И я против воли широко зевнула.
Дмитрий фыркнул и подхватил меня на руки.
– Эй! – возмутилась негромко, чувствуя просто необъяснимое тепло, будто забралась под самое любимое домашнее одеяло.
И меня выключило, словно кто-то нажал на тумблер.
Дмитрий
“Не дави, держи себя в руках. Дай ей время” – уговаривал себя гибрид, сидя на крыше жилого корпуса на территории Иных и улавливая каждый шорох.
Вера осложняла задачу, и это нервировало Диму. Как было бы проще, окажись они под одной крышей. Завоевание происходило бы быстрее. Да и Тень бы так не маячил на горизонте.
Теперь гибрид на своей шкуреощутил, что истинная-человечка – это то еще испытание на прочность. Только его плющит от ее запаха, сносит крышу от одного вида. Стоит взглянуть на пленительные изгибы, как мозг тут же подкидывает развратные картинки температуры кипящей магмы.
А Вера что? Грустит о Леше, думает о ребенке и боится его. Супер!
Так и хотелось создать клуб анонимных истинных, где можно было бы обсудить все проблемы бедных оборотней, кому выпало на долю любить человеческих женщин. Ведь с обортницами в сто раз проще: их совершенно так же накрывает страстью, желанием соединиться. А тут что?
Глава Иных со злостью стукнул кулаком по крыше так, что жители второго этажа повскакивали с кроватей.
Тень показался из-за угла, и глава Иных вынул из кармана заготовленный заранее грецкий орех и щелчком пальцев запульнул его в наемника. Тот в последний момент увернулся, спасая глаз, в который непременно попал бы гибрид.
Тень сделал еще шаг, и еще один орех полетел в него, попав прямо под коленную чашечку.
– Следующим пущу в дело травмат, – предупредил Дмитрий с совершенно невозмутимым лицом, будто отстреливать от приближающихся к своей женщине соперников было делом привычным и ничем не примечательным.
– Да ты жестокий, глава, – наемник сказал это тихо, но в тишине для чуткого слуха ничего нельзя было утаить.
Даже оборотни в перепланированном складе могли услышать отголоски разговора.
– Если бы был другим, у нас было бы другое будущее.
Дмитрий уже понял для себя, что Тень что-то от него хочет. И даже догадывался что. Оставалось только ждать, что же перевесит: тяга к допингу или к женщине. В первом случае наемник бы остался жив, а вот во втором… Гибрид бы не ручался.
Но, кажется, Тень еще сам не понял, что ему нужно. Как и глава Иных, он оказался в незнакомых водах и сейчас плыл на ощупь. Поэтому отступил на эту ночь, ушел в отведенную комнатушку в самом дальнем углу территории и слушал всю ночь тихое сопение Кота на посту неусыпной слежки.
А вот Дмитрий с первыми лучами солнца был словно взведенный курок. Вроде и Тень ушел с миром спать, и ночь была тихая, но гибрида с такой страшной силой тянуло вниз, что казалось, крыша вот-вот разойдется под этой взаимной гравитацией.
И только он услышал разговор девушек внизу, как тут же поспешил вниз.
Плевал Дима с высокой колокольни на все. Хватит. Так с ума сойти можно.
“Пусть кричит, сопротивляется. Заверну в одеяло, накрою рукой и ногой на постели, и пусть сколько угодно бунтует. А я спать!” – решил глава Иных.
Но стоило увидеть замученное выражение лица, а потом ощутить трогательную капитуляцию сонной Веры, как план значительно смягчился.
Правда, желание поспать в обнимку из него никуда не делось.
Дмитрий положил Веру на свою кровать и застыл над безмятежно спящей девушкой. Светлые волосы разметались по подушке, а на графитовом белье кожа девушки казалось тонкой и беззащитной.
Гибрид не был воплощением благородства. Не-а!
Особенно когда увидел, как Вера сладко потянулась на кровати, перевернулась на живот и обняла подушку. На ней был надет совершеннейший антисекс – просторные спальные шорты и растянутая майка. Но для Димы съехавшая в сторону от движения одежда казалась соблазнительнейшим пеньюаром.
Оголенный покат бедра, съехала с плеча бретелька майки, задрался край одежды на спине, открывающий обольстительный изгиб поясницы. Ну и как после этого пойти спать на пол? В другую комнату? В другой дом?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Димина одежда полетела во все стороны, словно испуганные птицы. Куртка, футболка, штаны, боксеры… Сто-о-оп! А вот боксеры были пойманы на лету и надеты обратно.
– Не могу спать в одежде. Тело не отдыхает, – тихо оправдал себя глава Иных.
Ну как бороться с желанием дотронуться кожа к коже? Обнять сзади, вдохнуть аромат волос, прижаться всем телом?
Сопротивление просто бесполезно.
Дима осторожно лег рядом, боясь разбудить девушку и получить взбучку, но стоило ему промять матрас справа от Веры, как та сама придвинулась к нему.
Глава Иных пораженно застыл, наблюдая круглыми глазами, как девушка, словно оборотница, втянула носом запах и хозяйски шмякнула ладонь на грудь. Нога, словно крючок альпиниста, с размаху залетела на мужчину так, что тот весь сжался: коленка была в опасной близости от зоны Х.
Реакция мужского тела не заставила себя ждать. Желание чуть не согнуло гибрида в бараний рог. А женская ладошка, будто специально посланная небесами, чтобы проверить прочность выдержки, медленно поползла вниз по груди, а потом по мужскому прессу.
Дмитрий стиснул зубы так, будто ему пришлось сдерживать взбесившуюся тройку коней челюстью за поводья. Все жилы напряглись, вены вздулись. Кровь гибрида словно вся следовала за рукой девушки, покинув голову.
Ладонь Веры медленно, но верно двигалась все ниже, приближалась к точке невозврата – краю нижнего белья гибрида.
Дмитрий откинул голову назад, впервые в жизни чувствуя себя в абсолютном отчаянии.
Нельзя, нельзя, нельзя-нельзя-нельзя!
Закусил подушкой – не помогает. Жалобно заскулил – небеса не сжалились: рука продолжала медленно, но верно опускаться ниже.
![]()
ГЛАВА 19![]()
“Не доводи до греха! Не доводи же! Не надо!” – повторял про себя Дима.
Если бы гибрид знал, какое испытание ждет его в кровати, то сто раз бы подумал, прежде чем так опрометчиво ложиться рядом. Пол теперь выглядел вполне сносно.
А рука между тем все продолжала опускаться ниже.
«Ащ-щ-щ!» – зашипел сквозь зубы оборотень, когда ладонь внезапно сорвалась и легла на вершину порока.
В ушах зазвенело, рассудок повело. Гибрид сжал руки в кулаки с такой силой, что чуть не полопалась кожа на костяшках.
А Вера, эта спящая искусительница, забавно повела носом во сне и уткнулась им в грудь Димы.
“Все! – понял гибрид. – Еще секунда – и конец”.
И накрыл своей рукой шаловливую руку Веры, сжал и поднял выше, тяжело дыша.
У него было ощущение, словно он совершил как минимум подвиг. Дотронулся до девушки и не распластал под собой. Герой!
Только почему он чувствовал себя побежденным?
Простыню под ним можно было выжимать. Кожа словно пустыня Гоби зимой и летом: то минус пятьдесят, то плюс.
Неожиданно нога девушки дернулась, коленка поднялась и попала в десяточку, мгновенно проясняя сознание Дмитрия.
Как говорится, будь осторожен со своими желаниями, ведь они имеют свойство сбываться.
Зато такой необходимый отрезвляющий удар быстро вернул самообладание гибриду. Сцепив свою руку с рукой девушки в замок, Дима как следует прижал ее к себе и закрыл глаза. Мерное дыхание Веры убаюкивало. Стук сердца малыша действовал как мантра.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Дима глубоко вздохнул и почувствовал, как от Веры еле уловимо пахнет оборотнем. Едва-едва щекочет ноздри особый запах двуликих.
Глава Иных повернул голову и еще раз втянул запах у макушки девушки. Точно! У нее только что появился еле заметный запах гибрида. Но как такое может быть? Неужели это все его кровь?
ГЛАВА 19
