— Хотите меня обидеть? Пожалуюсь папе.
Он громко проглотил недожеванный лист салата.
— Я пошутила. — Ее тонкие губы растянулись в улыбке. — Отец обещал переломать вам хребет, ведь так?
Фрэнк кивнул.
— Я не спала, слышала, как вы пришли. — Мэгги достала из холодильника кастрюлю, макароны из нее пересыпала на сковороду и поставила на плиту. — Папа всегда всем мужчинам моложе его, случайно, по его или моей воле, оказавшимся возле меня, обещает переломать хребет. — Она взяла терку с полки над плитой.
— С чего вдруг? — Фрэнк снова принялся за салат.
— Он до сих пор считает меня маленькой девочкой, называет медвежонком. — Вздохнув, Мэгги принялась тереть сыр в миску.
— Думаю, для своих родителей мы навсегда остаемся детьми. — Выдав банальность, Фрэнк отправил в рот остатки еды и отодвинул тарелку.
— Так — то оно так… — Девушка отложила терку, сняла с плиты сковородку с обжаренными макаронами, посыпала их сыром. — Но дети вырастают, у них появляются желания, которые они способны воплотить самостоятельно. Так? — Она положила дощечку на стол, поставила на нее горячую сковороду.
— Угу, — накручивая на вилку макароны, хмыкнул Фрэнк. — Вечная проблема отцов и детей…
— Ну только вы не начинайте! — с упреком воскликнула Мэгги. — Я много об этом читала в последнее время…
— Что, неужели все так плохо?
Мэгги села на табурет сбоку от Фрэнка, водрузила локти на стол, положила голову на сложенные кисти. Взгляд у нее стал немного печальный.
— Исправим, — сказала она и грустно улыбнулась. — Люблю смотреть, как едят мужчины. Не возражаете?
Фрэнк промычал в ответ «нет», прожевал первую порцию и сообщил, что не ел ничего вкуснее, чем макароны с сыром от Мэгги Дагган.
— А салат? — возмутилась она с легкой улыбкой.
— Салат был отличный, кофе — прекрасен… — Фрэнк задумался, не зная, как получше закончить, чтобы угодить хозяйке.
— Ну ладно, вы ешьте, а то остынет. Не отвлекайтесь на меня. — Мэгги поднялась с табурета.
— Простите, один вопрос… — Фрэнк обвел взглядом кухню, описав полукруг зажатой в руке вилкой. — У вас так заведено в семье, ну… — Ему стало неловко за прямоту, но он все — таки пересилил себя и договорил: — Не боитесь меня, угощаете… А вдруг я беглый преступник или убийца?
Мэгги звонко рассмеялась, но спустя пару мгновений стала серьезной:
— Раз отец привел вас в дом, значит, так надо.
Она скрылась в ванной, оставив Фрэнка с его мыслями и макаронами наедине. А когда появилась вновь, он уже закончил с едой и поблагодарил за ужин, чем вызвал у девушки новый приступ звонкого смеха. Смеялась она громко и от души.
Фрэнк невольно и смущенно улыбнулся, не понимая в чем дело. Мэгги объяснила, указав на окно, где брезжил рассвет, что ужин, скорее походил на плотный завтрак и ей пора собираться на работу.
— Папа вот — вот вернется, надо приготовить поесть.
— Как?! — воскликнул Фрэнк, представляя, что скажет вернувшийся Барни, не обнаружив еды. — Я… я не…
— Да не волнуйтесь так, — успокоила Мэгги, коснувшись его плеча. — Сейчас что — нибудь придумаем. — Она открыла холодильник, вынула канистру молока и пластиковый контейнер с овощами, из шкафчика рядом с плитой достала коробку с кукурузными хлопьями. — Ну вот, папа называет такой набор продуктов завтраком дохлого переселенца.
Не успел Фрэнк облегченно вздохнуть, как хлопнула входная дверь. Не раздеваясь, Барни прошел на кухню, нежно поцеловал дочь и сел на табурет, сердито глядя на гостя.
За едой Барни рассказал Мэгги, как прошла его рабочая смена, назвав девушку три раза медвежонком, дважды — солнышком и лишь раз дочерью, но при этом все время строго смотрел на Фрэнка исподлобья и не обмолвился с ним ни словом.
Мэгги делала вид, что не замечает, как отец настроен к гостю, улыбалась, наводя порядок на кухне. У Фрэнка было возникла мысль ей помочь, но он вовремя сдержался, чтобы не спровоцировать Барни. Вдруг тот расценит это как знак внимания, ухаживания за его дочерью, а вслух обвинит в попытке изнасилования? Проломит кулачищами Фрэнку череп или схватится за нож… Он взглянул на часы над холодильником. Уже полседьмого, а тренер до сих пор не появился. Неужели что — нибудь случилось?
Барни тоже скосил глаза на часы, но промолчал, доедая хлопья. Наконец Мэгги оставила их вдвоем. Вернувшись в свою комнату, она что — то начала напевать, собираясь на работу.
Фрэнк не сразу понял, что произошло: сильные руки сграбастали его за ворот рубашки, край стола врезался в живот, и перед глазами возникло искаженное злостью лицо Барни.
— Пусти, — прошипел Фрэнк, упершись ладонями в стол.
— Ты ее разбудил! — Барни ощерился.
— Пусти, кретин. Она сама проснулась, мы лишь познакомились…
Пение Мэгги стало громче, за спиной у Фрэнка раздались шаги. Барни отпустил его, умильно улыбаясь дочери, появившейся в коридоре, взялся за ложку и начал соскребать со дна тарелки остатки размякших хлопьев.
Как только Мэгги опять скрылась в комнате, ветеран сжал кулаки и подался вперед.
— Я ее не будил, — быстро прошептал Фрэнк. — Ты ненормальный, Барни. Она не знает, почему я здесь. Накормила меня, и все.
Девушка перестала петь.
— Мужчины! — раздался ее голос в коридоре. — Я ухожу.
Фрэнк оглянулся. На Мэгги был строгий брючный костюм, элегантно повязанная лента под воротником белой рубашки заколота серебристой брошью. На лице минимум косметики, аккуратно уложенные набок волосы оказались волнистыми — девушка из «медвежонка» в пижаме преобразилась в деловую женщину, как и подобает сотруднице секретариата корпорации с мировым именем.
Мэгги на секунду отвернулась, чтобы снять с вешалки пальто, и Фрэнк едва не вскрикнул, когда Барни врезал ему под столом носком по голени.
— Папа, ты позволишь гостю проводить меня?
Все трое улыбались, только Фрэнк делал это сквозь проступавшие на глазах слезы, сидя боком к выходу из кухни. Нога жутко болела после удара.
— Подожди, медвежонок. Есть одно дело… — Барни надул щеки, метнув короткий злобный взгляд на Фрэнка. — Подойди. — Он взял дочь за руку, когда она приблизилась. — Присядь. — Вытащил из — под стола еще один табурет и поставил рядом.
— Папа, мне надо на работу, а ты с разговорами…
Фрэнк быстро смахнул слезы, улыбнулся как можно непринужденней, отодвигаясь вместе со стулом к стене.
— Неужели нельзя подождать до вечера? — Мэгги капризно поджала губы, переводя взгляд с отца на Фрэнка и обратно.
— Пожалуйста, медвежонок. Мы не займем у тебя много времени. — Барни по — прежнему держал Мэгги за руку и поглаживал ее кисть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
