Самый тяжелый случай — попытки помочь отчаянно несчастному человеку, который утверждает, что живет на этом свете только лишь из-за вас. Будь вы его бывшим любовником или любовницей, ребенком или психотерапевтом, ответственность за спасение этого человека из пучины отчаяния поработит вас. Но — лишь в том случае, если вы это допустите. Помните: спасти глубоко отчаявшегося человека может лишь он сам.
Вы действительно поможете ему, если научите бороться с негативным мышлением и подтолкнете к поиску специалистов. Те смогут вернуть ему самоуважение, когда сосредоточат его внимание на том, что он делает с болью, а не на ее наличии или отсутствии.
Пусть вы не сделаете своего подопечного счастливым, зато сможете уберечь и себя, и его от темных сил. А эти силы зачастую способны превратить беспомощность в настоящий (иногда алкогольный) ад.
Диагноз на скорую рукуВот чего вы хотите, но не можете иметь:
■ Счастливую улыбку на лице любимого или близкого человека.
■ Уверенность в своей способности поднять настроение другому человеку.
■ Веру в подходящее лечение, которое разрешит любую проблему.
■ Веру в способность любого человека радоваться жизни — при условии, что он заботится о себе и практикует медитацию, йогу, питание без глютена и прочий ЗОЖ.
Вот к чему вы можете стремиться и чего достичь:
■ Знать, что вы приложили все усилия ради счастья другого человека.
■ Примириться со страданиями без упреков и увиливаний.
■ Уважать стремление людей следовать своим ценностям, несмотря на душевную тоску.
Вот как это можно сделать:
■ Выясните, чем помочь, и внесите посильный вклад.
■ Если необходимо корректировать чье-то поведение, объективно оцените: вероятно ли это?
■ Настаивайте на лечении, лишь когда уверены в его эффективности.
■ Откажитесь от лечения, которое долго не дает результатов.
■ Помогайте страдающим людям заниматься важными для них вещами — насколько позволяют их симптомы.
■ Учите своих подопечных методам борьбы с негативным мышлением, используя перечисленные выше ценности.
Ваш сценарий
Вот что следует говорить другому/себе, когда вас так и тянет помочь несчастным:
Дорогой [я/родственник/бедный, несчастный сукин сын.]!
Не могу смотреть, как дорогой мне человек [страдает/рыдает/вылетает из университета/барахтается в боли]. Ведь всегда можно хоть чем-то помочь, надо только выяснить, чем: [приложить больше усилий/посетить город Лурд/раздобыть деньга на психоанализ]. Но я знаю, это не так. Я постараюсь по возможности облегчить твои страдания, [оказывая дружескую поддержку/нося парик в стиле «афро» всех цветов радуги/время от времени издавая непристойные звуки]. Но если мои усилия окажутся напрасными, я не буду считать себя или тебя неудачниками. Знаешь, я даже стану уважать тебя за то, что ты продолжаешь [принимать душ/выносить мусор/встречать новый день].
Глупости, которыми мы пытаемся «подбодрить» людей, впавших в депрессию, и что в таких случаях лучше говорить
Спасение зависимых
Все мы желаем добра тем, кого любим. Поэтому, заметив признаки алкоголизма или наркомании, мы беспокоимся и уговариваем человека пройти лечение. Если зависимый склонен к дурному поведению под воздействием психоактивных веществ, мы злимся. А потом виним себя. Согласитесь, что избавить человека от пристрастия, а нас — от дискомфорта может только вышеупомянутое лечение. Оно, подобно мази от сыпи, появившейся после случайного сексуального контакта, быстро восстановит порядок.
К сожалению, зависимые люди часто не реагируют на чужие советы, а на лечение обычно соглашаются только ради спокойствия окружающих. Но ничем хорошим это не заканчивается. Настойчивое принуждение зависимых к лечению приводит к прямо противоположным и неприятным последствиям.
Начнем с того, что в результате настойчивых уговоров начать лечиться зависимые (и не только) люди начинают думать, будто проблема не в их пристрастии, а в ваших чувствах. Следовательно, их задача — не оценивать себя и не меняться в лучшую сторону, а доставить вам удовольствие или изменить ваше мнение. Они чувствуют себя ответственными за ваши чувства, вы чувствуете себя ответственными за их спасение, а их ответственность за собственное благополучие и самоконтроль теряются.
Если зависимый человек согласен на лечение только потому, что хочет сделать вас счастливыми, особого толка от такой помощи вы не увидите. Более того, на вас будет возложена вина за отсутствие результатов, и от этого вы будете злиться и чувствовать себя беспомощными. Иными словами, побуждая зависимого человека к лечению, вы можете подтолкнуть его к еще большим злоупотреблениям и спровоцировать сильные конфликты.
К счастью, есть более удачный способ обсуждать с зависимым человеком вред алкоголя и наркотиков, не выдвигая при этом эмоциональные или любые другие требования. Для начала необходимо принять свою неспособность спасти кого бы то ни было от пагубной зависимости. Смириться с этим также трудно, как зависимому человеку трудно смириться со своей неспособностью контролировать свое пристрастие.
Вы должны сдерживать все свои сильные чувства, включая страх и злость. Так вы сможете оказать куда более весомую помощь без риска навредить другому человеку и самому себе. Если по зову любви или в результате неудачного стечения обстоятельств вы оказались вовлечены в спасение алкоголика или наркомана, не занимайтесь самодеятельностью и незамедлительно обратитесь за профессиональной помощью.
Запишитесь в сообщество созависимых людей «Ал-Анон» или найдите квалифицированного консультанта, который научит вас справляться с инстинктивной тягой к спасению кого-то. Да, возможно, вы можете оказать некоторую помощь, но только после того, как научитесь защищаться от эмоционального истощения, переоценки или недооценки степени зависимости и других людей и провоцирования у них пагубных привычек. Тогда вы сможете оставить в стороне обвинения и страхи и бесстрастно, по-деловому описать зависимому человеку его проблемы, требующие коррекции, а также последствия их игнорирования.
Обуздайте свою тягу к спасению, и вы поможете другому освободиться от тяги к вредным веществам и осчастливить его возможностью помочь самому себе.
Вот какой волшебной силой вы бы хотели обладать, но не обладаете:
■ Силой убеждения, чтобы даже самому слепому и тупому наркоману объяснить масштабы опасности его пристрастия.
■ Любовью, которая заставила бы наркомана довериться вашему плану и обратиться за помощью — ради ваших отношений.
■ Именем самого могущественного профи по интервенции[2], обладающего мощнейшей силой убеждения (подойдет, например, лысый тип из телешоу «Интервенция», хотя Кэнди Финниган тоже сгодится).
■ Названием клиники, именем гуру или текстом заклятия, которые (при наличии достаточного количества времени и денег) гарантируют отличные результаты.
Вот чего хотят будущие спасатели:
■ Удовлетворить желания зависимого человека, но только здоровым образом.
■ Понять, какие чувства у зависимого человека вызывает пристрастие, и тем самым усилить контроль за ним.
■ Найти эффективное лечение для зависимого человека.
■ Убедить зависимого человека в необходимости лечения.
■ Разобраться, где ошиблись все задействованные стороны.
Приведем три примера.
Я встречаюсь с отличным парнем и знаю: он сделает для меня что угодно. Но вот бросить пить я его заставить не могу. Знаю, у него было трудное детство, и я уважаю его за то, кем он сумел стать. Но меня бесит, что ему нужно обязательно хлопнуть рюмашку перед сном, а по выходным стакан у него в руке появляется уже в три часа дня. К тому же когда мой бойфренд выпивает, он перестает контролировать свои эмоции и не осознает, как злится и пугает меня. Он никогда меня не бьет и не пропускает работу, и это его главный аргумент в свое оправдание, когда я начинаю разговор о его зависимости. Но я вижу: нас ждут большие проблемы. Не думаю, что раньше у него были с кем-то серьезные отношения, но уверена: если мне удастся доказать ему, насколько это важно и как сильно я его люблю, он прислушается ко мне. Моя цель — помочь любимому начать лечение.
Брат всегда был мне лучшим другом, но из Ирака он вернулся другим человеком. Его уволили из армии за употребление наркотиков и алкоголя, и это его озлобило, ведь он тогда страдал от посттравматического стресса (и, скорее всего, занимался самолечением). С тех пор брат не вылезает из реабилитационных клиник, но улучшений в его состоянии нет. Я бы все сделала, лишь бы он пошел на поправку. Поэтому хочу на свои сбережения купить ему тридцатидневный курс в частной клинике. А потом, возможно, уговорю его пожить у нас с мужем. Правда, мой супруг не в восторге от этой идеи, ведь в прошлый свой визит брат нас обокрал. Моя цель - помочь старшему брату, чего бы мне это ни стоило. Ведь в свое время он всегда приходил мне на выручку.
