Эдвардсу на ухо, дыхнув на него терпким запахом табака:
— Где твоё оружие?
— Вот, — Скай показал свой чемоданчик.
— Да нет же! Автомат твой где?
— У меня его нет.
— Блять! Что за хрень твориться у вас в ремонтной?!
Скай мог бы сказать солдату, что ему как перебежчику из империи оружие не полагается, но не стал этого делать. По приказу капитана, солдаты запустили два небольших коптера и те, поднявшись чуть выше деревьев, быстро скрылись за лесом. Обстрел прекратился также внезапно, как и начался. Капитан хлопнул Ская по плечу и сказал весело:
— Наугад шмаляли! Знали бы точные координаты разнесли бы нас на хрен!
— Кто-то им сообщает где мы находимся! Предателей здесь полно! — угрюмо пробасил немолодой стрелок со впалыми, ввалившимися внутрь черепа глаза.
— Расслабься Сато! Сегодня наш день! — капитан похлопал рукой по броне и из люка мехвода высунулась голова в причудливом шлемофоне.
— Сворачивай с дороги в лес, пока совсем не стемнело! Заночуем, а с утра дальше двинемся!
Танкист кивнул и скрылся в люке.
— Ночью легко можем на них нарваться! — доверительно пояснил капитан Скаю. Свернув с дороги танк, беспощадно свалил несколько деревьев и двинулся вперёд под треск ломающегося дерева.
— Стой ты! Завязнем!
Послышалась ругань, танк остановился, механик заглушил мотор и вылез наружу. Вслед за ними БМП тоже съехала с дороги. Быстро темнело, Скай услышал, как с лёгким жужжанием вернулись оба коптера. Он хотел расспросить капитана о Чиаки, но тот куда-то пропал. Солдаты расселись на броне, греясь от постепенно остывавшего двигателя. В лесу сильно похолодало и Скай подумал, что уже давно наступила осень. Пока он был далеко в тылу, там только и говорили о том, что война закончится до зимы. Но когда он оказался на линии фронта, вернее почти на линии фронта, то быстро понял что не всё так просто. Честно говоря, на «нуле» он ещё ни разу не был, максимум в паре километров. Единственный раз когда он видел имперских солдат был тогда, когда к их ремонтной мастерской прорвались два танка. Они появились на поле возле деревни, где они ещё даже не успели толком оборудовать свои рабочие места. Чёрные, похожие издали на движущиеся по жёлтому полю коробки они стремительно приближались к ним. Вокруг Ская носились люди, кто-то что-то кричал, а у него как будто бы заложило уши. Он словно прирос к месту просто стоял и смотрел, как эти два танка приближаются к нему, едут, казалось бы, прямо на него одного. Потом в борт первого бронированного увальня ударило что-то похожее на молнию, раздался оглушительный взрыв, башню танка своротило на сторону, длинный ствол его орудия уткнулся в землю. Из всех щелей вырвалось пламя, всё поле заволокло чёрным дымом. В следующую секунду Скай увидел, как второй танк развернулся и уже мчится в обратную сторону, потешно раскачивая из стороны в сторону стволом своей длинной пушки. По нему почему-то больше не стреляли, снеся попавшееся на пути дерево, танк скрылся в овраге.
Стало темно, холод пробирал Ская до костей, подошёл капитан, без шлема он показался Эдвардсу совсем другим человеком, он словно помолодел лет на десять. Скай увидел перед собой совсем ещё мальчишку, с задорно блестящими глазами.
— Взвод лейтенанта Чиаки! Вы нашли его? — обратился к нему Скай.
— Нет. Стемнело, я приказал прекратить разведку.
Капитан окинул Ская внимательным взглядом.
— Зимняя форма есть у тебя, рядовой?
— Никак нет! — по-военному отвечал Эдвардс, — не успел ещё получить.
Капитан цикнул зубом и приказал:
— Лезь в БМП! Всё теплее будет! Огня разводить нам нельзя! Ребята, пожрать ему дайте!
Кто-то сунул в руки Ская сухпаёк.
— А как же вы? — спросил он, чувствуя себя виноватым. «Я им только мешаю!» — думал он.
— Мы привыкшие! — хмыкнул кто-то из темноты. Дрожа всем телом, Скай залез внутрь бронемашины, наскоро поел и, забившись в угол, постарался хоть немного согреться. Сейчас он особенно остро ощутил насколько сильно отличаются эти люди от него, Ская, ни разу в жизни ещё не бывавшего в настоящем бою. Через открытый люк боевой машины до него доносились негромкие разговоры солдат, Скаю показалось, что он разобрал хрипловатый голос капитана. Постепенно разговоры стихли, Эдвардс немного согрелся. Это была та самая БМП которую они с Кимом поставили на колёса накануне и Скаю приятно было ощущать своё некоторое родство с этим куском железа, ставшего для него хоть немного родным. Было очень тихо и от этой тишины на душе становилось тревожно. Постепенно глаза Ская стали слипаться и он незаметно для себя уснул, положив на колени свою старую каску. Проснулся он от того что замёрз, зубы его выбивали дробь, Эдвардс вылез из БМП, сидевший на броне солдат в куртке на меху и новеньких берцах поприветствовал его. Скай отошёл отлить, было ранее утро, воздух в лесу стал серым, тишина была такая, что каждый шаг Ская отдавался гулким эхом по всему подлеску. Во всяком случае, так ему казалось. Бледный туман рваными клочьями полз между деревьями. Скай вернулся к машине.
— Курить будешь? — спросил его дозорный.
— Не курю, — отвечал ему Скай.
— Везёт тебе!
Сидевший на броне солдат закурил, глядя на Ская вполне доброжелательно.
— Ты из империи? — спросил он совершенно неожиданно для Ская. Эдвардс смутился, он неловко кивнул, глядя в землю.
— Да ты не переживай! — солдат усмехнулся.
— Я, знаешь ли, тоже отсюда! — продолжал он, сделав рукой неопределённый жест, — деревня моя совсем рядом здесь. Сестру мою..
Рот его скривился, он тяжело вздохнул и продолжал тем же ровным голосом:
— Так что я дома почти! Закуришь?
Скай не решился отказаться. Он закурил, с непривычки закашлялся, солдат засмеялся, постепенно все проснулись, солдаты жевали сухари, передавая друг другу фляжку со спиртом, отхлёбывая из неё маленькими глотками.
— Взвод выдвигаемся! — лейтенант прошёл мимо Ская, надевая на ходу шлем.
— Нам пришёл другой приказ! Возвращаемся в деревню для перегруппировки!
Эдвардс не поверил своим ушам. Пока солдаты делано возмущались, что пришлось за просто так провести ночь в холодном лесу, Скаю казалось, что они на самом деле рады, что приходится отступать, он подошёл к капитану и, волнуясь, спросил:
— Что происходит? Мы же должны были выдвигаться на помощь лейтенанту Сато!
Капитан угрюмо взглянул на Ская.
— Я не имею права этого говорить! — негромко проговорил он после небольшого колебания, — но за ночь к имперским ублюдкам подошли подкрепления. Взвод лейтенанта Сато попал в окружение, думаю, они уже мертвы. Если мы хоть немного прокопаемся, то разделим их судьбу!
Сердце у Эдвардса упало.
— Вы не можете их бросить! — проговорил он жалобно, —
