украшен?
— Мне кажется, ваш дом проще снести, чем чинить, — закатил глаза Руслан, пряча улыбку.
— Всё-таки ты чудо, — с чувством сказала Лика и пошла по коридору, на ходу говоря: — Ты же помнишь, что я займу твою спальню?
— Это твоих рук дело? — прошептал Игорь. Артём покачал головой:
— Газом правда очень воняло. И мама расстроилась, что придётся опять вас просить. Она даже на полном серьёзе говорила, что можно пожить у тёти Светы, но я отговорил.
— Ей настолько неприятно с нами жить? — расстроился Игорь.
— Нет. Скорее, ей просто не хочется создавать неудобства для дяди Руслана.
— Хорошо, если так. Значит, она о нём думает и переживает.
— Посмотрим, — тяжело вздохнул Артём.
Ужин, собравший всех за одним столом, проходил в молчании. Но если ребята угрюмо ковырялись в тарелках, то Руслан и Лика постоянно переглядывались, старясь не улыбаться. Пока Лика убирала со стола и раздавала задания по уборке Игорю и Артёму, Руслан улизнул в сад — счастье, что Лика рядом, будет неполным, если она заставит мыть посуду. Но она быстро нашла его, впрочем, вытаскивать в дом не стала, просто села на пол рядом.
— Почему не рисуешь? — она кивнула на забытый мольберт с тем же эскизом.
— Не сегодня.
— Почему?
— Не могу сосредоточиться, когда ты рядом, — он смерил её многозначительным взглядом, задержавшись на губах.
— Это значит, что теперь ты вообще больше не будешь рисовать?
— Ну нет. Скорее, это значит, что пока ты будешь так сильно меня волновать, придётся сделать перерыв.
— Хочешь сказать, что со временем я перестану тебя волновать? — притворно возмутилась Лика.
— Ты понимаешь, что я имею в виду, женщина, — низко проговорил Руслан, притягивая её к себе. — Я понимаю, что нам некуда торопиться, но это не значит, что не могу тебя хотеть.
— И как сильно ты меня хочешь? — игриво спросила Лика, прихватив губами кожу на его шее.
— Безумно, — выдохнул он, впиваясь в её губы. Лика ответила с таким жаром, что Руслан, не удержавшись, рухнул на пол, увлекая её за собой. Мольберт упал, но никто этого не заметил. Зато услышали Игорь и Артём, которые только закончили мыть посуду и вышли в сад, чтобы сказать это Лике.
— Что там происходит? — прищурился в полумрак Игорь. Хотя кусты гортензий больше не скрывали дальний угол сада плотной стеной, они всё равно доходили до половины — этого было достаточно, чтобы увидеть высокий силуэт отца, если тот стоит за мольбертом. Сейчас не было видно ни мольберта, ни отца.
— Надеюсь, они не дерутся, — с сомнением протянул Артём.
— Зачем им драться? — удивился Игорь.
— Да мало ли. Ма, всё в порядке?
Пройдя вглубь, дети торопливо обогнули кусты, в удивлении уставились на рассыпанные по полу тюбики с краской, валяющийся в стороне мольберт и совершенно растрёпанных родителей.
— Руслан в очередной раз пытался научить меня рисовать, — тяжело дыша, Лика сверкала глазами.
— И ты в очередной раз подтвердила свою полную неспособность к этому. Швыряться красками не значит, что ты умеешь выбирать цвета, — укоризненно ответил Руслан, собирая тюбики.
— В следующий раз я приложу тебя мольбертом по голове, тогда посмотрим, кто из нас ничего не умеет! — Лика фыркнула, поднимаясь с пола.
— Я тебя больше не буду учить, женщина, не надейся! — проворчал Руслан, вставая рядом. Они замолчали, меряя друг друга горящими взглядами. А потом молча развернулись и, под пораженные взгляды детей, ушли в дом.
— Может, ещё не всё потеряно? — спросил Игорь.
— Не знаю. Мне кажется, они просто ведут себя рядом друг с другом как обычно. Они же друзья. — Артём пожал плечами и глубоко вздохнул. Радость от возвращения стремительно утекала сквозь пальцы.
— Всё ещё друзья, — зловеще пробормотал Игорь. Немыслимо, насколько непробиваемыми могут быть эти взрослые! Что им ещё нужно? Может, Артём прав, и всё бесполезно. Было бесполезно с самого начала…
Дом давно затих. По полу скользили тени: ветки, подсвеченные луной, раскачивались на ветру. Из-за него Руслан не сразу услышал тихое шуршание за дверью. Поднялся, подошёл ближе, пытаясь понять — не показалось ли? Еле слышно приоткрыл дверь и замер, глядя на Лику в тонком белом халате. Она бесшумно проскользнула внутрь. Когда Руслан, закрыв дверь, обернулся, она уже лежала на диване, сверкая глазами.
— Нет смысла тянуть и чего-то ждать, если мы оба этого хотим, — прошептала, развязывая пояс. — Ты же со мной согласен?
Тринадцатая глава
Стук сердца мог бы разбудить весь дом: поначалу из-за него Руслан ничего не слышал. Опустившись на колени перед диваном, он смотрел на Лику и не находил ни одного слова. Снова. Глубоко вздохнув, он заставил себя перестать нервничать и успокоиться. Накрыл ладонь, замершую на узле халата, и сам осторожно развязал его. Под ним не оказалось никакой одежды, в темноте её кожа казалась матовой, так и манила прикоснуться.
— Я всегда знал, что ты бесстыдница, но чтобы настолько, — хрипло сказал Руслан под аккомпанемент стремительно стучащего сердца. Ладонь потянулась к плоскому животу, накрыла его, поползла вверх. Лика протяжно выдохнула, немного выгнулась, подставляя грудь под его ласку. Склонившись, Руслан согрел дыханием кожу, мягко поцеловал и поднялся короткими поцелуями к губам. Ленивое, неторопливое движение губ в противовес собственному нетерпению, кружило голову, а от того, как нетерпеливо ёрзает Лика, выгибая спину и пытаясь уложить его, наконец, на себя, Руслан чувствовал себя практически всемогущим. С трудом оторвавшись от неё, он тихо проговорил:
— У меня нет презервативов.
— Я пью таблетки, — шепнула Лика, обнажая его плечо, заставляя сползти до локтя его пижамную рубашку и шустро расстёгивая оставшиеся пуговицы.
— Давно? — Неприятное чувство царапнуло в груди, но тут же утихло после её:
— Сегодня начала.
Разгорячённое дыхание сорвалось с губ, когда их кожа соприкоснулась. Облокотившись о диван одной рукой, второй Руслан беспрестанно гладил Лику, очерчивая каждый изгиб её фигуры. Лика полыхала, постоянно ловила его губы, зарывалась в распущенные волосы, обвивала ногами. Она прерывисто выдохнула, когда ладонь Руслана спустилась вниз. Подцепив ногой резинку его штанов, потянула их с бёдер, заставляя как можно скорее снять.
— Нетерпеливая, — выдохнул Руслан с улыбкой, подчиняясь и путаясь в штанинах. Горячая, отзывчивая, так идеально совпадающая
