— Так ведь «Мемория», президент… — Фрэнк задохнулся от негодования. — Они не скрывают неприязни к переселенцам! У властей конфликт с ними. Люди не могут не заметить…
— Ты забыл про обязанности граждан. Большинство свидетелей уже посетили отделения корпорации, чтобы навсегда стереть воспоминания об ужасах вчерашнего дня, они не желают помнить о стрельбе и трупах на улицах. Более того, их наверняка очень вежливо попросили об этом, а СМИ опровергли предыдущие сообщения, чтобы не будоражить сознание общественности и не плодить слухи. Тебя сделали крайним в надежде на скорую поимку. Всех настроили против тебя, ждут, пока ты не выдержишь и сдашься.
Макс развернул лэптоп экраном к Фрэнку. Там были фото и краткие резюме на два десятка человек, занимающих ответственные посты в «Мемории». Файл Кэтлин Бейкер не успели удалить из списка, она значилась заведующей научным сектором корпорации.
— Заявление президента о террористе — одиночке указывает на то, что заказчики убийства Кэтлин обладают связями в правительстве, манипулируют СМИ, влияя на ход событий. Они дают понять, с кем мы имеем дело, и намекают, что надо бы прекратить всякие попытки выяснить правду.
— Все равно! Действовала группа, их много, они хорошо подготовлены…
— Тут ты прав.
— Так, может, все — таки переселенцы?
Тренер покачал головой:
— Вряд ли. Открытое противостояние с властями… — Он скривился. — Стоит им проявить агрессию, как их сотрут в порошок. Сделаем так. Версию с переселенцами исключать из списка не будем, пометь вот здесь вопросы… — Макс привстал, ткнул пальцем в один из листов ближе к дальнему краю стола. — Почему Готье хотела получить технологии от «Мемории»? Откуда узнала о проекте «Вакцинация»? Так… — Он опять сел. — Записал? Хорошо. Теперь взгляни на этих людей, прочти файлы на лэптопе. И скажи, кто из топ — менеджеров корпорации нам интересен.
— В смысле?
— Кого мы можем использовать, чтобы прочесть информацию на диске.
Фрэнк задумчиво поскреб щеку, сколупнув коричневую корку с подживших царапин.
— Думаю, Уильям Боу, напарник и заместитель Кэтлин по научному сектору.
Тренер кивнул:
— Кто — нибудь еще?
— Джо Бинелли, управляющий. Мэгги работает у него в секретариате, там же расположен терминал доступа к серверу…
— Достаточно. — Тренер развернул к себе лэптоп. — Ты верно рассуждаешь, Фрэнк.
— Хм, рассуждать — это одно…
— Что тебя смущает? — Макс, не отрываясь от экрана, продолжил работу с файлами.
— Так ведь… — Фрэнк растерянно заморгал. — Как мы выясним правду? Попросим кого — то из этих двоих подключиться к серверу? Или вы собираетесь поручить задание Мэгги, пускай она все сделает, пусть рискует жизнью, так?!
Макс резко поднял на него глаза, их взгляды встретились.
— Я не согласен, тренер! — Фрэнк покачал головой. — Достаточно смерти Кэтлин Бейкер, и вообще достаточно смертей. Я не…
— Прекрати! — Тренер расправил плечи. — Остынь, Фрэнк. Эмоции в нашем деле — лишнее. Мы должны поступать разумно и действовать наверняка, не допуская ошибок. — Он пристукнул кулаком по столу.
Фрэнк, насупившись, повернулся к телевизору.
— Ну ладно, — уже спокойно произнес Макс. — Давай все — таки продолжим рассуждения.
— Угу. — Фрэнк глянул на него исподлобья и поправил съехавшие друг на друга листы на столе.
— Как по — твоему, до кого нам легче добраться — до Бинелли или до Боу?
Фрэнк пожал плечами.
— А если подумать? — Тренер снял очки и потер уставшие, в красных прожилках от бессонной ночи глаза.
— До Бинелли, — угрюмо проворчал Фрэнк. — Он будет завтра на пресс — конференции. Мэгги Дагган имеет доступ в его кабинет.
— Хорошая мысль, правильная. — Тренер слабо улыбнулся. — Конечно, в идеале стоило бы пообщаться с Боу, но наверняка служба безопасности корпорации опекает его активней, чем федеральные агенты — первых лиц государства. Боу наверняка знает, что произошло, но нам до него не дотянуться.
Увидев вопрос в глазах Фрэнка, он пояснил:
— Будь я на месте заказчиков, вывез бы его подальше от штаб — квартиры. В какую — нибудь секретную лабораторию, которая, даже не сомневайся, существует.
Из динамиков телевизора донеслось едва слышное: «Радость и процветание». На экране распустился оранжевый цветок — логотип «Мемории», замелькали лица людей в разной обстановке: на улице, в доме, детей в школе. Все улыбались, у всех было что — нибудь оранжевое из одежды, либо букет тюльпанов в руках.
Рекламный ролик сменил другой, и Фрэнк повернулся к тренеру.
— Что? — Тот напряженно смотрел ему в лицо.
Фрэнк вздохнул и нервно побарабанил пальцами по столу.
— Мысль одна из головы не выходит.
— Рассказывай. Мы за этим здесь сидим, чтобы отработать любые версии, пусть будут самые невероятные…
— Нет, тут как раз очевидная связь, но вот… Почему все охотники за мной были лысые, как Клейни? Мы узнали из репортажа, что конгрессмен лишился волос, когда участвовал в первых экспериментах Бейкера, и потом ученый решил эту проблему. Иначе все граждане, побывавшие на сеансах в «Мемории», давно бы облысели… — Фрэнк помолчал и продолжил: — Вот и не укладывается у меня в голове… Если нападавшие имеют отношение к «Мемории», как мы думаем, то каким образом эти люди связаны между собой? Клейни давно за шестьдесят, но тем, с кем я дрался, было около тридцати. Таксисту на «форде» в аэропорту — под сорок. Какая здесь связь?
Макс не смог ответить.
— Хорошие наблюдения, Фрэнк, надо их записать…
Глава 10
Бад Джессап, сидя в своем кабинете, смотрел сквозь стеклянную перегородку в спины удалявшимся адвокатам, которые представляли интересы Клейни и Бинелли. Беседа с ними была необходимой формальностью, капитан знал, что на положительный результат рассчитывать не стоит, а вот неприятности в будущем, обещанные слугами подзащитных, непременно последуют. Баду дали понять, что не стоит раскручивать дело на полную. В противном случае можно лишиться не только поста начальника департамента полиции Нью — Йорка, но и головы.
Он взял со стола оставленные адвокатами прямоугольники визиток, смял в кулаке и выбросил в мусорную корзину.
Твари! Ведут себя вызывающе и нагло, ничего не боятся! Бад развернулся вместе с креслом к окну. Не боятся, потому что знают: против «Мемории» нет улик. Боссы корпорации контролируют СМИ, формируя у большинства нужное им мнение, их поддерживают правительство и президент, на их стороне закон.
Поднявшись из кресла, он взглянул на улицу под окнами. Жизнь в городе била ключом, будто не случилось вчера убийств, не произошло того, что двадцать лет назад всколыхнуло бы общественность, заставило людей задуматься. Как сильно изменился мир, как постарели те, кто когда — то сражался за него, добывал свободу с оружием в руках. Кому они сейчас нужны, патриоты? Их осталась жалкая горстка, остальные не думают, не хотят вспоминать вчерашний день. «Мемория», стирая воспоминания, смешала людей с дерьмом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
