Лили посмотрела на свои уставшие ноги, затем на Уэбба. Тот с трудом скрывал раздражение — ему казалось, что его нынешняя партнерша никогда не превратится в изящную и элегантную Аделаиду де Шевену.
Осуществляя свой замысел, Лили постоянно путалась на уроках по истории рода де Шевену. Что касается вышивания, то это было настоящим несчастьем. Когда же она рассказывала о цветущей Мартинике, где жила Аделаида, слушателям казалось, что речь идет о заснеженном январском Санкт-Петербурге.
Лорду Драйдену ежедневно докладывали об «успехах» Лили, и Уэбб настоятельно советовал отказаться от ее услуг.
Но лорд Драйден упорствовал и требовал заниматься с Лили как можно больше. А донесения, приходившие из Парижа, становились все более тревожными — агентам лорда Драйдена грозила смертельная опасность и требовалось в ближайшее же время завладеть дневниками покойного де Шевену.
— Пожалуйста, постарайтесь быть внимательнее и слушайте указания месье Бовуа, — сказал Уэбб, с улыбкой глядя на Лили.
— Я стараюсь, — пробормотала она, потупившись.
И Лили действительно старалась, ей хотелось скользить в танце так же легко и изящно, как ее тетка леди Ларкхолл. В какие-то моменты ей это удавалось, но затем она терялась, утрачивала чувство ритма, путала правую ногу с левой и сбивалась с шага.
Не дожидаясь, когда учитель остановит Лили, Уэбб обнял ее и снова повел в танце, повел медленно, но решительно, словно вел в бой полк.
Лили даже не осмеливалась поднять глаза на своего партнера. Уэбб, не веривший в помолвку, постоянно преследовал ее, наблюдал за ней, и Лили, все еще надеясь, что ее оставят в покое, со страхом ждала окончательного решения лорда Драйдена.
И она прекрасно понимала: Уэбб мог бы отказаться от участия в нынешнем уроке танцев, сославшись на то, что и так слишком много с ней занимается. Однако он не отказался — к величайшему огорчению Лили, меньше всего желавшей заполучить такого партнера. Ведь танцуя с Уэббом, она не могла не думать о поцелуе в саду, хотя они и старались делать вид, что ничего подобного не было.
Более того, Лили постоянно вспоминала об этом поцелуе. Когда же Адам, продолжая игру, прижимался губами к ее губам, она невольно ловила себя на ужасной мысли — ей хотелось, чтобы это был Уэбб.
«Какая ты глупая! — говорила она себе. — Ведь Адам такой милый и такой преданный, хотя и немного самонадеянный… Так почему же его поцелуи не будоражат кровь, как поцелуй Уэбба?..»
Строгий месье Бовуа расхаживал по залу, отчитывая свою ученицу:
— Неужели вы не умеете считать, миледи? На счет «раз, два, три» вы поворачиваетесь налево. Налево, а не направо! — Учитель постучал по полу тростью с серебряным набалдашником. — Сегодня ваша сестра устраивает прием, и я не желаю, чтобы вы выступали в роли деревянной куклы и тем самым портили мою репутацию. — Затем он обрушил свой гнев на Уэбба: — Месье, неужели вам не попятно, что миссис Коупленд сделана не из фарфора? Она леди, и леди весьма привлекательная, — добавил месье Бовуа таким тоном, что всем стало ясно: такая неуклюжая и непонятливая ученица, как Лили, никогда не научится танцевать. — Танцуя с ней, вы должны прижимать ее к себе. — Учитель, потянувшись к уху Уэбба, громко зашептал: — Танцуйте с ней так, будто ласкаете в постели прекрасную женщину. — Повернувшись к своей терпеливой жене, он щелкнул пальцами и пробурчал: — Ох уж эти англичане… А вы, миледи, несомненно, француженка, — улыбнулся месье Бовуа, протягивая руку леди Ларкхолл. — Вы двигаетесь так, будто у вас в душе рождается музыка.
Лили стиснула зубы — ей ужасно хотелось выбросить этого маленького человечка из окна. Деревянная кукла! Какое оскорбление! Если бы только снять этот траурный наряд! Тогда бы все увидели, что она вовсе не такая, какой упорно притворялась последние две недели.
Уэбб с лукавой улыбкой привлек ее к себе, и снова зазвучала музыка. Стараясь не сбиться с ритма, Лили, сама того не сознавая, вцепилась в руку Уэбба, и он ответил крепким пожатием. Повторяя движения партнера, Лили невольно восхищалась его удивительной грацией. Уэбб же все крепче прижимал к себе Лили, и она, почувствовав жар его тела, вновь вспомнила о поцелуе в саду…
Неожиданно Лили споткнулась, и Уэбб, вовремя поддержав ее, случайно коснулся рукой ее груди. Затем они снова заскользили в танце, и теперь уже Лили мечтала о том, чтобы Уэбб опять к ней прикоснулся.
Откинув голову, она посмотрела на него и вдруг вспомнила слова учителя — она их расслышала: «Танцуйте с ней так, будто ласкаете в постели прекрасную женщину».
Уэбб был прекрасным партнером, и в какой-то момент Лили обнаружила, что и она умеет танцевать.
— Раз, два, три, — отсчитала она, — и поворот налево. Уэбб улыбнулся ей, и Лили сразу вспомнила все свои девичьи мечты… Вспомнила — и опять повернула не налево, как следовало, а направо. Поворачиваясь, она столкнулась с Уэббом, тот не удержался на ногах, и оба рухнули на пол. К счастью, Лили упала на Уэбба, и он успел подхватить ее, так что она не ушиблась.
Открыв глаза, Лили увидела прямо перед собой лицо Уэбба. Неожиданно губы его дрогнули, и в следующее мгновение он громко рассмеялся.
— Мне кажется, малышка, что вы слишком буквально истолковали слова учителя о постели.
И тут Лили осознала, что лежит на своем партнере и груди ее крепко прижаты к его груди. Отсутствовали только пуховый матрас и белоснежные простыни, которые она видела в своих мечтах.
— Не смейте называть меня малышкой! — воскликнула Лили;
Она попыталась подняться, но оказалось, что Уэбб придавил к полу ее юбки.
— Месье, мадам!!! Это неслыханно! Во всяком случае, неприлично! Я не разрешаю подобные шалости на моих уроках! — вскричал учитель, приближаясь к лежавшим на полу танцорам.
Уэбб снова рассмеялся, и Лили тоже не удержалась от смеха.
— В этом нет ничего смешного, — сказал месье Бовуа. — Вы оскорбляете мои чувства. Если кто-нибудь увидит вас, моя репутация будет загублена.
— Поздно говорить об этом. Кажется, нас уже застукали, — усмехнулся Уэбб.
Проследив за его взглядом, Лили увидела стоявшего в дверях Адама.
— Какой сюрприз! — усмехнулся жених. Он пересек залу и склонился над Уэббом и Лили. — Чем вы занимаетесь с моей невестой, мистер Драйден? — Молодой человек с вызовом смотрел на Уэбба.
Лили похолодела. Она чувствовала, что надо поскорее успокоить Адама, чтобы удержать его от какой-нибудь глупой выходки.
Уэбб по-прежнему улыбался, и было ясно, что ситуация кажется ему весьма забавной. Лили снова попыталась подняться, но Уэбб крепко прижимал к полу ее юбки.
«Какой неуклюжий», — подумала она.
