Тим обогнал меня. На прямой я уже не могу его догнать. Так и пересекаем финиш с разницей в доли секунды. Не сдерживаю разочарованного стона и перевожу взгляд на очень довольного парня, ожидая его желания. Не сомневаюсь, что он придумает что-то эдакое.
— Я вся во внимании, — говорю ему и расслабленно откидываюсь назад, прислонившись к ногам Гели.
Глава 10
— Давайте быстрее! — опять на весь дом вопит Ленка, стоя в прихожей при полном параде, то есть укутанная так, что никто не признает в ней молодую девушку.
— Малышка, куда ты торопишься? — ей тут же отвечает Арс. — Места всем хватит, как и инвентаря. Или так не терпится в снегу поваляться? Так я могу устроить это прямо сейчас. Обещаю, будет не больно. В отличии от…
— Чего это сразу в снегу? — возмущается девушка, веселя всех остальных, ещё не примкнувших к ней внизу. — Я умею на лыжах кататься, между прочим!
— Видел я, как ты передвигаешься на этих лыжах, — ехидничает Арсений, словно у него как у кошки девять жизней, которые он решил так бездарно потратить. — Спешу тебя огорчить, они сильно отличаются от тех, что сегодня наденешь ты.
— Не так уж и сильно, — не унимается подруга и без перехода орёт. — Эй, вы там! Долго вас ещё ждать?! Договаривались же, что после обеда сразу выдвигаемся, а уже прошло два часа, между прочим! — и вновь обращается к Арсу. — Подумаешь немного короче и шире. Лыжи, они и в Африке лыжи.
— Спешу тебя огорчить, — он тут же отзывается таким приторным голосом, что начинает тошнить. — В Африке снега не водится, следовательно, и лыж нет.
Хихикаю в наступившей тишине, не предвещающей ничего хорошо конкретно для одного парня. Доплетаю косу, придирчиво осматриваю себя в зеркале и выдвигаюсь на выход. Не сказать, что внешний вид меня радует, но я предпочитаю практичность вместо красоты, если из-за последней есть угроза отморозить себе всё, что можно и нельзя. В конце концов, нет ничего плохого во флисовой кофте, болоневых штанах, утеплённом снуде и незамысловатой прическе, которая собирает волосы вместе и не даёт им возможности ухудшить видимость.
— Наконец-то! — всплеснув руками, встречает меня радостным вскриком подруга, оторвавшись от спора с Арсом. — Хоть кто-то ещё подошёл, — и снова без перехода. — Эй, вы там! Если через пять минут не будете готовы, то мы уйдём без вас!
То ли угроза подействовала, то ли остальным надоело слушать вопли Ленки, то ли уже были готовы и ждали чем закончится пикировка друзей, но уже через несколько минут мы в полном составе шагаем в сторону горнолыжной базы, которая находится недалеко от нашего дома. Получаем инвентарь и пропуска и идём кататься. Для Ленки и Катьки не стали брать инструкторов — парни взвалили их обучение на себя.
Не могу сказать, что преспокойно катаюсь на горных лыжах. Года два назад Коля привозил меня на базу и научил кататься, только дальше учебной трассы мы не зашли. Мне страшно подниматься на горы и скатываться с них. Тем более там постоянно носятся лыжники и сноубордисты частенько с такой бешенной скоростью, что уверенности не прибавляется. А вдруг они не справятся и влетят в кого-нибудь? Вот и сейчас привычным делом я направляюсь на самую лёгкую трассу почти с горизонтальным уклоном, на котором больше детей, чем взрослых.
— Может, поднимешься? — догоняет меня Коля.
Поднимаю взгляд, полный скептицизма, на горы, потом смотрю на парня так выразительно, что тот понимает всё без слов. Хохотнув, обнимает меня одной рукой за плечи и подводит к скамейке, дожидается, когда я справлюсь с креплением и встаёт в очередь. Скатываемся вместе пару раз, а потом я отправляю его к остальным, чтобы не терял со мной возможности насладиться скоростью и не скучал. Мне вполне хорошо и одной. На учебной трассе. Время от времени обращаю задумчивый взгляд на горы, но так и не решаюсь подняться. Одна точно не сделаю этого, нужен мощный мотиватор.
Стоит только подумать об этом, как рядом со мной резко останавливается мужчина, окропив снегом. Чуть не падаю от такого эпичного появления.
— С ума сошёл?
— От тебя, — незамедлительно заявляет он и, подняв очки на шлем, помигивает. — Давно и бесповоротно.
Закатываю глаза и уже разворачиваюсь, чтобы скатиться вниз, как меня прижимают к себе. Уж не знаю, как Тимофей умудрился это провернуть с учётом лыж, но сглатываю, увидев перед глазами его губы в опасной близости от своих. Перевожу взгляд на серые глаза, в которых бушует целый ураган эмоций.
— Вот интересно, — растягиваю каждое слово. — Что будет, если совершенно нечаянно в тебя прилетит палка? Скажем попадёт она по твоей бедовой голове, — с видом великого учёного смотрю на его голову, словно веду сложные математические подсчёты.
— Будет больно.
— Ага.
— Неприятно.
— Естественно.
— И очень обидно, — драматическим шёпотом сообщает Тим, так и не убрав свои наглые лапища с моей поясницы. Несмотря на толстый слой одежды, его прикосновение отчётливо ощущается. — Ведь любимая девушка таким коварным способом желает отделаться от своего верного принца.
— Слушай, принц, — возмущение поднимается во мне волной, хотя к нему приплетается и трепещущая радость, вызванная чисто женским естеством, для которого слова парни являются желанной сладостью. — Ты бы убрал свои лапы от меня. Мы не в тех отношениях, чтобы ты лапал меня безнаказанно, — последнее слово выделяю интонацией, делай тако-ой жирный намёк.
— Это ненадолго, — нагло заявляет тот, ничуть не проникшись угрозой.
— Поразительное самомнение, — бурчу я, пытаясь отстраниться без риска оказаться в снегу.
— Долго ты тут будешь изображать из себя… — не договаривает под моим грозным взглядом. — Погнали наверх, там намного веселее.
— Мне и тут хорошо.
Тимофей окидывает меня оценивающим взглядом, а потом кивает каким-то своим мыслям. Неожиданно отпускает и позволяет скатиться, но уже внизу не даёт мне подобраться к подъёмнику и утаскивает к другому.
— И зачем ты меня туда тащишь? — ворчу, пока стоим в очереди. — Сам прекрасно можешь пару минут постоять один, или подобрать себе подходящую компанию.
— Так я и подобрал подходящую компанию, — с этими словами пододвигается ко мне ближе и закидывает руку на мои плечи, вызывая раздражённый вздох.
Чего я за ним попёрлась? Могла же послать далеко и продолжить кататься на учебной трассе. Так нет же! Позволила этому… гаду себя притащить сюда. Верно говорят, бабы — дуры, а влюблённые бабы — втройне дуры. Стоп! Влюблённые? Я же не… Ну нет! Я же решила, что ничего к нему не чувствую кроме раздражения. Это просто отголоски былых чувств, которые не могли бесследно исчезнуть.
