Удивительно, как много всякой ерунды хранит наша память, даже, казалось бы, ненужной инфы. А потом, в нужный момент, все это всплывает из памяти. Вот и сейчас вспомнила, как печь изнутри выглядит. С производством кирпичей тоже знакома, правда, чисто теоретически. Когда получила в собственность керамическую мастерскую, то многое узнала про глину. Керамику я изучила практически, а про кирпичи, черепицу — так, по верхам, чисто в теории. Вот и буду теперь на практике изучать. И местным гончарам покою не дам. Надо ещё кузнеца найти, если делать полноценную печь с плитой, то нужен металлической набор — сама плита, дверца, колосники, вьюшка… в изготовлении нет ничего сложного, главное, чтобы металл был. А почему нет здесь стекла? Оно ведь точно известно, но окошки в домишках затянуты бычьим пузырем. И про стекло мне тоже кое-что известно. Дело в том, что перед тем, как Миша купил мне мастерскую, они начали экспериментировать со стеклом — отливать разные стеклянные фигурки, установленные на стеклянные или зеркальные подставки. Неожиданно в моду вновь вошло увлечение наших бабушек из 60-х годов, различные фигурки из фарфора или стекла, продавались они вполне успешно. Мастер-стеклодув все пытался нащупать рецептуру и секреты стеклодувов из чешского Яблонца. Помнится, у моей мамы были чешские бусы, простое прозрачное стекло, но при этом переливающееся всеми цветами радуги. Красиивыые были… пока я их не порвала и от испуга половину бусин спрятала и потеряла…
Мои мысли прервал Грегор.
— Леди Мэри, подъезжаем!
И впрямь, неподалеку виднелись дома. И пусть они тоже были из все того же скальника, что и мои деревушки, но выглядели, не в пример, лучше. И ровнее они были и выше и больше. Сами улицы шире, да и в целом селение было больше. Рынок был в центре деревни, нельзя сказать, что слишком большой, но все необходимое там было. Мясо Грегор посоветовал не покупать, его солдаты и так добудут мяса охотой. Нужна была мука, растительное масло, мед, немного сахара (ох, и дорогой же он здесь!), овощи, пока свои не выросли, крупы. Чуть-чуть специй. Совсем чуть-чуть. Очень дорого. Мне, не привыкшей к такой дороговизне и дефициту специй, сложно было понять, отчего такие цены на тот же душистый перец или корицу. Соль, слава Всевышнему! у нас своя, а то на рынке я видела, что покупали соль совсем небольшими пакетиками. Странно, а как же они без соли обходятся при засолке мяса или рыбы? А рыба здесь должна быть, ведь залив совсем недалеко.
На дрожжах тоже решила сэкономить, когда ехали через лесок, недалеко от поместья, то видела прошлогодние лианы хмеля с сохранившимися кое-где шишками. Надо собрать, и будут у нас свои дрожжи для лепёшек. Формового хлеба я тут не встречала, да и дрожжевой не слишком был распространен, чаще пекли, особенно в дорогу, воинам, путникам, пресные сухие лепешки. В них можно завернуть различные начинки, часто это были мясо и овечий сыр. В общем, прообраз нашего лаваша.
Потратила я один золотой из своего запаса. Но сердце кровью у меня точно обливалось. Хотя повозка радовала своей наполненностью. Перекусив тут же купленным пирогом с мясом какой-то зверюшки и запив, кто чем — я травяным отваром с медом, а мужчины — по кружке некрепкого эля, решили, что пора двигаться в обратный путь. Пока нас никто не тревожил, но провожали задумчивыми взглядами, гадали кто мы и откуда, но впрямую не спрашивали. У горцев любопытство не принято.
До той самой заброшенной деревни добрались мы часа через три, не меньше. Уже подъехав к деревне, упёрся возчик — не поеду! Здесь нехристи жили, мало ли! Плюнув на упрямца, оставили его на заросшей травой дороге, а сами поехали в деревню. Не успели мы отъехать и пятидесяти метров, как позади раздался испуганный возглас возчика — оказывается, перспектива остаться одному на пустой дороге пугала его больше, чем вариант посещения деревни нехристей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Да, зажиточно жили некогда викинги. Большие дома, большие участки земли при каждом доме. Но видно, что деревня покинута уже не первый год — дома без присмотра обветшали, кое-где провалились крыша, основательно заросшие травой участки. Но все стояло совершенно нетронутым, не разграбленным. Видимо, суеверия не давали местным мародерам разграбить деревню.
Я решительно спешилась и пошла к ближайшему дому, точнее, бывшему огороду, продираясь через бурьян. Некоторые растения я даже не смогла идентифицировать, но некоторые были вполне узнаваемые. Так, например, я опознала валериану, наперстянку, дикий салат, щавель, дикий чеснок. Даже небольшой кусочек, совсем небольшой, с пару носовых платков, не более, толокнянки, чуть дальше росла горчица.
Но это точно были не мои знания. Память Мэри тоже имела свой уголок в моем мозгу. Я даже знала, для чего эти травы и как их применять. Но пока того, что я упорно искала, не видела. Наконец, в самом конце огорода, два раза упав и нещадно оцарапавшись о колючки прошлогоднего репейника, я нашла то, что искала. Среди высокого уже различного сорняка я увидела хиленькие ростки картофеля. Я ринулась к тому месту, ещё раз грохнувшись на землю и приговаривая "Бог троицу любит" пробралась к этим кустикам. Ошибки быть не могло — это был именно картофель, хиленький, явно измельчавший, но наш любимый картофан!! Я хоть и не из Беларуси, но картошечку люблю очень даже трепетно и в любом виде, отварной, жареной, пюре, тушёной с мясом или без, с лучком, сальцем, с солёным огурчиком… пока все это себе представляла, чуть слюной не подавилась.
Встав в полный рост, замахала руками своим спутникам, подзывая. Вот не зря я заставила взять с собою один заступ и пару свободных мешков. Кустики мы выкопали все, даже самые хилые, аккуратно уложив их в мешки. Мужики, крякнув, потащили их в повозку, а я от жадности, подалась выкапывать то, что сумела опознать. Пока только с одного участка. Но, чувствую, надо будет ещё раз, а может и два приехать сюда, проверить другие участки. Картофеля лишнего не бывает. А мои спутники смотрели с недоумением — что это за странные растения с клубеньками и стебелечками — тычинками? Пришлось объяснять, что это такой овощ, намного вкуснее репы и брюквы. Домой я возвращалась довольная невероятно и гордая сама собой.
Начинало потихоньку смеркаться, когда мы въехали через главные ворота во двор замка. Про себя иронично хмыкнула — на фига эти ворота со всем прибамбасами — запоры, подъемные механизмы и прочая и прочая, когда сама ограда полуразрушена? И дыр в ней — ходи, не хочу!
Покупки решили выгружать сразу в кухню, поскольку подходящих хранилищ во дворе не было. Кресса радостно суетилась возле повозки, давно не видевшая столько продуктов сразу, она теперь не знала, как выразить обуревавшие ее чувства. Заодно тут же сообщила, что охотники сегодня принесли несколько птиц и кабана. Помогли разделать мясо, половину оставили здесь, для готовки, половину унесли в ледяную пещеру. В общем, голод прямо сейчас нам не грозит. Из продуктового вопроса меня сейчас больше беспокоит вопрос молока. Как бы там ни было, Уилли и Юна ещё дети и молоко и молочная каша им не повредит. Да и я тоже с удовольствием по утрам бы и омлет употребила, и кашу и сырники… я мысленно облизнулась.
