лице.
— Запустил! — оправдываясь за беспорядок, он свернул одеяло, простынь, и запихнул в шкаф для постельного белья, вниз дивана. Задвинул диван, чтобы было удобно сидеть. Снял ноутбук с журнального столика, положил на пол, столик передвинул к дивану, порылся в раковине с немытой посудой, выудил тряпку, прополоскал, протёр журнальный столик влажной тряпкой. — Сейчас мы с тобой будем пить бразильский коктейль Кайпиринья! Пробовала?
Она засмеялась, закинув вверх голову, отчего её шейка с нежной шелковистой кожей казалась беззащитной и трогательной:
— Прямиком из Бразилии выписал? — она уютно, поджав под себя ноги, забралась на диван. Сняла курточку, бросила рядом с собой на диван.
Влад поднял её, повесил на вешалку у дверей. Вернулся:
— Ну, я приступаю к приготовлению бразильского коктейля Кайпиринья! — объявил он торжественно.
— Давай! Я жду! — Наташа уткнулась в телефон, в ожидании угощения.
Он открыл на полную мощность кухонный кран, вода долбила по немытой посуде с остервенением дятла добывающего насекомых из коры деревьев, забрызгивая пространство вокруг мойки. Два чистых стакана, по два кружочка лимона в каждый, немного сахарного сиропа, по пять кубиков льда, ну и, конечно же, главный ингредиент — водка. Главное мера: много нальёшь, не будет пить — противно, мало — будет сидеть трезвая и недоступная, а у Влада на этот счёт были совсем другие планы. В холодильнике болтался полузасохший кусок сыра. Сойдёт! Грызть можно!
— Мадемуазель, пожалуйста, угощение подано: коктейль Кайпиринья бразильский, сыр Российский. Больше ничего нет — пустыня Сахара! Извините, не ждал гостей, поэтому без смокинга и цилиндра! — Он поклонился перед Наташей, поставил на журнальный столик два стакана с коктейлем и тарелку с нарезанным сыром.
— О! Бразильско-российское угощение! — подыграла она ему, — неплохо! Он сел рядом с ней, но не близко, а на «пионерском расстоянии», — как выразился он, — за знакомство!
Они отпили по глотку.
— Неплохо! Только для Кайпириньи не подходит лимон, должен быть лайм и это важно для вкуса, сироп может быть любым. Какой угодно у тебя, Влад, коктейль, но только не Кайпиринья!
— Откуда такие познания в области создания коктейлей? Ты работала барменом? Да ты пей-пей! Вкусно! Он, чуть подтолкнул указательным пальцем правой руки её стакан.
Она сделала ещё глоток, взяла кусочек сыра, откусила.
— Я там была. И пила настоящий Кайпиринья с лаймом.
«Врёт! — думал он, — но получается это у неё изящно, будто правду говорит». Он взглянул на неё, он задумалась или делала вид, что задумалась. Хорошенькая, тонкие пальчики держат тяжёлый гранёный стакан, распущенные волосы ниже середины спины. Уютно расположилась на диване, точно у себя дома. «Она и не собирается, похоже, уходить. Сидит, привыкает» — мысленно пошутил он.
— Где была? — он сделал вид, что не понял о чём она говорит. «Ах, ты маленькая, хорошенькая врунишка. И в Бразилии она была и о пиццерии она думала, что там подают ужасную еду, чуть ли не отраву…» Он не успел закончить мысль, он вскочила с дивана, подошла к окну, полностью отдёрнула штору, опёрлась руками о подоконник, задумалась о чём-то, всматриваясь в вид из окна — детскую площадку, с копошащимися в песочнице ребятишками, с мамочками, сторожащими своих драгоценных чад.
— О чём задумалась, красавица? — Влад пошел к ней, игриво протянул стакан. Она вздрогнула, точно от неожиданности. Взяла стакан и тут же у окна выпила весь коктейль. — Ещё? — у Влада появилась надежда, сейчас девушка дойдёт до нужной кондиции и, может быть, её потянет на романтику и даже на секс.
Она помотала головой:
— Нет, спасибо! Я домой к ребёнку. Вызови мне такси, — она помолчала и добавила, — пожалуйста, — снова помолчала, — ты заплатишь за такси? У меня совсем мало денег, не хватит.
Он кивнул:
— Ладно, ну, давай хоть через полчасика. Толком не поговорили, не познакомились, а ты — бежать. Ещё по одному коктейлю, потом я вызываю такси и оплачиваю.
— Ладно, — она вернулась на прежнее место, всё также уютно устроилась на диване, поджав под себя ноги, доела кусочек сыра.
Он намешал ещё два коктейля. Подал ей стакан, взял свой и как бы невзначай подвинулся чуть ближе к ней.
— Ну, хоть чуть-чуть расскажи о себе. Кроме того, что тебя зовут Наташа, у тебя есть ребёнок и ты в академическом отпуске, я ничего не знаю. — Он ещё чуть придвинулся, но она не замечала или делала вид, что не замечает.
— Зачем? — она пожала плечами, — случайное знакомство. Спасибо тебе, Влад, — она перекинула волосы на грудь, накручивая кончик локона на палец.
— За что?
— Сам знаешь за что. За пиццерию, за коктейль, за такси, за то, что как и договаривались не пристаёшь ко мне. Мне было одиноко, тоска зелёная замучила. Представь, я гуляю с ребёнком на детской площадке, у других малышей есть отцы, они возятся с ними, тётёхают, а у моей нет, только мать и бабушка. Знаешь как обидно, до слёз! — Она резко вскочила с дивана, отошла к окну, будто бы пристально всматриваясь во что-то происходящее на улице. Вздрогнули плечи, как бы невзначай, кончиками указательных пальцев, она украдкой вытерла уголки глаз. Он раздумывал: подойти, пожалеть — «Всё будет хорошо! Не переживай!». Но что будет хорошо? Что он может сказать утешительного? Или сделать вид, что ничего не заметил? «Да, так будет лучше. Ничего не заметил и всё! Пусть маме своей жалуется». Он всё же не удержался:
— Ну, ты же забеременела естественным путём? Соответственно, у ребёнка есть отец. И где таковой имеется? Впрочем, это не моё дело, не буду задавать лишние вопросы. — Ему уже это всё стало надоедать, мало того, что деньги на неё потратил, личное время, надеясь, что ему «что-нибудь перепадёт» интересненькое, теперь ещё утешай.
— Прости, — она женской интуицией почувствовала, что не надо было кукситься перед ним, — тебя это не касается, это не твои проблемы.
«Это уж точно!» — подумал он, но ничего не сказал, промолчал.
— Вызови такси, — напомнила она, — телефонными номерами обменяемся? Просто, иногда поболтать по-дружески, узнать как дела.
— Ну, давай! — вяло согласился Влад, ему уже хотелось, поскорее остаться одному, всё равно ничего «не светит».
Она уехала, и он забыл об их короткой, мимолётной встрече.
Он покрутил головой, как бы пытаясь стряхнуть всплывший перед глазами образ. «Ну, ладно, было и прошло! — внушал он себе, — встречу другую девчонку. Да! Я встречу другую, — шёпотом произнёс он, точно обращаясь к ней, — может быть, красивее тебя. Не веришь? — произнёс он уже громче». Что я несу! Бред! Сам с собой разговариваю! Он ещё раз потряс головой, отгоняя охватившее его наваждение. Не отпустило, мучительно ныло сердце. Хотелось
