Читаем без скачивания Кики Страйк и гробница императрицы - Кирстен Миллер

— И давно ли?

— С самого начала.

— А ты не считаешь, что тебе следовало поделиться этой информацией с остальными? — не отступалась я.— Вообще-то предполагается, что мы — команда. Мы не можем позволить себе таких секретов.

— То есть я должна была обо всем рассказать тебе? Ничего личного, Ананка, но это же не моя тайна, не мне ее и разбалтывать.

И хотя Кики попала в самую точку, мне было крайне досадно думать, что они с Уной скрыли правду от остальных, точно от детей неразумных, не способных хранить секреты. Мне вспомнились тысячи понимающих взглядов, которыми эти двое обменивались на протяжении многих лет, и я внезапно почувствовала себя полной дурой.

— Как благородно с твоей стороны,— усмехнулась я.— Но это же не безвредный пустячок, нет? На случай, если ты позабыла: банда «Фуцзянь» помогала твоей тете завлечь тебя на верную гибель. Если бы дочка Лестера Лю надумала перейти на темную сторону, сейчас бы ты со мной не разговаривала.

Но Кики на подначку не купилась.

— Первое правило работы в команде — это доверять друг другу. А если ты человеку доверяешь, то и не лезешь в его секреты. Подруга сама тебе все расскажет, когда сочтет нужным. Совсем не обязательно знать о человеке всю подноготную, Ананка.

— Почему нет? Почему я должна доверять Уне, если она не доверяет мне? Откуда мне знать, что она не скрывает тайн еще более опасных?

— Уна тревожилась, что все остальные, как только узнают ее секрет, посмотрят на нее другими глазами,— разом ощетинилась Кики.— Получается, она была права?

Мы вошли в гостиную. Мальчик-найденыш сидел, прислонившись спиной к подлокотнику тахты и вытянув перед собой ноги. Миссис Фэй закутала его одеялом и каким-то образом умудрилась умыть его и расчесать иссиня-черные, до плеч волосы. При виде шести Иррегуляров исхудалое лицо мальчика побледнело еще больше, а длинные изящные пальцы вцепились в край одеяла. Уна придвинула к тахте стул и заговорила с найденышем на языке хакка. Поначалу мальчик только глядел на нее во все глаза, открыв рот. И он был отнюдь не первым на моей памяти, у кого от красоты Уны дыхание перехватывало. Наконец он собрался с духом и хрипло ответил.

— Его зовут Юй,—перевела Уна.— Ему шестнадцать лет, он из Тайбэя. Он хочет знать, куда попал и кто мы такие.

— Скажи ему, что он в Нью-Йорке. Скажи ему, что мы спасли его от крыс,— велела Кики.

— А потом спроси, как он оказался в туннелях,— добавила я.

Юй оглядел нас всех по очереди и только тогда ответил.

— Он говорит, что примерно с месяц назад его похитили по дороге в школу. Двое каких-то негодяев схватили его и препроводили на корабль. Там, внутри, были еще дети — по меньшей мере дюжина, может, больше. Он узнал одну из девочек — она училась в той же школе. Он хотел заговорить с ней, но охранники глаз с них не спускали ни днем ни ночью. Плавание было долгим; многих пассажиров просто наизнанку выворачивало. Когда корабль наконец причалил к берегу, их всех связали, запихнули в деревянные ящики и отвезли в какое-то здание. Он попытался бежать, но его поймали и швырнули в комнату отдельно от остальных. Там-то он и обнаружил дверцу в полу.

Он говорит, что блуждал в туннелях несколько дней; сам точно не знает, как долго. Никак не мог найти выход. Там, под землей, не было ни души. Только гигантские крысы и скелеты. Он уж думал, что попал в преисподнюю. Со временем силы его иссякли, убегать от крыс он уже не мог; тогда забрался в ящик и приготовился к смерти.

— А как насчет нашей находки — китайской статуэтки? — спросила Кики.— Где он ее взял?

— По его словам, на корабле было множество деревянных ящиков. У одного отошла доска. Он засунул руку внутрь н нащупал статуэтку. Он спрятал ее в школьном ранце. Решил, что если ему удастся спастись, то эта улика позволит полиции опознать похитителей.

— А когда корабль прибыл в Нью-Йорк, куда их всех отвезли? Может ли он подробно описать это строение? Если в здании есть выход в Город-Призрак, я, пожалуй, сумела бы его идентифицировать.

— Он говорит, что снаружи здания не видел: было слишком темно. Детей отвели в подвал и каждого поместили в тесную деревянную клетушку.

— А сами похитители — какие они? — не отступалась Кики.

Уна внимательно выслушала найденыша и обернулась к нам.

— Он говорит, у стражников были татуировки. С изображением дракона. Видите, я была права. За всем этим стоит мой отец и банда «Фу-цзянь».

Не дожидаясь ответа, она тихо заговорила с мальчиком. Юй яростно помотал головой.

— Что ты такое ему сказала? — спросила я Уну.

— Я сказала, что отошлю его обратно к родным на Тайвань и сама заплачу все, что надо,— отвечала Уна,— Но он отказывается ехать. Говорит, что останется здесь — спасать остальных.

— Скажи ему, что он может рассчитывать на нашу помощь,— промолвила Кики.

Уна послушно перевела. Юй улыбнулся, закрыл глаза и провалился в забытье.

— Что ж, ясно одно,— промолвила я, обращаясь к Уне.— Нам будет о чем потолковать за ужином с твоим отцом.

ЧТО ДЕЛАТЬ, ЕСЛИ ТВОЯ ТАЙНА РАСКРЫТА

Это может случиться с каждым. В самый неподходящий момент твой тщательно хранимый секрет стал достоянием общественности. Одноклассники откуда-то прознали, что ты родилась с хвостом. Мамочка выяснила, чем ты занималась на самом деле в те дни, когда якобы сидела с соседским ребенком. Сосед напротив обнаружил, что в отсутствие родителей ты приглашаешь полный дом гостей. Словом, в чем бы твой секрет ни заключался, необходимо действовать быстро, дабы поправить дело.

Я вот, например, совсем недавно была вынуждена обратиться к одному из лучших специалистов-пиарщиков в Нью-Йорке за советом по одному крайне деликатному вопросу. Он, между прочим, консультирует звезд и политиков, чьи тайны - не чета твоим; истинный мастер по спасению репутаций. Так вот что он мне сказал:

Не стыдись извиняться

Если ты и впрямь что-то натворила - прими ответственность за содеянное и извинись. Ничто не сгладит ситуацию так, как малая толика раскаяния. Менее совестливые читатели по примеру мира звезд могут прибегнуть к «антиизвинениям» - формальному извинению, которое, по сути, извинением не является. Или вот еще хороший способ: вместо того чтобы признать за собой серьезную вину, извинись за какую-нибудь мелочь. (Например, вместо «Приношу свои извинения за то, что обозвала истца тем-то и тем-то [впишите нужное]» скажите: «Мне страшно жаль, что я пропустила обед и поэтому была сильно не в духе». Чувствуете разницу?)

Осторожность не помешает

В наши дни с помощью мобильников со встроенными фотоаппаратами и Интернета возможно довести унизительную ситуацию до неведомых прежде пределов. Поэтому едва твой секрет выплыл наружу, считай, что ты живешь перед камерой, и действуй соответственно. То есть никаких истерик и сцен, никакого притворства и никаких спонтанных признаний!

Спокойствие, только спокойствие!

Расслабься. Если дать людям понять, что в их силах смутить тебя или расстроить, так они в жизни от тебя не отстанут. Встречай их насмешки приятной улыбкой или недоуменным взглядом.

Есть и похуже тебя

Вот взять, например, сестер и братьев. Конечно, нехорошо напоминать, что их былые преступления куда ужаснее твоих, зато в сравнении ты покажешься просто святым. (Воздержись от этой стратегии, если братья и сестры паче чаяния тоже это прочли.)

Запишись в филантропы

Предстань миру непонятой, оклеветанной жертвой, перевоплотившись в матушку Терезу. Если тебя заперли дома, займись генеральной уборкой. Если тебя заклеймили «испорченной девчонкой», ступай работать добровольцем в местный приют для животных. В окружении щенят всякий покажется ангелом.

Пережди скандал

У большинства людей продолжительность концентрации внимания не больше, чем у полоумного комара. Если не делать из своего секрета мыльную оперу, про него забудут скорее, чем ты думаешь.

Глава шестая

В дверь спальни забарабанили. Я перекатилась на бок и накрылась подушкой, надеясь, что шум стихнет сам собой.

— Ананка, ты в школу опоздала! — заорал отец.— Вставай немедленно и отопри дверь!

Я резко открыла глаза и пошарила вокруг, ища будильник. Стрелки показывали девять часов шестнадцать минут! Я спрыгнула с кровати как ошпаренная и кинулась к двери.

— Ананка! — снова взревел отец. Я распахнула дверь — и его вопль в полную мощь ударил мне прямо в правое ухо. Отец откашлялся и перешел на нормальный уровень громкости.— А, хорошо, ты уже одета.

Я поглядела на себя и осознала, что на мне одежда с предыдущего вечера. Когда я наконец в четыре утра вернулась к себе в спальню через окно, у меня не осталось сил даже в пижаму влезть.