промышленное государство. Он расщедрился, заплатил ей большие деньги, а взамен получил дешевку. Эта наглая корова могла бы выполнить свою работу достойно, не относиться к этому наплевательски. Он был сам себе отвратителен, как он мог допустить такое? В следующий раз он не будет таким великодушным. Заставит женщину обслуживать его прямо на лестничном пролете или под деревом. Вот так оно происходит, когда ты пытаешься помочь тому, кому повезло меньше, чем тебе. Эти людишки тут же забываются, быстренько пытаются укусить дающую, кормящую руку. От мысли, что девчонка могла заразить его через елдак какой-нибудь дрянью, он пришел в ужас, этак он скоро начнет пускать пену изо рта и впадет в бешенство, станет бросаться на людей, кусаться и царапаться, и так будет до тех пор, пока его не прикончит снайпер-полицейский, пристрелит, как бешеную собаку.

Помнится, когда Манго был ребенком, вот так же рехнулся Кев Беннетт, захватил свою подружку, в заложницы, оказалось, у него был пистолет, и никто не знал об этом раньше. Манго хорошо помнил эту историю. Это была самая главная причина. Соседи сообщили, что из его квартиры слышны крики, а когда подъехали легавые, ничего нельзя было сделать. Район перекрыли. Конечно, для ребенка это было захватывающе — видеть, как все только и говорят, что же будет дальше, о том, что с Беннеттом начнут переговоры, чтобы попытаться воздействовать на него с точки зрения психологии. Беннетт ничем не отличался от остальных нормальных людей, просто в один прекрасный день он чокнулся. Он сидел в своей квартире очень, очень долго, и все ожидали счастливого окончания истории, ждали, когда же он придет в себя. Поговаривали, что он пьяный. А затем из квартиры послышался грохот, и легавые его пристрелили. Это было нереально, все эти пистолетные выстрелы. Никто даже не знал, по какой такой причине Беннетт пошел на это, после инцидента его подружка уехала. Интересно, подумал Манго, что она теперь поделывает. Вспоминает ли она о том парне, который столько лет назад угрожал убить ее. Забавно, как все вышло. Но он думал не об оружии.