К полудню бешеной скачки они достигли пригорода Итара. Из реплик, которыми перебрасывались мужчины, Динка поняла, что за ними снарядили погоню. Демоны собирались затеряться в большом городе, а затем покинуть пределы волости. Они рассчитывали скрыться от преследователей на территории другого лорда. А пока лорды будут выяснять между собой кому преследовать преступников, демоны скроются в Мшишкинских болотах.
После полудня справа от укатанной дороги показалась приютившаяся между полей небольшая деревенька. И демоны свернули туда. Динка надеялась, что они направляются в деревеньку, чтобы передохнуть и поесть. Однако демоны остановились на подъезде к деревне, спешились и начали военный совет.
— Думаю, лучше зайти с севера, — высказался Хоегард, показывая рукой нужное направление. — Там с краю стоит кузница. Кузнеца и его подмастерьев надо нейтрализовать в первую очередь.
— Я уже начинаю сомневаться в успешности наших набегов, — пожаловался Шторос. — Сил совсем не осталось.
Он вытянул руку ладонью вверх и показал товарищам.
— У меня тоже ничего нет, — прорычал Тирсвад, демонстрируя пустую ладонь. — Однако этих кузнецов я и одним мечом уделаю, — добавил он с какой-то жуткой интонацией в голосе.
— Тем более надо сейчас запастись золотом, пока мы совсем не ослабели, — проговорил Хоегард и тоже вытянул руку. Вдруг на его ладони вспыхнул крошечный язычок пламени. Демоны дружно рыкнули и в изумлении уставились на товарища.
Динка открыла рот от удивления. Служитель рассказывал, что демоны обладают сверхъестественными способностями. Но чтобы разжигать огонь прямо на своей ладони!
— Ты… — пробасил Тирсвад.
— Какого? — Шторос схватил Хоегарда за шею и с ненавистью уставился на него. — Откуда у тебя сила? Позавчера ты показывал нам пустую ладонь!
Но Хоегард, похоже, сам не понимал, что происходит, и оторопело смотрел на колеблющийся огонек над своей рукой.
— Не было… Ни капли, — проговорил он растеряно. — А сейчас есть. Совсем чуть-чуть. Но я не пил силу. У нас нет сосуда, откуда можно наполниться! И у меня его нет! — последние слова он, разъярившись, проорал Шторосу прямо в лицо и тоже вцепился тому в глотку. Вожак без предупреждения коротко ударил под дых Шторосу, и сразу же следом в кадык Хоегарду. Пока рухнувшие на землю мужчины пытались отдышаться, он протянул между ними свою ладонь, и на ней расцвел огненный цветок. После этого он обвел тяжелым взглядом своих товарищей. Под его взглядом они стушевались и отвели глаза. А потом все четыре пары глаз устремились на Динку. Динка, все еще сидевшая на крупе лошади, сжалась от такого пристального внимания к себе.
— Значит… — протянул Шторос, поднимаясь с земли, — вы все-таки сумели вытянуть из нее силу?
Вожак с сомнением покачал головой.
— Я не знаю как это произошло. Клянусь! — с жаром воскликнул Хоегард, сверля Динку взглядом. — Я даже не прикоснулся к ней ни разу.
— Ты разговаривал с ней, — проницательно заметил Шторос.
— Ты тоже разговаривал с ней, — огрызнулся Хоегард. — И лапал ее!
— Вот только… — в речи Штороса появились вкрадчивые нотки, и сам он, словно кот на охоте, пригнулся и мягкими пружинящими шагами двинулся в обход товарищей к Динке, не сводя с нее глаз. — Вот только тебе и Вожаку она отвечала, а со мной говорить не захотела. — Его глаза опасно сощурились, а тело сгруппировалось, как для прыжка.
— Довольно! — рыкнул Вожак, опережая Штороса и отталкивая его от лошади, на которой сидела Динка. — Не трогай ее!
— Почему это мне нельзя трогать ее? — рассерженным котом зашипел Шторос, скаля клыки на Вожака.
— Потому что я так сказал! — жестко отрезал Вожак. — С сегодняшнего дня она принадлежит мне, и я запрещаю трогать ее, заговаривать с ней и даже смотреть на нее без моего разрешения.
Динка судорожно выдохнула, почувствовав, что все это время не дышала. Вожак сказал, что она принадлежит ему. Возможно, это не так уж и плохо. Лучше уж принадлежать кому-то одному и знать, чего от него можно ожидать.
— Я разговаривал с ней. Вожак кормил ее и тоже разговаривал. Может быть действительно сила передается через разговоры? — рассуждал сам с собой успокоившийся Хоегард, пока Шторос с Вожаком сверлили друг друга горящими взглядами. — Вожак, что ты думаешь?
— Я думаю, что ты оказался прав. Она прячет силу от страха. Ее нельзя пугать, — отозвался Вожак, переводя изучающий взгляд на Динку и демонстративно поворачиваясь спиной к все еще скалившемуся Шторосу.
Динка совершенно не понимала о чем они говорят. Когда ее впервые называли «сосудом» она очень испугалась того, что они поймут свою ошибку. Но сейчас оказывалось так, что они были правы. О какой силе они говорили? О той, что позволяла им создавать пламя на своей руке? Динка раскрыла свои ладони и посмотрела на них, но, конечно же, никакого пламени там не было.
— Давайте попробуем ее разговорить, — воодушевился Хоегард.
— Да, я тоже хочу вновь ощутить силу в своем теле, — единодушно поддержал его присмиревший Шторос. — Пусть расскажет нам что-нибудь. Уж я, в отличие от вас, сразу почувствую тот момент, когда сила попадает в меня.
— Нет. Сейчас не до этого. С этим мы можем разобраться позже, а сейчас займитесь делом, — не терпящим возражения тоном распорядился Вожак, загораживая Динку своей спиной.
Мужчины переглянулись.
— Все, как обычно? — скучающим тоном осведомился у Вожака Тирсвад, подбрасывая на ладони тяжелый меч.
Вожак кивнул. И после этого трое мужчин бегом бросились в сторону деревни, на ходу вынимая мечи из ножен и превращаясь в рогатых чудовищ. Динка в ужасе зажмурилась, понимая, что и это поселение ждет та же самая участь, что и ее родную деревню.
