Просто смотрит, пока не выезжаем на оживленную трассу. Я ему что, жучок под микроскопом? Не надо меня изучать! Пусть найдет себе занятия поинтереснее! Чтобы отвлечься, всю дорогу переписываюсь с Крис, обсуждаем знакомых, подружка столько новых сплетен мне сообщает, что невольно улыбаюсь. Кто с кем начал встречаться, на курсе образовалось несколько неожиданных пар. Две подружки, Ева и Соня, подрались из-за парня и теперь враждуют. Не могу скрыть усмешки, Крис так забавно рассказывает про них!
Давид наоборот, под конец дороги кидает на меня все более мрачные взгляды, словно ему не нравится, что я отвлеклась, забыла о нем. Считает, что должна всю дорогу сидеть с прямой спиной и отвечать на хмурые взгляды его величества? Не дождется!
Как только останавливаемся возле дома, выбегаю из машины, тороплюсь зайти первой. Карина уже дома.
— О, приехали? Как ты, Есень? Развеялась?
— Голова немного болит.
— Как от покупок может болеть голова? Ну ты даешь. Показывай, что купила.
— Все в машине.
— Ты мужа бросила с пакетами, а сама в дом пошла? Разве так можно?
— Почему нет, — пожимаю плечами.
— Ох, странно все, — качает головой Карина, но отмахивается. Она не любит лезть в чужие дела, и за это я ее больше всего люблю.
Поднимаюсь к себе в комнату. Головная боль прошла, как рукой сняло. Зато настроение стало еще мрачнее. Не могу выбросить из головы Камиллу. Какие отношения связывают ее с Байратовым? Мне должно быть на это наплевать, но почему-то это не так…
Стук в дверь заставляет вздрогнуть.
— Я могу занести пакеты? — Давид стоит на пороге.
— Да, конечно…
Мне почему-то в голову не пришло, что он сделает это сам. Почему не оставил внизу?
— Не стоило утруждать себя, — говорю холодно.
— Мне не сложно. Как ты себя чувствуешь?
— Нормально.
— Карина сказала тебе не хорошо, — продолжает сверлить меня взглядом.
— Немного болела голова, но уже все прошло.
Почему он не уходит? Стоит и разглядывает меня, заставляя нервничать.
— Что еще? — вопрос выходит резким.
— Ты странно вела себя сегодня.
Меня это взрывает. Считает меня куклой бесчувственной?! Он, значит, любезничает то с продавщицами, то со старой подружкой, а веду себя странно я?
— Меня не интересует твое мнение обо мне! Если не нравится как веду себя, если не устраивает жена, ты знаешь выход! Разведись и отпусти меня! Будет проще встречаться с любовницами!
Застыл. Что — то в его напряженной позе подсказало, что я перегнула палку.
— Да что с тобой? Что за перепады настроения? — спрашивает тихо, но как-то зловеще.
Похоже я и правда перегнула сегодня с эмоциями.
Опускаю взгляд, и тут же взволнованно вскидываю голову, потому что в один шаг оказывается рядом, сгребает меня в свои объятия. Притягивает за затылок и прижимается к моим губам. Его движения напористые, властные.
Мычу протестующе, отбиваюсь, но мне не справиться с его силой. Язык Байратова пробегается вдоль моих губ, скользит внутрь. Я не отвечаю, но когда его язык касается моего, прошибает будто молнией. Волны удовольствия разливаются по телу, затрагивая каждую его клеточку. Меня буквально прошивает насквозь. Из груди вырывается стон, напор Давида становится еще неистовей. Его запах окутывает меня. Проваливаюсь в параллельную вселенную, где реагирую на каждое прикосновение горячей дрожью. Звук нашего тяжелого дыхания будоражит, близость сводит с ума.
Так же неожиданно Давид отпускает меня, вырывая из горячего омута безумия.
Чувство стыда и опустошения сразу начинает разрастаться, сжирать. Я поддалась врагу! Мне бы очень хотелось свалить всю вину за произошедшее на него, но увы. Я такой же соучастник преступления, как и он. Я хотела… Не могла остановиться.
Это все так неправильно.
— Не буду тебя больше отвлекать, — снова непроницаемая маска холодности, Байратов покидает мою комнату, а я без сил падаю на кровать.
Глава 17
Что это только что было?
Всхлипываю, когда за ним закрывается дверь. Касаюсь кончиками пальцев припухших губ. Потом бегу в ванную, раздеваюсь, встаю под горячий душ, потому что меня убивает его запах, оставшийся на мне. Душит, раздражает, мучает. Очень долго стою под горячим душем, пока не начинает клонить в сон.
Но даже провалившись в забытье не нахожу покоя. Мне снится муж, его грубовато-хриплый голос, сильные руки, губы… Никак не могу выкинуть из головы произошедшее. То каким горячим был Давид, как трогал меня.
Все тело выкручивает неудовлетворенное желание, растет раздражение.
Чтобы отвлечь себя, разбираю покупки. Все вещи дорогие, красивые. Приятные к телу. Муж балует меня, ни в чем не ограничивает. Он не принуждает меня ни к чему. Тогда откуда эта тоска, все сильнее разъедающая сердце?
***
До самой даты вечера я избегала Давида. Всеми хитростями делала так, что мы не пересекались. Нет, я не боялась его поцелуев, новых моментов близости. Я боялась только саму себя. Потому что перестала чувствовать лишь страх и отвращение. Теперь гамма моих эмоций была куда более обширной, и я терялась в них.
Хорошо, что было чем отвлечься. Я погрузилась в учебу, также занимая себя мыслями о скором приезде подруги. Подготовила комнату для нее. Несколько раз ездила за покупками с Кариной. Мне хотелось, чтобы Крис нашла мой дом уютным, чтобы ей было комфортно. Я купила несколько цветов в горшках. Кристина обожает цветы, и вспомнив об этом я подумала будет не лишним. Мне так понравилось, я нашла очень уютный и красивый магазин подарков, где было много растений. Я отправилась туда еще раз, купила цветок и для своей комнаты. С ним стало уютнее и как-то роднее.
Я привыкала к новому дому. Невозможно все время жить с клеймом жертвы. Тем более Давид никак не притеснял меня, выполнял любые пожелания, я могла что угодно менять в доме. Сначала я гордо отказывалась, но потом подумала — кто оценит мое самопожертвование? Раз муж богат, почему я должна отказывать себе в чашке капучино в дорогом кафе в центре города? Или красивых зимних ботинках красного цвета, которые мне до жути понравились?
Стала потихонечку пользоваться его карточкой, говоря себе, что я актриса, и это зарплата за мою роль.
Подошел день приема. К нему я готовилась в отвратительном настроении. Давид две ночи не был дома. Я просто извелась, с ума сходила от злости. Почему он себе позволяет так унижать меня?
Скорее всего, он провел эти ночи с Камиллой. Несколько раз я слышала, как он разговаривал с ней по телефону. Отвечал мягко, с хрипотцой и легкой насмешкой. Наверное, у них давняя история отношений. Наверное, он
