Она последовала за мной, остановившись на мгновение, чтобы заглянуть в кабинет.
Я свернул в последнюю дверь справа.
— Кухня, которая всегда заполнена продуктами, и если тебе нужно что-то конкретное, я буду рад достать это для тебя.
Рита выбежала из кладовой, ее темные волосы были собраны в аккуратный пучок, и ее обувь как у медсестры заскрипела по кафельному полу.
— Мистер Линдстром.
Она подняла глаза и остановилась.
— Доброе утро. Были проблемы с завтраком?
— Все было хорошо. Я хотел познакомить тебя с Камиллой. Это о ней упоминал Тимоти.
Камилла осматривала большую кухню, двойные печи и плиты, гранитные островки, а также встроенный холодильник и морозильную камеру.
— Рада с вами познакомиться.
Голос Риты был приветливым, но ее улыбка немного дрогнула.
— Полагаю, вы мне тоже не поможете?
Резкий тон Камиллы заставил Риту посмотреть на меня, а затем вернуть взгляд к Камилле.
— Она не будет.
— Отлично.
Камилла провела рукой по своим новоиспеченным блондинистым локонам.
— Рита, будь любезна покажи мне, где лежат ножи.
— Она уже заперла их в сейфе, в кладовой.
— Да, сэр, как Тимоти и велел, — женщина опиралась на раковину, ее возраст выдавала сутулая спина.
— Сэр?
— Что, Рита?
Вероятно, это было самое долгое общение с кем-либо за столько лет, пока она работала на меня.
— Вы ведь не причините ей вреда, правда?
Рита опустила взгляд на пол и сжала вместе свои морщинистые руки.
— Никогда.
— Хорошо.
Она кивнула, но так и не подняла глаз.
— Приятно познакомиться, мисс Камилла.
— Просто Камилла.
— Я надеюсь, что завтрак вам понравился. Я могу приготовить все, что пожелаете.
— Завтрак был восхитительный, спасибо.
Несмотря на ее попытки быть грубой, Камилла всегда возвращалась к настоящей себе, с теплотой и жизнью в каждом слове и движении.
Рита улыбнулась, прежде чем схватить губку и вытереть уже чистые столешницы.
Я показал на дверь в коридоре. Камилла нахмурилась, проходя мимо.
— Идем дальше.
Я продолжил идти вдоль задней части дома.
Стена уступила место широким окнам, выходящим на бассейн.
— Зимой здесь тепло и светло, так что ты можешь плавать в любое время, — голубая вода слегка колебалась, и водопад тихонько журчал в дальнем углу.
Я поймал ее отражение в стекле. Она все это принимала, но не сказала ни слова.
Вместо того, чтобы проводить ее через музыкальную комнату, я повернулся и показал ей на другое крыло дома.
— Это место даже больше, чем я думала, — Камилла провела пальцами вдоль панели. Ее голос звучал с горечью. — Но полагаю, что размер тюрьмы не имеет значения. Только прутья.
— Я рад, что мы на одной волне.
Я не знаю, почему мне нравилось уговаривать ее, но опять же, любая эмоция, которую я чувствовал, оставалась тайной — той, которую только она могла решить.
— Это последняя комната, которую ты увидишь во время нашей экскурсии.
Я толкнул тяжелую черную дверь и щелкнул выключателем. Огни начали светиться далеко над головой, и железная люстра замерцала в центре комнаты.
Камилла последовала вперед и остановилась. Я повернулся и сделал шаг, чтобы она могла получить полный обзор. Два яруса книг, яркие окна, удобные кресла и камин. Библиотека была одной из первых комнат, построенных более ста лет назад.
Я указал на совершенно новый книжный шкаф, который я установил в центре комнаты.
— Это для тебя.
Ее глаза становились все шире по мере того, как она продвигалась вглубь комнаты. Она пристально посмотрела на книжную полку в центре.
— Эти книги мои?
— Да.
Она продолжала идти.
— И это, похоже, новые.
— Это разнообразный выбор, который, как я думал, может тебя заинтересовать. Новые ботанические трактаты из различных экспедиций на Амазонку, плюс несколько древних текстов, которые я воссоздал из Библиотеки Конгресса. Я заметил, что особенно ты предпочитаешь журналы Педро Тейшейры, но у тебя были только некоторые из них (прим. Педро Тейшейра — португальский колониальный администратор и исследователь Амазонии).
Я вытащил ручное издание с конца средней полки.
— Это воссозданный журнал.
Я схватил большую книгу, прилегающую к ней.
— А это современные, перекрестные ссылки, которые соответствуют его открытиям.
Она смотрела на меня так, как будто я разговаривал на другом языке, на ее лице отразилась маска смущения и недоверия.
Я снова отложил книги, которые держал.
— Две нижние полки — это в основном ботаника. Средние две являются специфическими для Амазонки. И две верхние полки — это мелкие тексты, собранные учеными-фитологами в резиденции в Национальном архиве.
Огонь потрескивал и шипел, когда она обходила книжный шкаф, ее взгляд скользил от корешка к корешку.
В моей груди вспыхнуло еще одно странное чувство. Не ощущение жжения или разбитости, а что-то другое. Мои ладони стали липкими. Нервы? Это были нервы?
— Это...
Она снова обошла меня и посмотрела на широкий книжный шкаф.
Я ждал, мой мир вращается вокруг ее ответа.
Ее лицо смягчилось, хлипкая маска, которую она попыталась надеть, соскользнула. Девушка потянулась и погладила корешок воссозданного журнала Тейшейры.
Я искушал ее любопытство, учитывая ее вкусы и то, что я мог ей дать — что я хотел ей дать.
— Что думаешь? — из моих уст звучали странные слова. Я никогда не заботился о том, что кто-то, кроме моего папы, думал о моих поступках.
Она отступила и покачала головой, мое заклинание было разрушено. Мягкий взгляд исчез, и она нахмурилась.
— Я думаю, что фактическая поездка в Амазонку была бы в миллион раз лучше.
Глава 15
Камилла
Я хотела надавить на него, чтобы он понял, что я ему не нужна. Но то, как он сдулся, когда я оскорбила его удивительный книжный шкаф, не принесло мне удовольствия. Хотя и не должно было так волновать. В конце концов, я была его пленницей. Тем не менее, его разочарование задело меня.
— Я надеялся, что тебе понравится, — он пожал плечами. — Ну, раз так… то я попрошу Тимоти избавиться от него.
Повернувшись на пятках, он шагнул к двери.
Я смотрела на бесценные тексты, выстроенные передо мной, многие из которых я никогда в самых смелых мечтах не думала, что у меня будет шанс увидеть из первых рук. Это были копии, но это не имело значения. Они были у меня под рукой.
— Постой, — слово быстро слетело с моих губ.
Он остановился, но не обернулся.
— Да?
— Не избавляйся от них.
— Я думал, что тебя не заботит их судьба?
Он повернулся и шагнул ко мне, огонь в его глазах снова разгорелся.
— Я этого не говорила.
Он улыбнулся, и это придало ему почти мальчишеский взгляд, что было не далеко от истины.
— Да, ты так не говорила. Но я не очень хорошо умею определять эмоции, однако я чувствую твое презрение.
— Раз мне приходиться быть здесь узником, то я должна хоть чем-то заниматься.
Я сказала это настолько небрежно, насколько было возможно, несмотря на то, что я горела желанием просмотреть каждый текст, отсканировать каждую карту и прочитать каждый фрагмент информации, написанной Тейшейрой.
Себастьян изучал меня, его глаза искали мои.
— Тогда, похоже, нам придется заключить сделку.
— Что? — я отступил на шаг. — Ты только что сказал, что отдашь их мне.
— Это было раньше, — продолжил он. — Теперь, когда у меня есть то, что ты хочешь, мне нужно что-то от тебя взамен.
— Нет, — я отрицательно покачал головой.
— Прекрасно, — его улыбка превратилась в усмешку. — Я попрошу Тимоти разжечь костер за окном нашей спальни, чтобы ты смогла его видеть.
«Чудовище».
— Ты этого не сделаешь!
— Сделаю.
Мои внутренности сжались, и я стиснула зубы.
— Чего ты хочешь?
