Хайке была увлекающиеся натурой и у неё периодически получалось обманывать саму себя, в частности, по мнению мужа. Так было и на этот раз. Голова её каждый раз кружилась от близости Энзи, во всех смыслах, и оттого критичность её восприятия была не на высоте. Подсознательно, она это и сама поняла, тут же абсолютно искренне пообещав себе вникнуть подробнее сразу после того, как…
Видимо, Лютер что-то такое почувствовал в её изменившемся настрое, потому что, точно также отвалившись на спину рядом с ней, сенатор Энзи мечтательно уставился в зеркальный потолок и спросил лежащую рядом женщину:
— Что-то было не так?
— Да Бог с тобой! — не поленилась всплеснуть ладонями фрау Штавдакер, после чего заставила себя перевернуться на бок и поцеловать сенатора. — Всё чудесно… — прошептала она хрипло и весело. — Просто Питер пошёл решать кое-какие вопросы в Корпусе, ну, ты понял?.. А я не стала вникать в детали, потому что именно в этот момент поднимался по лестнице ты.
— Польщён, — ухмыльнулся сенатор. — Но он же обращался и ко мне. Взял у меня пару человек; сам выбирал из тех, кого знает лично. Надеюсь, там проблем не возникнет. Он выглядел очень уверенным.
Именно в этот момент комм Хайке подпрыгнул на прикроватной тумбочке, возмущаясь установленным загодя беззвучным режимом.
После чего установил принудительное соединение с внешней стороны.
Хайке побледнела в мгновение ока: это мог быть только законный супруг.
Наплевательское отношение к ней Пауля последний год и его лояльное закрывание глаз на всё подряд сыграли с ней в этот раз плохую шутку. То, что номинальный глава клана не пользовался некоторыми инструментами (от которых лично она успела отвыкнуть), вовсе не означало, что он забыл о том, что они есть.
«Надо было не оставлять комм активным, пока Лютер у меня», — с запозданием мелькнула у неё как нельзя уместная сейчас мысль.
Голограмма собственного мужа, вспыхнувшая в полуметре от лежавший на кровати пары, абсолютно спокойно обозрела мгновенно покрывшихся испариной любовников и жизнерадостно присвистнула.
— Вот ты где, с-сука, б#я, — весело улыбнулся муж жене. — Кувыркаешься? Другого места, кроме как как наша кровать, найти не могла? — затем хозяин дома бестрепетно перевел взгляд на Энзи. — Вызов от меня получишь через три минуты, через секретариат Ассамблеи. И только попробуй не ответить сразу. В этом случае, из моего дома просто не выйдешь. Обещаю.
Лютер встревоженно покосился на Хайке, но та молчала, закусив нижнюю губу и стыдливо прикрыв обнажённые выше пояса телеса руками.
Как бы ни сложились на деле их отношения в прошлом, женщине только что прямо напомнили: глава Семьи жив и здоров, и с позиции главы Семьи его никто не смещал.
— А ты, тупая тварь, слишком увлеклась… — было видно, что простой, как труба, Пауль хотел сейчас выматериться, но почему-то сдержался от сквернословия в самый последний момент. — Питера арестовали на территории Корпуса. Он два часа назад, своей рукой, от имени всего Клана начал полноценную войну с Хаасами. На виду у всего Корпуса, у кучи свидетелей на глазах, включая технические средства наблюдения. Хаасы, кстати, уже собрали кворум на Ассамблее по этому поводу, я только оттуда. Их официальная Нота у меня в руках.
— Если нужно, я сейчас же подтяну к вашему дому свою охрану! — попытался поучаствовать в разговоре супругов неуместный на этой кровати голый сенатор. — Если мы быстро объединим силы двух кланов…
— Заткнись и мотай из моего дома, — поразительно спокойно, даже не поворачивая головы, ответил Штавдакер-старший.
— Пауль, это очень хорошее предложение! — Хайке уже взяла себя в руки и попыталась деловым тоном сохранить хорошую мину при плохой игре.
Если сейчас, в суматохе, спустить всю остроту эмоций на тормозах — там, глядишь, и получится договориться с мужем… Он слишком примитивен, чтоб она не смогла разрулить и этот момент. Будем надеяться. Тем более, когда она начинала истерить, он всю жизнь моментально сдувался и любил махнуть на всё рукой, лишь бы скандалов не было. Так, надо быстро настроиться на нужную волну. Наверняка получится взять глоткой и на этот раз, надо просто постараться…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Если мы объединим силовой блок вместе с лютеровским, то… — начала разгоняться Хайке, ускоренно входя в нужное психологическое состояние.
— Заткнись, тупая бл#дь, — выплюнул муж, явно сожалея о сквернословии. — Я не разрешал тебе говорить. Ты что, правда считаешь, что у тебя есть какие-то права в этом доме после всего, что случилось?!
Пауль был убийственно адекватен. Именно это олимпийское спокойствие в такой неподходящий момент больше всего и пугало женщину.
«А если бы он был таким раньше!..» — с запозданием мелькнуло у Хайке.
— Не нужно пытаться перетягивать на себя полномочия главы чужого Клана, по собственной инициативе, если вам их не поручали, — мягко, но с тигриными обертонами в голосе продолжил Штавдакер-старший. — Это вас обоих касается. Для информации: слава богу, Грег Хаас — нормальный человек. И вначале он связался со мной. Все клановые вопросы с Хаасами я с этого момента решаю сам и лично. Энзи, повторяю для персонально тебя: через три минуты ты стоишь на крыльце моего дома, со включённым видеофиксатором своего служебного комма; и мне насрать, будешь ли ты там с голым хоботом или оденешь смокинг. Вызов от меня примешь в ту же секунду, понял? А ты, — он перевел взгляд на жену, и она с полным изумлением первый раз жизни обнаружила в его взгляде лёгкую брезгливость в свой адрес. — У тебя есть ровно пятнадцать минут, чтобы покинуть мой дом. На всякий случай: если у тебя сейчас мелькают разные интересные мысли, касательно раздела того же имущества и прочих прав собственности…
Хайке действительно в этот момент собиралась начинать бороться за материальное, вот прямо сейчас; но Пауль её опередил и не дал сказать ни слова.
— … этот дом будет выставлен на продажу через полчаса. — Продолжил так резко изменившийся глава дома Штавдакер. — Все деньги с его продажи лягут на твой личный счёт, чего на безбедную старость более чем достаточно. С голым задом по миру не пущу, не бзди. Далее. В зависимости от итогов моей дуэли с этим придурком Энзи, наши с тобой адвокаты продолжат дальнейшие дискуссии о разделе имущества клана. Ну и о разводе попутно, это параллельные процессы.
— Пауль, но ведь мы старались не потерять ни сантима всю жизнь… — всхлипнула Хайке, не будучи в силах удержать покерфейс и чувствуя, как земля уходит из-под её ног, несмотря на горизонтальное положение.
— Не говори мне больше «мы». С этого момента нет никаких «мы». Есть только бывшие супруги, которых разведут со дня на день, потому что я приложу максимум усилий и не пожалею денег на это. А Хаас поможет юридическим сопровождением и оформлением всего того, что обычно затягивается. И да, я отзываю у тебя фамилию Штавдакер, Хайке. — Он первый раз за долгое время назвал её по имени. Видимо, и последний. — Если тебе нужно собрать что-то в моём доме, перевести остатки каких-то операционных сумм на личные счета, не могу придумать, что ещё… у тебя есть на всё те самые пятнадцать минут.
— Если не успею?.. — деловито уточнила женщина, тут же меняя планы и прикидывая грядущие изменения в жизни.
Похоже, и правда следовало торопиться.
— Если не успеешь, значит, вылетишь из дома в том, в чём будешь. — С этими словами Пауль отключился.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
После звонка теперь уже, считай, бывшего мужа, Хайке рывком поднялась на ноги, оперлась о стол на мгновение, собираясь с мыслями и выстраивая последовательность ближайших действий.
Лютер Энзи, глядя на неё сзади, именно в этот момент почувствовал непреодолимое влечение, сила которого было непередаваема.
Он вскочил с кровати вслед за женщиной и мгновенно, быстро, грубо вошёл в неё сзади. Утыкая её лицом в стол и заставляя вскрикнуть от боли.
