- Не, реально в Надзорном ведомстве порядочные люди не служат! - возмущённо произнёс я, озлившись на себя - доверчивого лопуха, и на этого брехуна Оскара. И с трудом погасив обуявшую меня злобу, буркнул: - Мало того, что обременяют слабых женщин тяжкой многочасовой работой, не давая им никакого отдыха, так ещё и не кормят толком...
- Это каторга, Кэр... - без тени улыбки заметила Энж. И, теперь сама уже успокаивающе коснувшись рукой моего плеча, сказала: - Да ничего, жить там всё же можно. Даже если оставаться без ужина... - Но прозвучали её слова не слишком-то уверенно, и, поняв это, девушка добавила ещё: - Ведь ночь можно и перетерпеть, а для восполнения сил вполне достаточно сытных завтрака и обеда.
На что я довольно скептически хмыкнул. Ибо говоря всё это, Энжель не удосужилась убрать голодного блеска из своих глаз... Да и как ни крути, а заметно осунулась она за время проведённое на каторге. А значит - её питание было явно недостаточным.
- Нет-нет, Кэр, правда! - попыталась убедить меня златовласка. - Остаться без ужина несколько раз в неделю это ерунда! А вот... - И смущённо запнувшись, замолчала.
- А что тогда не ерунда? - насторожился я.
- Ну... - замялась поначалу Энж. А потом, потупившись и вздохнув, всё же сказала: - Просто я ведь большую часть времени в карцере провела... А там из еды только хлеб да вода...
- Ты?! В карцере?! - ахнул я. И возмутился, проникаясь острым желанием вернуться на коуриджскую каторгу и покарать жестоко того кто додумался сунуть бедняжку златовласку в этот их металлический ужас - карцер, явно имея поводом лишь желание поиздеваться над ней: - За что?!
- Ну... Много за что... - попыталась уйти от ответа явно не желающая развивать эту тему Энжель. Но потом, видя что я не отстану, с покаянным вздохом созналась, чуть при этом покраснев: - Просто я, как это там называется, - вечная залётчица...
- Ты - залётчица?! - обалдело разинул я рот, не в силах поверить в сказанное. В голове просто не укладывалось, что такая лапочка как Энжель, вела себя на каторге так, что её на вполне резонных основаниях отправляли в карцер.
- Угу... - подтвердила не смеющая на меня и глаз поднять девушка, водя указательным пальчиком по столу.
- И что же ты там такое творила? - полюбопытствовал я, чуть придя в себя после такого шока.
- Да ничего особенного, - заверила она меня. Но потом всё же начала со стеснением перечислять: - День карцера мне дали за нарушения режима... это когда я подъём во второй раз проспала и ни на завтрак, ни на работу не пошла... Три - за злостное вредительство... когда не в тот чан алхимический реагент весь день таскала... Целую неделю - за драку с другими осужденными... ну там я совсем не виновата была - тогда одна гадина из старожилов меня милым котёнком назвала и попыталась за щёчку потрепать... вот... А... а в последний раз меня вообще отправили в ящик на месяц...
- На месяц-то за что? - совсем уж растерянно вопросил я, впечатлённый подвигами златовласки.
- Да был там один неприятный случай с охранниками... - пожала плечами замкнувшаяся девушка. И вздохнула.
- Постой, - нахмурился я, - это ты говоришь не о том ли случае когда к тебе какие-то служивые из внешней каторжной охраны привязались?..
- Да, - кивнула Энжель, немного удивившись тому, что мне обо всём этом вообще известно.
- И за что же тогда тебя в карцер-то? За то что совершенно правильно поступила, вырубив начавших распускать руки уродов? - вознегодовал я.
- Нет, - отрицательно помотала головой златовласка, - за то что я их вырубила, начальник каторги ни словом меня не попрекнул. Сказал - так им и надо было. А меня отправил на месяц в карцер совсем за другое - за неподчинение законным требованиям охраны...
- За какое ещё такое неподчинение? - растерянно воззрился я на неё.
- Ну, за то что не осталась стоять, не рыпаясь, как мне было сказано этими двоими, - мило шмыгнув носиком, доверительно сообщила мне Энжель.
"Ну эйр Матиас Риатис... Если встретимся ещё когда-нибудь с тобой - точно морду тебе набью! Прямо от души!" - обозлённо подумал я. И, опять погладив бедненькую Энж по плечу, сказал, утешая её: - Ну ничего, ничего, моя хорошая, всё уже позади...
Мои слова заставили воспрять духом погрузившуюся в не слишком-то радостные воспоминания златовласку. Тоска ушла с её чела и она, чуть улыбнувшись, благодарно коснулась пальчиками моей руки.
Так как-то сам собой наш разговор и затух. И не разгорелся вновь уже по вине прислуги, притащившей нам целый огромный поднос всякой всячины - на любой вкус. Ибо всё внимание голодной девушки немедля сконцентрировалось на еде... Да и я, признаться, отдал должное здешней кухне. Ну а потом и вовсе не до разговоров стало. Встретивший нас паренёк подскочил, дабы уведомить о том, что уже можно посетить купальню. Куда сразу же поспешила умчаться Энжель, даже не доев утащенную с блюда на тарелочку картофельную тарталетку. Помыться, очевидно, златовласке хотелось не меньше чем поесть...
Я же никуда торопиться не стал. Сначала спокойно куриную ножку доел, вина глотнул, потом на второй этаж таверны неспешно поднялся и приготовленные нам комнаты осмотрел. В одной из них оружие бросил, да снял доспех. Сменную одежду из сумы достал. И лишь затем отправился в купальню.
Хорошенько помылся, услугами брадобрея воспользовался, в чистое переоделся... В общем, в порядок себя привёл и в зал вернулся. Где, как я и надеялся, меня уже дожидались. В "Золотого Орла" заявился заинтересовавшийся моими расспросами о найме дилижанса Том... Ну да с ним мы недолго сидели - быстро сошлись в цене и ударили по рукам. Кучер, получил на руки задаток в виде золотого ролдо, клятвенно заверил, что вернётся завтра поутру с дилижансом, и исчез. А я остался дожидаться всё ещё плескающуюся в купальне Энжель.
Спустя полчаса и пару бокалов вина, мне это дело надоело. Велев подскочившей по взмаху моей руки прислуге показать леди её комнату, когда она накупается и туда же препроводить портного и скорняка когда они явятся, я отправился к себе. Дабы немножко отдохнуть - на кровати поваляться. А то так в сон клонит, что просто сил никаких нет...
Поспать спокойно мне, понятно, не дали. Разбудили сразу же, едва я, кажется, только сомкнул глаза. Это Энжель ко мне заглянула, дабы узнать, сколько мы ещё пробудем в Коуридже, чтобы сориентировать пришедшую к ней с помощницами портниху.
С трудом оторвав голову от подушки и кое-как открыв один глаз, я ответил златовласке, что отбываем мы завтра утром. И добавил, что понимаю, что ничего достойного леди за это время не пошить даже самой проворной мастерице, но время не терпит. Потому пусть она пока закажет себе хотя бы обыкновенное дорожное платье, ну и всё остальное, разумеется.
Энжель, показав кивком, что всё поняла, ушла. Чтоб буквально миг спустя вернуться, разбудить меня, и смущённо спросить, сколько денег она может потратить на обновки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
