class="p">
Часть вторая Глава 1
Она лежала на кровати не шевелясь. Если сменить положение тела, боль вернется. Значит, надо представлять себя камнем и ждать, когда подействуют таблетки…
Но они, как назло, особенно медленно сегодня рассасывались!
В комнате было душно. Помещение нагрелось за день, и его следовало проветрить. Квартира эта не очень нравилась Лиде, маленькая, но неуютная, вида из окна никакого, нет привычной современной техники, в том числе кондиционера, но выбирать не приходилось. Заселилась туда, куда смогла. Ей, иностранке без регистрации, никто не желал сдавать нормальное жилье. Благо Женя через владелицу пекарни, которую она оформила не за деньги, а всего лишь за свежие круассаны к завтраку, нашла эту хатку, поручилась за жиличку, и та смогла въехать, правда, заплатив огромный депозит.
С Джиной Костелло Лида познакомилась пятнадцать лет назад, когда впервые приехала в Италию. Это было во Флоренции на блошином рынке. Обеим понравилась брошь, и женщина вступили в перепалку на английском. «Вот курва!» — выругалась Джина, когда украшение уплыло в руки соперницы (та предложила продавцу больше денег).
— Сама такая, — парировала Лида.
— Русская? — удивилась Джина. Перед собой она видела типичную сицилийку.
— Ты тоже?
— Во мне много кровей намешано, есть и цыганская, но родилась в Пермском крае.
— Сейчас живешь здесь?
— Уже три года. Меня зовут Джина. Женя по-нашему.
Лида представилась в ответ и предложила попить кофе.
Тогда Джина выглядела иначе, была худенькой, загорелой, каштановые волосы красила в вороново крыло и завивала на спиральные бигуди. Наверное, она хотела быть похожей на итальянку, но получалась цыганка. Образ этот не соответствовал вещам, создаваемым Джиной, поэтому их плохо брали.
— У меня магазинчик неподалеку, — рассказывала она, энергично шагая в сторону реки Арно. Именно там находилась лучшая, по мнению Джины, кофейня. — Крохотный, зато на бойком месте. Я сама в него зазываю людей, сама торгую, сама убираю. Народу заходит много, но выручки почти нет. Не понимаю, в чем причина.
— А что за вещи продаешь?
— Авторские.
— То есть ты еще и модельер?
— А также закройщик и швея. Все сама делаю — помощников не на что нанимать.
После кофе они отправились в магазин Джины. Увидев ассортимент, Лида поразилась:
— Это же поистине шикарные вещи!
— Тебе правда они нравятся?
— Я в восторге. — Лида схватила с кронштейна вешалку с длинной туникой, украшенной по подолу вышивкой. — Хочу немедленно это примерить. — И унеслась за ширму, прихватив по пути еще пару вещиц.
Подошли все, но купить она смогла только одну — цены в магазине были довольно высокими.
— Я много не накручиваю, — извиняющимся тоном проговорила Женя, когда поняла, что посетительница просто не может себе позволить большего. — У меня материалы натуральные, а они стоят дорого…
— Ты еще мало берешь, поверь. За ручную работу… Вышивка ведь ручная?
— И пуговки у горловины сама обтягивала.
— За такое роскошество в каком-нибудь брендовом магазине содрали бы в десять раз больше. Ты просто не там продаешь. И не тем.
— Хорошее место, ты что!
— Среди сувенирных лавок и ширпотреба? Массовому туристу? Тебе надо сменить локацию, открыть бутик, нанять продавца и швею, чтобы больше времени оставалось на творчество.
— На все это потребуется уйма денег, а их у меня нет.
— Кредит?
— Поручителей не найду.
— Попробуй поискать инвестора.
— Был у меня один… Кинул. Ладно, осталась без средств всего лишь, а могли и посадить: он через мой магазин толкал подделки. Теперь я никому не доверяю, вот и тащу воз одна.
Если бы у Лиды были на тот момент средства, она вложилась бы в бизнес Жени. Но она только начала хорошо зарабатывать и кубышку пока не набила. А еще она была замужем, и супруг не дал бы ей спокойно жить. Запретить что-то делать он не мог, но занудить — да. Ваня не поддержал ее ни в одном начинании, он находил кучу аргументов против, и так иной раз запудривал Лиде мозг, что она отказывалась от идей, которыми недавно горела.
С Женей они подружились. На прощанье Лида подарила ей брошь. Женщине, что создает восхитительные наряды, она нужнее.
Они переписывались и созванивались регулярно. Встретиться планировали спустя год в той же Флоренции. Но Джина неожиданно уехала в Алжир. А когда вернулась оттуда, пригласила подругу из России к себе в гости. Не во Флоренцию, а в Милан.
Лида поехала и… попала на неделю высокой моды. На ней свою коллекцию представляла Джина Костелло.
Как потом выяснилось, на улочке, где она торговала своими прекрасными вещами, многие здания принадлежали богатым арабам. Потомкам тех, кто еще в стародавние времена ввозил в Европу специи, керамику, кожгалантерею. Как-то в магазин Джины зашел пожилой алжирец в национальных одеждах. Он сел на табурет у двери и попросил воды. Она дала. Потом предложила чаю с сухофруктами. И веер ручной работы (в помещении было жарко без кондиционера). Мужчина не отказался ни от того ни от другого. Когда свита нагнала его, то застала за чаепитием. Господин Юсуф обмахивался веером, грыз засахаренные орехи и мило болтал с хозяйкой магазина. Той, кого он намеревался изгнать из здания в первую очередь — старик хотел превратить улочку в восточный базар.
На следующий день он привел в магазин своих дочек, сестер, и они скупили все то, что позволено носить мусульманкам. А это была добрая половина ассортимента.
— Твои вещи невинны, — сказал Юсуф. — Даже те, что открывают плечи. В них нет разврата.
— Да, я сексуальные наряды не шью.
— Ты в душе чиста. Они — твое отражение.
Он ошибался, но зачем спорить? Приятно слушать комплименты.
— Я приглашаю тебя в Алжир, страну, где я живу.
— В качестве модельера?
— Супруг, в первую очередь. Но такие модельеры, как ты, нужны женщинам Алжира. Я открою для тебя бутик, и вся знать столицы будет одеваться у тебя.
Джина не верила своим ушам. Она точно правильно перевела на русский сказанные им по-итальянски слова?
— Что тебя пугает?
— Вы позвали меня замуж?
— Да.
— Значит, я все правильно поняла.
Женя мялась. Предложение сказочное, но… Она не сможет заставить себя заняться сексом с Юсуфом. Чем обидит и… В лучшем случае будет изгнана из дома, а в худшем ее принудят к нему.
— Девочка, не волнуйся, — по-доброму рассмеялся старик. — Твой супружеский долг с сексом не связан. У меня есть еще три жены, и одна исключительно для него.
— А остальные?
— Главная, она же любимая, пока смерть не разлучит нас, не смогла подарить мне наследников, пришлось взять еще одну. Эта родила мне шестерых детей, но погрязла в них и
