вскоре в примерочной вырастает гора комплектов.
Примеряю один, второй, третий дорогущие судя по этикеткам бюстики, и мне… ничего не подходит. Все на размер-два больше.
Выглядываю из-за шторки, чтобы попросить другой размер, и меня вдруг пронзает злость. Давида окружили обе продавщицы, еще две как раз заходят из соседнего магазина. Щебечут, флиртуют. Обо мне все забыли. Я всего лишь ширма, игрушечная жена. Не то чтобы меня это расстраивало, но мог бы избавить меня от этого унизительного зрелища. Нет, надо было притащить меня сюда…
Закрываюсь, пульс частит. Меня потряхивает. Я редко злюсь, но почему-то сейчас именно такой момент. Чтобы отвлечься, примеряю еще один комплект. Черный. Не люблю темное белье, вообще в основном всегда выбираю светлые цвета. Но этот комплект на удивление хорошо садится. Трусики-шорты, кружевные, весьма удобные. Кручусь перед зеркалом, когда до меня доносится заливистый смех…
Не знаю, что находит на меня. Что за дьявол вселяется, но я выхожу из примерочной, как есть, в этом черном комплекте. В руках держу два светло-кремовых бюстгальтера.
— Можно мне вот такие, только на размер поменьше?
Все дружно поворачиваются ко мне. Невольно выхватываю взгляд Давида. Застекленевший. Горящий.
— Да, конечно, — обе девицы бросаются ко мне.
— Спасибо, — отдаю им белье и скрываюсь в кабинке. Сердце стучит как сумасшедшее. Что я наделала?
Такого точно не спустит. Разозлился. Сразу это по его лицу прочитала
Завожу руки за спину, чтобы снять белье, но пальцы так дрожат, что не выходит. Шумно вдыхаю, прикрываю глаза, а когда снова их распахиваю… позади меня в зеркале отражается…
Мой муж!
— Что ты… Что ты здесь делаешь? — шиплю, голос дрожит.
— Помочь, Есения?
— Нет! Уходи!
— Тогда сама. Давай.
— Выйди!
— Хочу посмотреть, вдруг нужна будет моя помощь, — упрямствует. Издевается.
— Нет, она точно не понадобится. Что они подумают? Ты же мэр, как такое себе позволяешь? — паника растет все сильнее.
— Я лишь не отстаю от тебя, дорогая. Как тебе в голову пришло, показаться перед всеми в белье?
— Я лишь на секунду… попросила размеры. Потому что все консультанты были заняты флиртом с тобой!
Это какой-то кошмар! Мы за все время приезда сюда столько слов друг другу не сказали, как за эти мгновения в примерочной. Что за маразм, приехать в магазин чтобы начать новую стадию издевательств друг на другом. Потому что все выглядит именно так!
— Прошу, пожалуйста, уйди…
Но вместо этого Байратов делает шаг ко мне. Обнимает за плечи.
У меня ощущение, что я сейчас упаду в обморок.
— Уверена, что именно этого хочешь? М?
Обдает затылок горячим дыханием.
Что мы творим, боже? Будет скандал. Нас будет обсуждать весь город…
— Признай, ты вышла специально. Хотела, чтобы я посмотрел на тебя.
— Нет! Ты льстишь себе, — отвечаю сипло, стараясь не показывать дрожь, охватившую тело.
Это лишь физиология. Я реагирую на него так, потому что он — красивый мужчина. Привлекательный. Что бы так ни было между нами… каким бы сложным все ни казалось.
Давид обнимает меня за талию. Привлекает к себе.
— Я никогда не занимался самообманом, Есения.
Глава 16
Какие-то доли секунды я почти уверена, что он поцелует меня. Его лицо так близко, глаза горят завораживающим блеском. Но в следующее мгновение Давид покидает примерочную. Дрожащими руками хватаю свою одежду, пальцы немеют, когда натягиваю на себя. Мне нехорошо. Не могу понять, что со мной, почему его близость так подействовала на меня. Думала, мы научились жить как соседи, не замечать, не реагировать друг на друга… И вот снова все изменилось. Меня очень сильно пугали эти перемены. Беру первые попавшиеся пару комплектов, отдаю продавцу. Байратов расплачивается. Сейчас его лицо уже полностью непроницаемо, ни единой эмоции.
Выходим из магазина.
— Мы можем поехать домой? Мне нехорошо, — прошу жалобно.
Кивает, отчего чувствую огромное облегчение. Мне необходимо остаться одной, только так смогу постараться выбросить из головы мысли, которых сейчас миллион. Займусь курсовой, еще одну сделаю, только бы отвлечься.
— Давид! — мелодичный женский голос заставляет нас обоих обернуться. К нам спешит красивая, очень эффектная брюнетка. Высокая, стройная. Большая грудь, элегантный белый костюм в облипку, сверху накинуто белое кашемировое пальто. Волосы свободно рассыпаны по плечам. На вид красотке лет тридцать, на смуглом идеальном лице написан восторг от встречи. — Как я рада тебя встретить!
— Здравствуй, Камилла.
— Это все? Такой холодный прием? — выглядит удивленной и расстроенной.
— Извини, я спешу.
— Давид! Я ведь… из-за тебя приехала. Мне предложили должность. Будем работать вместе, — говорит поспешно.
— Значит, увидимся на работе.
Байратов по-прежнему не проявляет никаких эмоций. Спокоен и холоден. И это явно выбешивает его «знакомую».
— Даже не представишь меня своей спутнице? — теперь голос брюнетки приобретает прохладные ноты.
— Есения, это Камилла. Моя давняя знакомая.
— Здравствуйте, — киваю.
Меня задевает, что он не говорит — моя жена.
Не хочет, чтобы эта женщина знала об этом? Стесняется меня? Или скрывает? Это его любовница?
Откуда этот вихрь мыслей? Головная боль, начавшаяся еще в магазине платьев, начинает усиливаться. Виски ломит, меня подташнивает. Я хочу домой! Почему я должна тратить время на его любовниц?
— Есения, какое красивое имя.
— Спасибо.
Камилла, вместо того чтобы уйти дальше по своим делам, продолжает болтать и одновременно сверлить меня взглядом. Забрасывает Давида кучей новостей о старых знакомых. При этом, он перестает быть холодным. Кивает, даже слегка улыбается. Да что с ним такое? Ощущение, что решил довести меня. Специально.
Хочет, чтобы я поревновала? Не дождется!
Говорю себе, что так лучше. Давид переключил внимание, я предоставлена сама себе. У нас фиктивные отношения, и разумеется, ему нужна «настоящая» женщина. Он мужчина, разумеется у него есть потребности…
Морщусь. Не хочу ничего знать об этом!
Вот только раздражение нарастает. Особенно когда понимаю, что для этих двоих я стала невидимкой. Увлеченно беседуют, улыбаются друг другу, забыв обо мне. Что не добавляет самооценки. Они обсуждают какие-то новые законы, политиков. Планы на ближайшее время. Я бы даже заподозрила, что Давид делает это мне назло, но успела слишком хорошо его изучить. Он не станет такими глупостями заниматься, даже если будет по уши влюблен. Ему попросту в голову не придет.
Зато мне пришло. Почему? Почему меня так раздражает происходящее?!
Устав слушать их, бормочу, что подожду в машине.
— Нет, пойдем вместе. Извини, Камил. Встретимся на ужине, — быстро говорит Байратов.
— Хорошо. Буду ждать! Пока, Есения.
**
Садимся в машину, я демонстративно занимаю заднее сидение. Только понимаю, что сделала ошибку. Давид наблюдает за мной в зеркало заднего вида.
Ничего не говорит.
