прекратится, обещаю!” — продолжал шептать в моей голове голос
На лбу у меня выступил пот, в висках заломило а ноги как будто подламывались. Хорошо что я стоял около двери, у которой была очень крепкая ручка. Я схватился за неё в попытке найти хоть какую-то опору, без этого точно бы грохнулся на радость голосу, который становился всё настойчивее.
“К чему такие старания, на колени, ты всё равно сделаешь это, но почему-то сопротивляешься, на колени!”
— Да пошёл ты в задницу, урод! Нет! Нет, я сказал! — в бешенстве заорал я.
И тут же всё прекратилось, а в тишине раздались одиночные аплодисменты.
Глава 8
Ботаник сделал еще пару хлопков и нарочито медленно встал со своего кресла.
— А ты хорош, хоккеист, — глумливо сказал он, — нет правда, — эти слова были обращены ко всем, — он практически ноль, почти такой же как простолюдины, но смотрите, не упал на колени. Впрочем, это ничего не меняет. Его не должно быть здесь. И не будет, я вам обещаю.
— Богдан, голубчик, а ты берега, часом не попутал? — вмешался вдруг партнер ботаника по бильярду, — ты, конечно, староста нашей группы и вообще силен. Но ты, как и Алексей, призванный из нулевого мира. А я - Иван Медведев, урождённый боярский сын. Как и все остальные, кроме вас двоих. И пусть ректор, — это слово Иван произнёс с особой интонацией, — назначил тебя главным, это правильно, сила есть сила. Но если ты думаешь что можешь здесь что-то решать, то у меня для тебя плохие новости.
— Посмотрим, Медведев, посмотрим. Эй вы, за мной, — бросил он компании занявшей несколько кресел с диванами у большого панорамного окна. Практически синхронно 7 человек, пятеро парней и две девушки, встали и вместе с ботаником вышли из гостиной.
Последний из них, детина чуть ли не больше моего внезапного заступника проходя мимо попытался сбить меня плечом. Но у него не получилось, я сделал ровно полшага назад и всё, громила промахнулся и пролетел вперёд, я же еще и добавил ему ускорения, толкнув в спину. В итоге он врезался в своих дружков и сбил с ног Богдана. После чего, правда, тут же вскочил и бросился на меня. Ну ладно, дружок ты сам напросился.
Спасибо тебе Петрович, твои уроки не прошли даром, и я все сделал как нужно.
Шаг навстречу, уклоняюсь от наверняка могучего, но слишком очевидного, и от этого не опасного для меня удара и провожу апперкот.
Так как этот дуболом двигался мне навстречу то удар получился просто отменный. Мне показалось что его аж подбросило, и мой противник, как подкошенный, рухнул к моим ногам. Шикарно получилось, один удар и всё. Нокаут.
Еще, и походу, очень тяжёлый. Зубы я ему точно выбил, а может и челюсть сломал, а значит там точно сотрясение.
Но насладиться своей эффектной победой я не успел. Потому что на меня снова обрушился невидимый удар, только намного, намного более серьезный.
В этот раз никаких слов или команд в голове. Одна чистая, ничем не замутненная боль, которой было столько, что я против своей воли застонал, согнулся и обхватил голову руками.
А потом всё, свет погас и я уже ничего не помню.
***
— Доброе утро, молодой человек. Как вы себя чувствуете?
Я, очевидно, в больнице, только в намного более навороченной чем у Соболевых. Всякая магическая хреновня летает вокруг, никаких тебе мониторов, целая куча информации о моей драгоценной тушке просто висит голограммой у меня над головой, и вообще, видно что другой уровень.
А вот доктор подвёл, моя Мариночка смотрелась бы среди всего этого магического великолепия намного более органично чем этот старенький Айболит.
— Доброе, — ответил я, — чувствую себя прекрасно, спасибо. Что со мной случилось?
— А не должны, честно сказать. За сто пятьдесят лет моей практики я такого не видел. Но позвольте сначала представиться: Яков Соломонович Нахааш, академик Российской Императорской Академии Наук, профессор и декан кафедры медицинской магии и биотехнологий МИМА. Кто вы я знаю, можете не тратить наше время.
— Рад познакомиться, профессор. А что означают ваши слова о том, что я не должен здесь находиться? А где тогда?
— В анатомическом театре, молодой человек, в анатомическом театре. Тот ментальный удар, который вы перенесли, однозначно смертелен для магов вашего, крайне низкого, а вернее сказать, практически отсутствующего уровня, прошу меня извинить за грубость.
— Мне уже столько раз и намекали, и прямо говорили, что я практически ноль в магии, что я уже привык, ничего страшного. Что есть, то есть, какие уж тут обиды.
— Приятно видеть критичный и скромный взгляд на самого себя у столь юного человека. Обычно ваши сверстники реагируют на подобное несколько более живо. Но вернемся к сути. Вы должны были погибнуть, просто обязаны встретить смерть, ну или, как минимум, полностью потерять разум. Однако вы тут. И после совершенно ординарных реанимационных и восстановительных мероприятий вы в полном порядке.
— А может… — я хотел сказать про свою способность но доктор меня опередил.
— Не может, Алексей. Ваша сопротивляемость к магии, щит, если по-простому, слишком слаб. Он вас точно не способен защитить.
В задумчивости я потёр лоб. Нет, ничего, шрама в виде буквы Z у меня не появилось, жаль.
— Я бы хотел понаблюдать вас какое-то время. Все показатели в норме, вы абсолютно здоровы. Вот только это.
С этими словами доктор щелкнул пальцами и передо мной возникло зеркало. Да твою мать! Что за фигня?
Из зеркала на меня смотрел блондин, по-моему, такой цвет еще пепельным называют, А вчера я был брюнетом
— Это тоже очень необычно, молодой человек, ментальные удары не имеют последствий для внешности человека, ни шрамов, ни ожогов, ни внезапного поседения никогда не происходит. Но мы оба видим что случилось. Именно поэтому я и хочу вас понаблюдать, не как врач, а как учёный.
— Иголки в меня тыкать будете и на образцы резать? — что-то мне не очень хотелось становиться подопытной крысой. Спасибо доктор, но нет.
— О, можете не переживать! Мои методы абсолютно не инвазивны и безболезненны. Да и я готов оплачивать ваше участие в экспериментах. Прямо сейчас составим договор и вы будете
