Дверь в детскую оставалась открытой, и няня со служанкой не подозревали, что ей слышно все, о чем они говорят.
– Как там внизу, все в порядке? – тихо спросила няня.
– Они, видать, сегодня с добычей, вот и упились вусмерть на радостях, – ответила служанка.
– Значит, все уже пришли?
– Все восемь человек. Да еще и миссис Гиббоне, которая хихикает, как девчонка. Представляю, что сказала бы мама о подобном поведении.
– Ведите себя поосторожнее, – предупредила няня, – а не то она может выставить вас вон.
– Не выставит, ей без меня не справиться, – возразила служанка. – Я ведь обслуживаю целых восемь человек, а это, доложу я вам, ой как непросто, и она об этом знает.
Няня вздохнула.
– Я вижу, как вы стараетесь, Эди, – сказала она. – Но то, что сейчас происходит в доме, просто ужасно.
– Ну что вы все об одном и том же! Я и так это знаю, – буркнула служанка.
Взяв поднос с тарелками и чашками, она направилась к двери.
– Они там все пьяные, – повторила она, выходя из комнаты. – У них, видно, был удачный день. Во всяком случае, они так хвастались, словно им удалось захватить королевские драгоценности.
Рассмеявшись собственной шутке, она вышла в коридор.
Няня закрыла за ней дверь.
Имильда очень обрадовалась тому, что невольно подслушала этот разговор.
Дождавшись, когда няня легла спать ив доме воцарилась тишина, она тихонько выскользнула из своей спальни и босиком, чтобы не шуметь, прошла по коридору и стала медленно спускаться по лестнице.
В холле никого не было. Поскольку маркиз в этом доме не жил, у входной двери по ночам не дежурил лакей.
Коридор был тускло освещен, но Имильда легко отыскала дорогу в библиотеку.
Там царила кромешная тьма, однако Имильда предусмотрительно захватила с собой свечу.
Следя, чтобы она не погасла, Имильда направилась прямо к камину, рядом с которым располагалась панель, открывавшая вход в тайник.
В родном доме Имильды тоже была потайная дверь, и девушка знала, где спрятан механизм, с помощью которого отодвигается панель. Отыскать его здесь ей тоже не составило труда.
Она нажала на него, дверь медленно открылась, и Имильда вошла в потайной ход, держа в руке зажженную свечу.
Посмотрев вниз, она увидела на полу фонарь со вставленной в него свечой.
Вероятно, его оставили здесь специально, чтобы всякий, кому потребовалось бы воспользоваться потайным ходом, мог освещать себе путь.
Имильда зажгла свечу в фонаре, а ту, что принесла с собой, отнесла в коридор и вставила в канделябр, висевший на стене у двери в библиотеку.
Потом очень медленно, чувствуя невероятное волнение, она двинулась по узкому потайному ходу.
Он был построен настолько искусно, что в него поступал свежий воздух, хотя откуда именно, Имильда не могла понять.
Вскоре она добралась до так называемого убежища священника, где служили тайную мессу во времена гонений на католиков.
Подняв фонарь повыше, чтобы рассмотреть, что лежит на полу, Имильда так и ахнула.
Она и не ожидала, что разбойники награбили столько добра.
Их добыча была свалена на полу огромными кучами.
Здесь было множество ювелирных украшений: ожерелья, броши, серьги, кольца с бриллиантами и изумрудами сверкали в свете фонаря.
Отдельно были свалены шубы, пальто, отделанные мехом, меховые женские плащи и меховые полости, которыми пользовались при поездках в экипажах.
На полу лежали и другие вещи, однако Имильда не стала тратить время на то, чтобы их разглядывать.
Она хотела узнать, какой длины этот потайной ход и можно ли из него что-нибудь увидеть.
Пройдя еще немного, Имильда остановилась как вкопанная: до нее донеслись громкие голоса и смех.
Она поняла, что подошла к столовой, и поспешно поставила фонарь на пол, чтобы свет от него не заметили в комнате.
Вспомнив, что в стене потайного хода в доме ее отца было небольшое отверстие, Имильда подумала, что оно должно быть и здесь. Пошарив по стене рукой, она вскоре нащупала его и, заглянув, увидела восьмерых мужчин, сидевших за обеденным столом, уставленным бутылками с вином. Наверняка они были принесены из погребов его светлости.
Сидевшие за столом выглядели как обыкновенные простолюдины, с грубоватыми и малоприятными лицами. Двое или трое из них, похоже, еще недавно служили в солдатах.
Должно быть, не нашли другого способа заработать себе на жизнь.
Во главе стола, в кресле, на спинке которого был вырезан герб рода Мелверли, сидел, очевидно, главарь банды.
В отличие остальных разбойников он говорил довольно правильно.
Имильда решила, что именно этот человек объединил всех остальных и заставил заниматься столь опасным и неблаговидным делом.
Он был практически трезв и бросал на своих подчиненных острые, недобрые взгляды. Имильда подумала, что он не остановится ни перед чем, чтобы добиться своей цели.
Чувствуя, как по телу пробежала дрожь, девушка поспешно подняла фонарь и, не оглядываясь, пошла дальше.
Вскоре перед ней возникла встроенная в стену лестница, которая вела в другой тайный ход второго этажа.
Поднявшись по ней, Имильда пошарила рукой по стене, нажала, панель отошла, и девушка очутилась в спальне.
Она сразу поняла, что это спальня хозяина дома.
В этой огромной кровати с пологом на четырех столбиках и с гербом рода Мелверли спал, наверное, маркиз, когда приезжал домой.
Сейчас постель не была застелена, значит, в ней в настоящее время никто не спал.
Миссис Гиббоне, вероятно, не желала подвергать себя риску. Ведь маркиз мог неожиданно вернуться домой.
Вновь войдя в потайной ход, Имильда закрыла за собой дверь.
Ей пора было возвращаться к себе, но, не в силах совладать с любопытством, девушка пошла дальше по коридору.
Она нисколько не удивилась, заметив в стенах многочисленные отверстия. Заглянув в них, Имильда увидела спальни.
Значит, вот где спят разбойники.
Она медленно шла все дальше и дальше, решив узнать, можно ли отсюда подняться на третий этаж.
Оказалось, что можно. Как Имильда и предполагала, в дальнем конце коридора была еще одна встроенная в стену лестница.
Поднимаясь по ней, Имильда почти не сомневалась, что, открыв дверь, окажется рядом с детской. Можно было только подивиться изобретательности и предусмотрительности тех, кто соорудил этот потайной ход.
Все оказалось именно так, как она и предвидела.
Задув в фонаре свечу, Имильда оставила его на полу потайного хода и задвинула панель.
Нужно будет не забыть завтра с утра, когда разбойники отправятся на дело, отнести фонарь туда, откуда она его взяла, подумала Имильда.
При свете свечи, укрепленной в канделябре на стене, было абсолютно не заметно, что стенная панель скрывает потайной ход.
