искренней благодарности, а я была не в том настроении, чтобы слушать ее нелепые дифирамбы в адрес благородного героя Нейтона Рока.
— Пожалуй, мне пора, — сказала я, делая крохотный шажочек назад.
— Сбегаете, госпожа Блэк, — с открытой издевкой сказал многоликий.
— Избавляю себя от токсичного общества моралиста и самоубийцы-неудачницы, — припечатала я и отвернулась, полная решимости свалить в закат и не видеть, как эта «запутавшаяся и нуждающаяся в утешении» дуреха будет сыпать благодарностями и фонтанировать восторгом по поводу своего внезапного и крайне своевременного спасения решительным мужчиной.
— Сбегаете, — припечатал Нейтон Рок и искривил губы в злорадной улыбке победителя по жизни.
Правда ненадолго.
Стоило сделать пару шагов прочь, как меня нагнал отчаянный вопль.
— Госпожа Блэк! Пожалуйста, стойте!!!
В первую секунду показалось, что я ослышалась.
Во вторую, что блондиночка просто не успела договорить окончание фразы «пожалуйста, стойте, я вас бить буду».
На третьей я развернулась, чтобы вопросительно глянуть на Нейтона, и оказалась в таких крепких удушающих объятьях, что массово рыдают от зависти все удавы мира.
— Госпожа Блэк! Какая удача, что я вас встретила! — радостно проорали мне в ухо и таки попытались если не придушить, то точно сплющить.
— Ыкх! — позвала на помощь я.
Нейтон Рок смущенно кашлянул и послушно пришел на выручку.
— Розетта, — мягко позвал он собственноручно спасенную им блондинку. — Я думал родители посадили вас под домашний арест за вчерашнее.
— Посадили, но я сбежала, — с гордостью в голосе созналась моя удушительница и наконец избавила меня от общества своих объятий.
Самую капельку пошатнувшись, я с трудом втянула в смятые легкие воздух и за неимением ничего более подходящего вцепилась в руку многоликого. Тот, знамо дело, не обрадовался, но вырываться благородно не стал.
А девушка все никак не унималась.
— Госпожа Блэк, я так признательна. Так признательна! Вчера вы изменили мою жизни. Перевернули с головы на ноги. Буквально спасли от смерти!
— Что?! — в один голос опешили мы с многоликим.
— Да-да, — быстро-быстро закивала Розетта, глядя на меня большими влюбленными глазами свежеиспеченной фанатки. — Именно после встречи с вами я поняла чего же мне так остро не хватало в жизни!
— Здравомыслия? — предположил Нейтон.
— Мозгов? — не стала церемониться я.
— Нет! — решительно отмела наши версии блондиночка и озвучила собственный. — Метлы!
Час от часу не легче.
— И зачем же вам метла? — даже весь из себя такой вежливый Нейтон Рок усомнился в добром здравии блондинки.
Розетта закатила глаза и мечтательно улыбнулась.
— Нет, я просто представила, как я, вся такая дерзкая, в черном кружевном платье, лечу сквозь ночь на метле…
Я честно попыталась. Воображение отказалось видеть эту картину даже в изощренных кошмарах, и выдало вместо блодинки черный рояль, верхом на маленькой метелке для пыли. Рояль наигрывал зловещую музыку, метелочка кряхтела от усилий, то и дело проваливаясь в воздушные ямы.
— И знаете, что?
— Что? — уже чувствуя подвох повторила я.
— мне так понравилось летать в своем воображении, что я решила, что стану ведьмой, — торжественно объявила Розетта.
Святые черти! Только этого мне для счастья и не хватало.
— Зачем ты вообще ее спас! — гадюкой прошипела я на ухо многоликому, но тот был занят — стоически терпел и не улыбался во все двадцать восемь зубов.
Куда подевались еще четыре?
Да просто я искренне сомневаюсь, что у Нейтона Рока есть хоть один зуб мудрости!
Будь в нем хоть кроха этой самой мудрости, то он не стал бы так искренне веселиться над бедой черной ведьмы в присутствии этой самой черной ведьмы.
Чревато, знаете ли.
Чревато…
— Сегодня утром я отправила запрос в Черный ковен, — продолжала лепетать, как ни в чем не бывало Розетта, напрочь игнорируя мое вытягивающееся лицо и едва ли не в голос ржущего Нейтона. — Маменька, правда, была против, начала кричать, что вот только ведьм ей в роду и не хватало, но я верю в свою удачу и уже даже выбрала, кто станет моей наставницей в этой нелегкой науке постижения черных зелий.
— Всего недоброго! — хрипло выдавила я и поспешила убраться подобру-поздорову.
— Куда же вы, госпожа Блэк! — кинулась следом за мной Розетта. — Не уходите. Я как раз хотела сказать, что буду очень рада, если моей наставницей станете именно…
— НЕТ!!! — рявкнула я так громко и негодующе, что с ближайшего дерева вспорхнула перепуганная стая голубей.
— Но… — попыталась опротестовать Розетта, но я была решительно и непреклонна, а еще умела очень-очень быстро ходить, когда того требовали обстоятельства.
А обстоятельства не только требовали. Они откровенно намекали на то, что пора сваливать от этой безумной.
— Госпожа Блэк, вы же не дали мне даже сказать, — упрямо продолжала преследование Розетта, но поняла, что добыча ускользает, и прибегла к новой тактике.
Блондинка сделала молниеносный выпад и с громким «шлеп!» упала на землю. Любой другой отбил бы себе все и сразу, но эта только протянула руки и вцепилась ими в мою ногу.
— Госпожа Блэк, возьмите меня в свои ученицы. Ну возьми-ите! — ныла она противным голосом.
— Розетта, будьте благоразумны, мать вашу! — шипела я, поднимая ногу и энергичным движением пытаясь скинуть приставучую блондинку со своей конечности.
— Я не хочу быть благоразумной. Я хочу быть ведьмой, вредной и ужасной! Как вы, госпожа Блэк.
Я с надеждой покосилась на Нейтона Рока, ожидая, что в доблестном мужчине вновь вспыхнет благородное желание спасть и помогать, но была жестко разочарована.
Мало того, что тот даже не порывался выручать меня из сложившейся ситуации, так он еще и тихо с подвываниями ржал.
Ну все, многоликий.
Тебе кранты.
— А что б тебя! — тихо выругалась я и послала в Розетту черную искру.
Первым порывом было заколдовать блондинку в зверька, но внутренний голос вовремя испугал меня перспективой иметь вместо пухлой блондинки, не менее приставучую обезьянку, упитанную звонкую болонку или еще кого похуже. Поэтому я ударила теми крохами чистой силой, что были мне доступны.
Розетта дернулась от неожиданности, ойкнула и слегка разжала руки.
Вырвавшись из цепких лапок вчерашней самоубийцы, я с чувством близким к панике рванулась в сторону, увидела выныривающих из подворотни близнецов и бросилась к Николасу.
— Куда же вы, Саманта! Дайте хотя бы автограф для моих потомков! — расстроенно орала мне вслед валяющаяся на земле Розетта.
— Госпожа колдунья, а что с ней случилось? — удивился Николас.
— Умом тронулась! — «объяснила» я, выдергивая из рук опешившего мальчишки свою метлу и сразу седлая.
К счастью Николас оказался не только исполнительным мальчиком, но и крайне смышленым. Быстро сориентировавшись в ситуации, он лихо запрыгнул мне за спину, вцепился руками за плечи, и мы рванули с места.
— Вот это
