человека ничего не жалко. Ждите меня, я скоро.
«Ничего себе напор», — подумал Ярыгин. Он направился в свой номер, а Белянка лихорадочно стала набирать номер телефона капитана Цвяха.
Когда-то она любила этого человека, но постепенно поняла, что большего мерзавца, чем он, на земле найти трудно. Но он держал ее крепко, не вырваться. Белянка знала, что служит капитану Цвяху чем-то вроде подстилки, которую он подкладывал под любого, кто был ему нужен или интересовал, или орудием для выполнения каких-нибудь поручений начальства.
Чувства Белянки постепенно атрофировались, и она покорно выполняла задания Цвяха.
Капитана, как всегда, на месте не оказалось.
«Ну и черт с тобой! — злобно подумала Белянка. — Сама справлюсь! Впервой, что ли, мужика охмурить? Не первый и не последний!»
И через десять минут с бутылкой шампанского и закуской она уже стучалась в номер к Ярыгину. Он ждал ее и открыл сразу же с широкой и радостной улыбкой.
— Что за сладкая жизнь настала для мужиков! — приветствовал он Белянку. — Лозунг «Берегите мужчин» нашел в сердцах женщин столь широкий отклик, что теперь даже угощают их на свои деньги. Какая хорошая традиция в вашем отеле! — добавил он насмешливо. — Раньше, чтобы охмурить даму, мужику приходилось раскошеливаться хотя бы на портвешок…
— А теперь женщины стали настолько самостоятельны, — перебила его Белянка, — что могут взять понравившегося им мужчину на содержание. Равноправие должно быть равноправным. За что боролись?
Белянка поставила поднос с бутылкой шампанского, двумя хрустальными бокалами и с блюдцами, на которых лежала закуска.
Ярыгин такое великолепие вкушал не часто. Оно привело его даже в некоторое смущение, которое он, впрочем, легко преодолел.
«В интересах дела можно кое-что позволить женщине! — думал он, успокаивая себя, вернее, свою совесть. — Она хочет что-то выведать, и мне это не помешает, — решил он окончательно. — Посмотрим, кто кого?»
Изобразив радость на лице, Ярыгин схватился за бутылку шампанского.
— Берите бокал! — начальственным тоном сказал он. — На всякий случай!
— Шампанское охлаждено! Фонтана не будет!
— Береженого Бог бережет! Куда прикажете направить пробку?
— Так, чтобы не разбить плафон люстры или окно! — засмеялась Белянка, однако на всякий случай взяла в руку бокал.
— Внимательно наблюдайте за пробкой! — серьезно велел ей Ярыгин. — Я ее направлю точно в верхний край занавески. Смотрите!
Белянка, улыбаясь такому мальчишеству, стала внимательно следить за его действиями. После легкого встряхивания бутылки пробка угодила точно в верхний край занавески.
— Профессионал! — одобрила Белянка. — Хоть сию минуту готова рекомендовать вас официантом к нам в ресторан. В месяц будете иметь столько, сколько и за год не заработаете майором милиции.
Она залпом, как-то жадно выпила бокал шампанского, Ярыгин, не раздумывая, тут же налил ей еще.
— Впрочем, — многозначительно улыбнулась она, — майор майору рознь! Есть и в вашей епархии знатоки жизни. За месяц выбрасывают такие суммы на гулянки, будто им выдали жалованье за пятьдесят лет вперед.
— Гуляют в вашей гостинице?
— А где же? — удивилась Белянка и обиженно посмотрела на Ярыгина. — У нас столичный комфорт.
— Давайте тогда за комфорт, — поднимая бокал, предложил Ярыгин.
— Давайте, — решительно сказала Белянка и выпила еще бокал.
Шампанское заканчивалось. Ярыгин, достав из чемодана бутылку «Белого аиста», открыл ее и обратился к Белянке:
— Под такую закуску и коньячок не грех выпить.
— Наливай, — переходя на «ты» и подставляя охотно бокал, сразу ответила Белянка.
— За что пьем?
— За любовь! — сверкнула глазами Белянка.
— За любовь еще рано! — усмехнулся Ярыгин. — Давай выпьем…
Но Белянка его уже не слушала. Она залпом осушила бокал коньяка.
«Ничего себе баба, — думал Ярыгин. — Темп взяла больно крутой. Десять минут не прошло, даже познакомиться толком не успели, а уже за вторую бутылку принялись».
Он решил растянуть свой бокал на несколько тостов, видя, как быстро хмелеет Белянка.
— Говоришь, вся номенклатура у вас здесь гуляет, — умышленно передергивая слова, возвратился к начатому разговору Ярыгин.
— Настоящая номенклатура не здесь, а на «Белой даче» развлекается, — пьяным голосом возразила Белянка.
— А ты что, там бывала?
— Ха! — рассмеялась Белянка. — И не один раз. Старикашки там в основном собираются. На отдых из Москвы. Но все такие важные… Беседы ведут… Там от доверенных людей такое узнаешь…
Язык у Белянки начинал заплетаться. И пока Ярыгин раздумывал, наливать ли ей еще коньяка, она подставила ему бокал и требовательно сказала:
— Давай выпьем…
После очередного бокала она закурила. Глаза помутнели, и, забросив ногу на ногу, она уставилась на Ярыгина.
— Если хочешь что-то узнать, читай «Правду» и слушай «Последние известия», — пытаясь вытянуть информацию, заметил Ярыгин.
— О чем на «Белой даче» говорят, ты и от Би-би-си не услышишь, — сказала Белянка и выпустила тонкую струйку дыма в лицо Ярыгина.
— О чем же это? — тут же задал вопрос Ярыгин.
— Брежнева уже два раза с того света возвращали! — заплетающимся языком хвастливо зашептала Белянка. — А как они подготовят захват власти, то возвращать его больше не станут, останется там, куда ушел. Думаю, что не в рай!
— Ну, по пьянке чего не скажешь!
— Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке! Понял? — решительно возразила Белянка. — А эти все могут. И потом, что это ты все интересуешься? — запальчиво спросила она.
— Говорим, да! — с грузинским акцентом ответил Ярыгин.
— А я отвечаю, так? — засмеялась Белянка. — А потом ты куда-нибудь напишешь, а мне будут делать секир-башка!
— Ладно! — успокоил ее Ярыгин. — Ничего ты мне не говорила, ничего я не слышал. И вообще, я на отдыхе.
— Жена дома, а ты на отдыхе! — забазарила неожиданно Белянка.
Она опьянела прямо на глазах. «Ни фига себе!» — удивился Ярыгин. «В момент закосела баба. Алкоголичка, что ли?» — подумал он.
— Шо смотришь? — разозлилась Белянка. — Щас как вмажу. Кобели чертовы, все вы одним миром мазаны. Вот не буду с тобой трахаться, и все тут. Иди, жалуйся!
И она, шатаясь из стороны в сторону, вышла из номера столь стремительно, что Ярыгин не
