– Я больше не могу, – вздохнула Наоми. – Мои силы на исходе.
Ронда приблизилась к ней.
– Если у тебя кружится голова, обопрись на меня, – предложила она. – Это не может продолжаться бесконечно, скоро они сделают остановку и разобьют лагерь. Да, это настоящая скачка, не то что в наших голливудских вестернах. Однажды я принимала участие в подобных съемках и очень гордилась собой. Ха-ха!
– Не понимаю, как тебе удается сохранять свою бодрость!
– Бодрость? Я такая же бодрая, как боксер после нокаута.
– Как тебе кажется, Ронда, они собираются убить нас?
– Вряд ли. Для этого им не надо было тащить нас так далеко. Скорее всего, они хотят получить за нас выкуп.
– Надеюсь, так оно и есть. Том заплатит любую сумму. А вдруг они захотят нас продать? Я слышала, белых девушек нередко продают черным султанам.
– Черный султан, купивший меня, очень скоро пожалеет о покупке.
Солнце уже клонилось к закату, когда арабы принялись разбивать лагерь.
Шейх Абд аль-Хрэниэм не сомневался, что его люди устали и проклинали его, но он был доволен, потому что теперь уже никто не мог догнать их отряд.
Замысел шейха как можно дальше оторваться от вероятных преследователей был выполнен, и теперь он мог спокойно взглянуть на карту, о которой ему так много рассказывал Этеви и из-за которой было совершено предательство.
Поужинав, он устроился около костра и вместе с Этеви принялся разглядывать загадочный документ.
– Ничего не понимаю, – сказал шейх. – Приведи девушку, у которой ты взял карту.
– Я приведу обеих, – отозвался Этеви, – так как не в состоянии различить их.
– Давай обеих, – согласился шейх.
Ожидая прихода девушек, Абд аль-Хрэниэм предался мечтам, сколько верблюдов и лошадей он сможет приобрести за найденные алмазы. Когда Этеви вернулся, шейх пребывал в отличном расположении духа.
Ронда шла гордо с высоко поднятой головой и решительным блеском в глазах, а побледневшее лицо Наоми и дрожащие губы выдавали ее страх.
Шейх взглянул на нее и улыбнулся.
– Ма алейки, – сказал он ободряюще.
– Он говорит, – перевел Этеви, – что вам нечего бояться. Никто не причинит вам вреда.
– Передай шейху, что ему сильно непоздоровится, если с нами что-нибудь случится. Пусть уж лучше сразу вернет нас обратно, иначе за его жизнь я не дам и ломаного гроша.
– Бедуины не боятся ваших людей, – ответил Эте-ви, – но если вы исполните просьбу шейха, он отпустит вас.
– Чего же он хочет? – спросила Ронда.
– Он хочет, чтобы вы помогли ему отыскать сокровища алмазов.
– Какие сокровища? – удивилась Ронда.
– Вот по этой карте, которую мы не можем разобрать, потому что не умеем читать по-английски.
Он указал на карту в руках шейха.
Ронда взглянула на Абд аль-Хрэниэма и громко рассмеялась.
– Идиоты! – воскликнула она. – Вы хотите сказать, что похитили нас из-за этих сокровищ? Но ведь карта-то ненастоящая!
– Что? Не понимаю.
– Карта ненастоящая. Она специально изготовлена для нашего фильма. Так что вы спокойно можете вернуть нас в экспедицию, потому что никаких сокровищ не существует!
Этеви и шейх о чем-то возбужденно заговорили, затем переводчик повернулся к девушкам.
– Вам не удастся обмануть бедуина. Мы умнее, чем вам кажется. Мы предполагали, что вы будете отрицать существование сокровищ, потому что хотите сохранить их для своего отца. Но если вам дорога жизнь, вы поможете нам прочитать карту и найти алмазы. Иначе…
Этеви устрашающе оскалился и полоснул ладонью по горлу.
Наоми вздрогнула, но Ронда осталась спокойной, так как прекрасно понимала, что пока они нужны, арабы их не тронут.
– Вы не убьете нас, Этеви, – сказала она, – даже если я откажусь прочесть вам карту. Но я не вижу причин, почему бы не сделать это. Я расскажу обо всем подробно, но не вините нас, коли там ничего не окажется.
– Тогда подойдите сюда, присядьте рядом с шейхом и прочитайте нам карту.
Ронда опустилась на колени рядом с шейхом и через его плечо взглянула на пожелтевшую от времени бумагу. Указательным пальцем она ткнула в верхнюю часть карты.
– Это север, а вот долина алмазов. Видите маленький кружок недалеко от долины на запад? К нему ведет стрелка, над которой написано: «Монолитные скалы». Нагромождение красных гранитных камней находится возле долины. Дальше на север стрелка указывает на «вход в долину». На южной стороне долины надпись «Водопад», а ниже – река, текущая на юг, а затем сворачивающая на юго-восток…
– Спроси у нее, что это такое, – скомандовал шейх через Этеви и указал на пометку юго-восточнее водопада.
– Здесь написано «деревня людоедов», – объяснила девушка, – а внизу, через всю карту – «лес». Видите речку, вытекающую с восточного конца долины, которая после многих поворотов впадает в «Большую реку»? Внутри надпись – «открытая местность», а возле западной оконечности – «вулканическое нагромождение камней, холмы». А вот еще река на северо-западе, тоже вливающаяся в «Большую реку».
Шейх Абд аль-Хрэниэм нервно теребил бороду, погруженный в изучение карты. Наконец, он указал пальцем на водопад.
– Слушай, Этеви! – вдруг воскликнул он. – Это же водопад Омвамви, а это деревня бансуто! А мы вот здесь!
Он указал на место неподалеку от слияния второй и третьей рек.
– Завтра мы преодолеем вторую реку и выйдем на открытую местность, а там и до холмов недалеко.
– О, Аллах! – закричал Этеви. – Если мы находимся так близко от долины, то остальной путь будет очень прост!
– Что сказал шейх? – спросила Ронда. Этеви перевел, но кое-что добавил и от себя.
– Скоро мы станем богатыми, очень богатыми, я выкуплю тебя у шейха и отвезу к себе.
– Кишка у тебя тонка, – мило улыбаясь, ответила Ронда.
– Что ты сказала, девушка, я не понял.
– Поймешь, если тебе удастся купить меня. Этеви ухмыльнулся, перевел ее слова шейху, и оба рассмеялись.
– Ей будет хорошо в доме Абд аль-Хрэниэма, – сказал шейх, который ничего не понял из тех слов, что Этеви говорил от себя. – Когда мы вернемся, думаю, оставлю себе их обеих, потому что буду достаточно богат, и не будет нужды их продавать. Эта станет меня развлекать, у нее острый язычок, который действует, как приправа к пресной пище.
Этеви не очень понравилась его речь.
Он сам хотел завладеть Рондой и был полон решимости добиться своего, даже вопреки воле шейха. В его мозгу начал созревать план, да такой, что, узнай о нем Абд аль-Хрэниэм, он пришел бы в ужас.
Арабы расстелили для девушек одеяла на земле возле костров и выставили часового, так что у них не было ни малейшей возможности совершить побег.
