– Кажется, вам понятно, о чем речь, – наконец промолвил я. – Природа, верная принципу сохранения жизни на планете, решила проблему с озоновым слоем. Вы спросите: почему человек?.. ведь на Земле есть и другие млекопитающие… почему не они?.. Природа, друзья мои, мудра, и выбрала самый распространенный вид животных – нас с вами. Хотя есть и другое мнение на сей счет… Один из моих коллег утверждает, что это кара. Человек виноват в исчезновении озонового слоя и будет теперь его возобновлять – так сказать, за счет собственной шкуры.
– Вы утверждаете, что зеленые пятна на вашей коже производят озон? Газ, который нужен, чтобы подлатать озоновые дыры? – произнес бизнесмен. Его супруга промолчала, не применив на сей раз физического воздействия.
– Именно так и было сказано, – с раздражением буркнул я. Взгляд этого типа на проблему показался мне слишком упрощенным. – Но вернемся к нашим делам. Повторю, что «зеленуха» не является инфекционным заболеванием и не передается от человека к человеку. Это природный феномен, и, вероятно, рано или поздно все мы подвергнемся данной мутации.
– А где же доказательства, что это в самом деле не болезнь? – нервно сглотнув, спросила студентка.
– Доказательства? Вам нужны доказательства? – повторил я. – Часть из них у меня за спиной, в моей квартире! Тысячи страниц лабораторных протоколов! Ну, кто хочет с ними ознакомиться? – И я широко распахнул дверь. – Прошу! Входите!
– Я бы не прочь посмотреть, – сказала Анна, одарив меня многозначительным взглядом.
– Кто еще? – спросил я, после нескольких секунд тишины.
– Нет, нет, мы вам верим! – промолвила супруга бизнесмена и подтолкнула мужа локтем. Очевидно, то был намек, что пора отправляться домой.
Другие мои слушатели тоже начали двигаться к лестнице. Однако Иван, тот самый сосед с верхнего этажа, явно мечтал принести себя в жертву ради общественного блага. Шагнув вперед, он промямлил:
– Я тоже хотел бы увидеть эти результаты… конечно, если позволите…
За это он был награжден возмущенным взглядом Анны. Она, кажется, и не думала изучать в моей квартире какие-то бумаги, а собиралась заняться более интересными делами. Правда, я не мог догадаться, что больше привлекало эту рубенсовскую даму: я как мужчина или мой экзотический внешний вид. Но эта дилемма разрешилась, когда сосед, ошалевший от сложных диаграмм, схем и формул, удалился восвояси.
* * *
Не могу сказать, что я был в восторге, ибо неиссякаемая энергия полногрудой Анны наложилась на усталость, копившуюся во мне все последние дни. Но, так или иначе, мое первое рандеву с человеческим страхом перед пугающим и непонятным кончилось вполне благополучно. К сожалению, утверждать то же самое о внешнем мире и ситуации в нем было нельзя.
За несколько следующих месяцев зеленые пятна украсили все больше и больше народа. Как метко выразился один выдающийся ученый, нарождалась новая раса – Phyto Sapiens. Однако этот шаг в эволюционном развитии человечества не проходил безболезненно. Большая часть населения, еще не затронутая феноменом, стала избегать «зеленчуков» столь же тщательно, как в прошлом избегали прокаженных. Заговорили об изоляции таких субъектов в особых лагерях. Сами «зеленчуки» тоже увеличивали напряженность в обществе, кончая жизнь суицидом, что привело к всплеску самоубийств. Появилась секта, члены которой сводили счеты с жизнью в массовом порядке, в разных местах, но в один и тот же день и час. Впрочем, это оказалось не самой серьезной проблемой. Гораздо опаснее было множество фанатичных проповедников, возникших словно из-под земли, которые вопили на всех углах, что «зеленчуки» помечены Сатаной и несут ответственность как за греховное человечество в целом, так и за свои личные грехи. Каждый день к фанатикам примыкало все больше и больше невежд, тогда как все религиозные конфессии хранили загадочное молчание.
Потом начались погромы. Ситуация очень походила на геноцид евреев при Гитлере, когда отряды фашистских молодчиков сгоняли их в концлагеря либо уничтожали на месте. На этот раз все повторялось в гораздо больших масштабах. Власти пытались защитить своих позеленевших граждан, посылая против разъяренных толп полицию, а в некоторых случаях даже армейские части, что не всегда приводило к успеху. За фанатиками было численное превосходство, и при любом раскладе обе стороны несли массу бессмысленных жертв. Начались гражданские войны, кое-где оппозиция «антизеленых» свергла законные правительства, установив диктат, направленный против «меченых», – еще одно название людей, подвергшихся мутации. Многие бежали от репрессий, искали убежище в соседних странах, чьи власти относились к их проблемам с пониманием. Но это лишь увеличивало напряженность: беглецы для любого правительства – всегда головная боль.
Я тоже едва не стал жертвой массовой истерии. Однажды после обеда, когда я вернулся из лаборатории, в мою квартиру влетел Иван, сосед с верхнего этажа.
– Идут сюда! – взволнованно выкрикнул он. – Они уже в начале переулка… Вам надо немедленно исчезнуть!
– Что случилось? – Я посмотрел на него в недоумении.
– Бандиты пророка Иоанна! Обыскивают все дома и хватают «зеленых»!
Этот самозванный пророк Иоанн был местным лидером антизеленого движения.
– Но куда мне идти? – спросил я, почувствовав, как паника хватает за горло.
– Не знаю, однако… Придумал! – крикнул радостно сосед и потащил меня на лестничную площадку.
Взлетев по лестнице, мы добрались до хорошо известного мне места – тут жила Анна. Иван позвонил, дверь распахнулась, и под изумленным взором хозяйки мы ринулись в квартиру.
– Где спальня? – торопливо бросил сосед.
Анна, не говоря ни слова, кивнула в нужную сторону, хотя я и сам мог бы подсказать соседу, где тут спальня. После моей лекции и знакомства Анны с результатами моих исследований – и не только с ними! – я не раз посетил ее гнездышко. Так что у меня имелось полное представление об интерьере ее жилища – и не только об этом.
Иван потащил меня в спальню, к огромной кровати, с которой я был неплохо знаком.
– Спрячьтесь здесь! Полезайте! Быстро!
– Куда? – не понял я.
– В постель, разумеется, – буркнул он. Затем повернулся к Анне и добавил: – Ложитесь под одеяло. Да, да, к нему! В ночной сорочке! Наденьте что-нибудь пособлазнительнее!
– Но… – пискнула Анна, но сосед ее прервал:
Конец ознакомительного фрагмента.
