В ответ на эти налеты шесть Пе-3 и четырнадцать «Харрикейнов» в тот же день в 18.38 нанесли ответный удар по аэродрому Луостари. Их пилоты затем заявили об уничтожении четырех немецких самолетов, что не подтверждается данными противоположной стороны. Однако при этом пять «иномарок» получили повреждения и совершили вынужденные посадки на своей территории.
Характерно, что доля английских и американских самолетов в составе ВВС Северного флота, ВВС 14-й армии и 122-й ИАД ПВО постоянно росла, вытесняя советские машины. К апрелю 1942 г. она составляла уже 60 %, и в дальнейшем этот процент только увеличивался. Без сомнения, это давало заполярным летчикам куда более весомые шансы на успех в войне с Люфтваффе, чем их коллегам с Большой земли.
28 марта восемь Ju-87 в 17.31 нанесли новый удар по мурманскому порту. Были разрушены склад инженерного отдела Северного флота, один причал и два склада. На путях были уничтожены шесть железнодорожных вагонов: четыре – с машинным оборудованием и два – порожних. Шесть человек получили ранения.
31 марта 1942 г. в Мурманск пришел очередной конвой PQ-13 – одиннадцать судов с 7286 тоннами груза на борту. Качественный состав последнего был все тем же: 161 истребитель, 39 авиамоторов, 173 танка, 134 бронемашины, 1261 тонна боеприпасов, 11 777 км полевого кабеля, 840 полевых телефонов, восемь локаторов типа GL‑2, запчасти для танков и так далее.
3 апреля Мурманск пережил сразу два налета. Днем над городом со стороны восточных сопок в сопровождении истребителей появились восемь Ju-87R из I./StG5. Невзирая на заградительный огонь зениток, «Штуки» шли прямо на порт, где в это время под разгрузкой стояли недавно прибывшие суда. Сделав круг над причалами, штурмовики один за другим делали классический переворот через крыло и с воем сирен неслись вниз.
Транспорт S-58 «Нью-Вестминстер Сити» тоннажем 4747 брт получил сразу несколько прямых попаданий и, повалившись на борт, быстро лег на грунт. Был тяжело поврежден транспорт S-67 «Тобрук». Через пробоины в трюмы стала быстро поступать вода, и он тоже вскоре сел на грунт у своего причала. От полного затопления оба судна спасла лишь небольшая глубина в местах, где они стояли. Кроме того, пилотам Ju-87 удалось добиться попадания в S-52 «Эмпайр Старлайт» тоннажем 6850 брт. В результате на транспорте возник большой пожар, и оно было полностью выведено из строя.[48]
Моряк с малого охотника МО-121 В. М. Нечаев, лежавший тогда в госпитале, позднее вспоминал: «С начала апреля немцы словно озверели. Десятки самолетов, несмотря на большие потери, рвутся к городу и порту, и опять рвутся бомбы, стреляют зенитки. И снова раненые. Только с транспорта “Нью-Вестминстер Сити” доставили около 30 пострадавших от прямого попадания бомбы в судно…
Немецкие самолеты, как правило, на бомбежку порта и транспортов на рейде заходили с востока, беря за ориентир одиноко стоявшее на горе здание школы (где был госпиталь). Над крышей непрерывно ревели моторы “Юнкерсов”».
Кроме того, был потоплен траулер РТ-61 «Водник», повреждены траулер РТ-7 «Сёмга» и гидрографическое судно «Ост». Последнее имело водоизмещение 850 тонн и было вооружено тремя 45-мм пушками и тремя 12,7-мм пулеметами. Также были разрушены рыбозавод и несколько жилых домов в районе порта. Новые повреждения получило здание управления порта.
Союзный транспорт в порту Мурманска. На корме видно орудие, установленное на специальной площадке
Гидрографическое судно «Ост»
Без сомнения, это был крупный успех Люфтваффе. Этот налет в очередной раз доказал выдающиеся боевые возможности Ju-87.
Вечером того же дня повторный налет на Мурманск совершили уже восемнадцать Ju-88А. Если днем летчики 2-го Гв. САП и 78-го ИАП сообщили о четырех сбитых истребителях из состава эскорта штурмовиков: двух Bf-109 и двух Bf-110, то теперь уже зенитчики заявили о двух сбитых бомбардировщиках. Однако реальные потери 5-го воздушного флота Люфтваффе в тот день в Заполярье составили только два Bf-109E-7 из II./JG5, причем один из них – W.Nr.3523 – разбился во время аварийной посадки из-за отказа двигателя, а второй – W.Nr.5017 – был уничтожен на аэродроме Петсамо во время налета советских бомбардировщиков.
4 апреля командование ВВС Северного флота, напуганное эффективными ударами немцев, решило вновь атаковать аэродром Луостари. В общей сложности в двух налетах на него приняли участие четырнадцать Пе-3 из 95-го ИАП и тридцать три «Харрикейна» из 2-го Гв. САП. Однако результаты этой акции оказались ничтожными. Ценой одного потерянного истребителя удалось лишь повредить один Не-111Н-6 W.Nr.4123 «1H+HH» из 1-й эскадрильи KG26. В ответ немцы в 21.30 снова подвергли бомбежке Мурманск, разрушив два жилых дома.
На следующий день семь Ju-88А из KG30 совершили новый налет на мурманский порт. Во время бомбежки получили повреждения два тральщика, а также снова траулер РТ-7.
5 апреля 1942 г. глава британской военной миссии в Архангельске, встревоженный итогами последних налетов Люфтваффе на Мурманск, предложил опять направлять все конвои в Архангельск и Молотовск. Однако командующий Северным флотом вице-адмирал Головко и командующий Беломорской военной флотилией контр-адмирал Г. А. Степанов полагали, что транспорты можно проводить туда только после того, как будет протрален фарватер. Последнее же было пока невозможно, поскольку Белое море все еще было забито льдами. В ответ представитель Великобритании высказался в том духе, что, вероятно, придется вообще отказаться от посылки конвоев в СССР до момента открытия навигации в Белом море.
Утром 12 апреля самолеты Люфтваффе снова появились над Мурманском. В Торговом порту в результате налета были разрушены около 100 метров причала и поврежден буксирный пароход № 4. Несколько бомб упали на центр города. При этом сирены воздушной тревоги завыли одновременно со взрывами и жители не успели уйти в укрытия. Больше всех пострадал деревянный двухэтажный дом на улице Софьи Перовской. Вскоре к нему прибыли первый секретарь Мурманского обкома ВКП(б) М. И. Старостин и уполномоченный ГКО И. Д. Папанин. Увиденное зрелище поразило их. Среди развалин лежали изуродованные трупы женщин и детей, оторванные руки, обгоревшие детские игрушки.
Старостин тотчас приказал найти виновных в несвоевременной подаче сигнала «Воздушная тревога» и наказать. После проведенного расследования начальник химической службы штаба МПВО Мурманска М. Петров, в чье дежурство произошла трагедия, был отстранен от занимаемой должности и отдан под суд военного трибунала. Приговор – отправка на фронт в штрафную роту. Рядовой и командный состав службы МПВО сделал свои выводы из случившегося. Отныне сигнал «Воздушная тревога» подавался почем зря при появлении в районе Мурманска любых немецких самолетов.[49]
15 апреля 2-й Гв. САП получил приказ: «Непрерывным патрулированием в воздухе прикрыть город Мурманск и аэродромное базирование ВВС флота от налетов авиации противника». Для выполнения этого явно невыполнимого приказа командир полка подполковник Б. Ф. Сафонов направил 1-ю эскадрилью барражировать над аэродромом Ваенга, а 2-ю и 3-ю эскадрильи – над подступами к городу. По истечении времени пребывания в патруле, предусмотренного графиком, одни группы самолетов сменялись другими, бессмысленно расходуя при этом дефицитный бензин и вырабатывая ресурс работы двигателей.
В течение дня на Мурманск немцы совершили два налета, в которых участвовали 32 Ju-87R из I./StG5, а также одиннадцать Bf-110 из 10.(Z)/JG5 и Bf-109E из II./JG5. «Штуки» шли попарно в кильватерной колонне, выше их держались двухмоторные «Мессершмитты», а далее в километре на классической высоте в 4000 метров – «стодевятые». Подобный боевой порядок обеспечивал высокоэффективное прикрытие ударных самолетов.
Bf-109 прикрывали «Штуки» на входе в пике, не давая зайти им в хвост советским истребителям. После того как пилоты штурмовиков сбрасывали бомбы и начинали выравнивать свои машины, теперь уже «стодесятые» снижались и прикрывали их до возвращения в горизонтальный полет.
В Торговом порту и на рейде взорвались девятнадцать фугасных бомб. В итоге новые повреждения получил «Эмпайр Старлайт». От ударного воздействия при близких разрывах бомб разошлись швы обшивки корпуса транспорта S-59 «Ланкастер Кастл» тоннажем 5172 брт, прибывшего в Мурманск еще в составе конвоя PQ-12. Он начал быстро набирать воду и вскоре сел на грунт около причала, у которого стоял под разгрузкой. В порту были уничтожены железнодорожный кран, три железнодорожных пути, причал № 10 и склад. Одна бомба попала прямо в бомбоубежище, убив двадцать и ранив одиннадцать находившихся там человек.
Навстречу немцам вылетали десять «Харрикейнов» и три высотных перехватчика МиГ-3. И по возвращении на аэродромы советские летчики заявили сразу о тринадцати сбитых самолетах: восьми «лаптежниках» и пяти «мессерах». В действительности же 5-й воздушный флот в тот день не имел вообще никаких потерь в Советском Заполярье. Тут необходимо отметить одну общую тенденцию, проявлявшуюся на всех без исключения участках советско-германского фронта и при защите тыловых объектов, – чем тяжелее были последствия удара Люфтваффе, тем на большее число побед претендовали истребители, которые должны были этот удар предотвратить.
