большим комом, голос скрипит как старое рассохшееся деревянное колесо.
Твердым шагом иду прочь. На мгновение у двери замираю, бросая прощальный взгляд на девушку.
Карие глаза Светы наполнены слезами, личико искривилось в страдальческой гримасе. Она с трудом сдерживается, чтобы не разреветься.
Очень хочется рвануться обратно, прижать её к груди, такую близкую и родную. Но чудовищным усилием воли сдерживаю первый порыв. Открываю дверь и быстро выхожу в коридор.
— Ну что, помирились? — подлетает Мальцев.
— Нет, между нами всё кончено, — выдыхаю я. — Ты пойдешь со мной или останешься с Алёной?
— С тобой, конечно. Вместе пришли, вместе уйдем, — твердо отвечает Сергей.
Мгновение рыжая смотрит на меня с состраданием, затем кинув Мальцеву, «зайди ко мне завтра», рывком открывает дверь и скрывается в комнате.
А мы спускаемся по ступенькам и, сопровождаемые хмурым взглядом Степановны, выходим из общежития.
И сразу же попадаем под бешеный ливень. Угрожающе грохочет гром. Косые капли дождя хлещут меня по лицу, барабанят по плечам и спине, лупят в грудь. Прозрачные струйки текут по лбу и щекам, освежая пробирающей до костей осенней прохладой, но я ощущаю это, как-то отстраненно, как со стороны. В моей душе что-то умерло. Словно внутри погас маленький солнечный лучик, даривший ощущение радости и счастья. Чувство потери ослепительной дырой сияет в сердце, пропуская в душу черные потоки грусти и депрессии.
— Лешка, ты в порядке? Замер под дождем, как будто не в себе, — вижу встревоженное лицо Сереги. Товарищ тормошит меня за плечо, вынуждая вернуться в реальность.
— В порядке, — мой голос похож на карканье ворона. — Всё нормально.
Струи дождя продолжают атаковать пулеметными очередями. Сергей тащит меня под укрытие ближайшего подъезда дома, а в черных глубинах подсознания огненными всполохами вдруг всплывают строки неизвестной песни.
Надо мною тишина Небо полное дождя Дождь проходит сквозь меня Но боли больше нет Под холодный шепот звезд Мы сожгли последний мост И все в бездну сорвалось…
— Леша, всё в порядке будет, — кричит мне Мальцев. — Сам увидишь.
По его лицу прозрачными струйками стекают капли дождя. Мутная пелена ливня размыла за широкой спиной товарища силуэты людей и проезжающих машин, превратив их в призрачные видения.
Я машинально киваю Сереге, а в моей голове продолжает греметь неизвестная песня.
Надо мною тишина Небо, полное огня Свет проходит сквозь меня И я свободен вновь Я свободен от любви От вражды и от молвы
16 ноября 1978 года
Четверг
Москва. ул. Чайковского. Посольство США. 14:00
Небольшая комната с лакированным круглым дубовым столом благородного светло-коричневого оттенка и пятью стульями, с резными высокими спинками, использовалась для конфиденциальных встреч и переговоров. Стены в два кирпича были дополнительно усилены звукоизоляционными панелями, толстая стальная дверь сейфового типа, прикрытая снаружи декоративной древесиной, надежно отсекала помещение от внешнего мира.
Дерек Росс обвел оценивающим взглядом сидевших перед ним подчиненных.
Мария Родригес работала с ним 5 лет. Эта сексапильная американка с мексиканскими корнями выглядела потрясающе. Роскошная грива угольно-черных блестящих волос, милое смуглое личико с тонкими чертами и чуть вздернутым носиком, пухлые алые губы, выразительные карие глаза в сочетании с упругой округлой попкой высокой грудью второго размера и тонкой талией, разили мужчин наповал. А длинные изящные ножки с аристократически тонкими лодыжками завершали совершенный образ красотки. Но под модельной внешностью таился холодный, аналитический ум, всегда способный взглянуть на ситуацию под неожиданным углом и найти верное решение даже в самых сложных случаях.
Эндрю Вуд — невысокий лысеющий мужчина, с уже начинающим округляться животиком, как и прекрасная латиноамериканка, являлся сотрудником Центра Специальных Операций ЦРУ. Он был отличным оперативником, умеющим проводить расследования «по горячим следам», грамотно создавать ситуации для вербовки агентов и разрабатывать операции. На счету Вуда, под руководством Дерека, около тридцати успешно проведенных операций в Европе, Африке, Америке и Азии по противодействию КГБ, Штази, и кубинской ДГИ.
Мэттью Горовиц — худой длинный парень ярко выраженной семитской внешности. Уроженец Техаса, несмотря на обманчивый образ флегматика и интеллигентного еврея, был фанатом боевых искусств и отличным стрелком со всех видов оружия, от кольтов до штурмовых винтовок М-16. За 8 лет работы в ЦРУ Мэтью ликвидировал с десяток арабских террористов, парочку отморозков ИРА в совместной операции с британскими коллегами из первого управления Ми-6, кубинского военного советника в Анголе, крупного торговца, снабжающего оружием леворадикальные партизанские группировки — в Боливии АНО, а в Аргентине РАН. При этом Мэтт обладал острым умом, умел моментально принимать решения и быстро реагировать на любое изменение обстановки.
Джина Пауэл — милая рыжая хохотушка, умеющая моментально располагать к себе людей. Она могла разговорить почти любого и выудить необходимую информацию у седого боевого генерала, чопорного дипломата, надменного аристократа и даже прожженного политика. Иногда рыжей было достаточно пары невинных фраз, чтобы сделать верный вывод по интересующей теме, а потом направить разговор в нужное русло. Эта девушка также могла отлично маскировать внешность, вести слежку, и, наоборот, уходить от наблюдения. Она отличалась умением подмечать даже самые мелкие детали, способные кардинально изменить мнение о происходящем и абсолютной памятью. Пару раз именно Пауэл смогла уберечь коллег от засад КГБ, заметив блик от бинокля в одном из окон, или найдя на фотографиях, сделанных оперативниками, человека, проходившего по картотеке ЦРУ, как офицер КГБ, причём снимки сотрудников советской спецслужбы она рассматривала пару лет назад до этого момента.
— Кто будет докладывать первым? — поинтересовался полковник, — Мария, давай ты. Излагай по нашей форме, что поручено, что сделано, результат, перспективы работы. Да ты и сама знаешь.
Мексиканка взяла стопку исписанных листов бумаги.
— Мне было поручено проанализировать аресты и ликвидации
