ощущением, не могу свободно думать в своих четырех стенах, ибо мысленно мне мешает „незваный гость“ – генерал Джованни Мессе“»[36]
20 июля 1941 г. Мессе прибыл в Яссы для встречи с генералом Антонеску.[37].
24 июля с ответным визитом к командующему корпуса в Ботошаны на специальном поезде прибыл Антонеску. Вечером в его вагоне состоялся дружеский ужин. Лидер Румынии показался Мессе человеком очень интеллигентным, энергичным, решительным и довольно жестким. Мессе отметил храброе поведение одной румынской дивизии, на что Антонеску процитировал по немецкому бюллетеню следующее: «Уже после 24 часов с момента успеха, командир наказывал высших офицеров за проявленную беспечность на марше, что позволило неприятелю нанести дивизии тяжелые потери». Да, все на войне имеет обратную сторону! Речь о немецких союзниках больше не поднималась, хотя рядом был генерал вермахта, обеспечивающий связь с румынским командованием, а в действительности – советник и второй командир румынских войск. Дальнейшая беседа в основном касалась развития операций на южном секторе фронта – участке румынских вооруженных сил.
Конечно, сказали несколько любезных слов об Италии, но, скорее, из чувства гостеприимства. Но румынская сторона большее внимание уделила проблеме передачи немцами Трансильвании Венгрии. Итальянское правительство ничего не стало делать для исправления этой ситуации. Румыны в начальном периоде войны были увлечены идеей возвращения своих исконных территорий, на что направили все свои основные политические усилия, возможно, даже во вред им самим.
21 июля Мессе прибыл в Бельцы для представления командующему 11-й немецкой армией генерал-полковнику фон Шоберту. Тот оказался настоящим жизнерадостным баварцем с подтянутой фигурой солдата и открытым лицом. Мессе удивился, насколько немец может быть искренним другом Италии. Он с радостью вспоминал свое пребывание в его стране и говорил с особым энтузиазмом о Сицилии. Через несколько месяцев Шоберт погибнет во время разведывательного полета на «аисте» (разведывательном самолете), приземлившись на минное поле.
Действия офицеров К. С. И. Р. напрямую зависели от итальянского Верховного командования. Распоряжения поступали через отдел связи 11-й армии. Сразу же при первых контактах с немецким командованием обнаружились разногласия в способе использования армейского корпуса. По мнению Мессе, немцы наглым и повелительным тоном требовали от него немедленного участия в боевых действиях, хотя силы корпуса еще не полностью подтянулись. Командующий корпуса отстаивал свою точку зрения, так как понимал, что Экспедиционный корпус следует использовать только как единую силу. Это соответствовало директивам итальянского Верховного командования. Но в приказе, прибывшем из Рима через несколько дней, согласованная ранее концепция подрывалась, тем самым вызвав полное недоумение у офицеров связи. Надлежало выделить один свободный пехотный полк в распоряжение немецкого командования. Слухи о первых стычках дошли до высших военных властей и Италии, и Германии. 31 июля маршал Кейтель писал Каваллеро: «Что касается группы армий „Юг“, то ситуация позволяет предвидеть уничтожение главных неприятельских сил на реке Днепр. Будет сделано все возможное, чтобы Итальянский Экспедиционный корпус, который сейчас передвигается через Венгрию, смог еще принять участие в этих операциях. Мы постараемся использовать итальянский корпус, как единое целое. Однако не исключена возможность использования одной или двух дивизий, уже имеющихся в наличии, когда две другие дивизии или третья еще не прибудут на место. В этом случае будем действовать по аналогии, как в свое время Африканский корпус бросал в бой свежие части сразу после высадки»[38].
Подчиняясь приказу штаба армии, дивизия «Пасубио» при поддержке одной роты берсальеров-мотоциклистов продвинулась в район Изворы – Пол. Дивизия «Торино» передвигалась пока пешком, но для нее планировалось использовать автомашины сразу после выгрузки дивизии «Пасубио». В действительности сосредоточение в Ямполе не было осуществлено, как планировалось, так как действия армии стали развиваться несколько иначе, и под напором обстоятельств объединение К. С. И. Р. произошло только на Днепре. 7 августа 1941 года Мессе переместился со своим штабом в Ольшанку, восточнее Днестра.
Между тем, события на советско-германском фронте развивались стремительно. На южном фронте общая обстановка складывалась благоприятно для немцев и их союзников. Развитие ситуации вкратце можно было охарактеризовать следующим образом:
Группа Клейста, удачно прорвалась в глубину советской обороны и достигла с севера Первомайска Николаевской области;
17-я армия генерала Карла-Генриха фон Штюлъпнагеля совместно с 11-й армией захватила город Гайворон Кировоградской области;
11-й армии генерал-полковника Ойген фон Шоберта удалось форсировать Днестр во многих местах и развить успех севернее группы Клейста.
В общем, были созданы все предпосылки для уничтожения сил Красной армии, оставшихся между Днестром и Бугом.
Подробнее ситуация в 11-й армии характеризуется Мессе следующим образом:
– слева XI корпус добился блестящих результатов, оседлав Буг, выйдя на линию Саврань – Гайворон, в то время как за ним 3-я румынская армия развернула свои действия по прочесыванию местности восточнее Вехофа – Шакоритише;
– в центре, напротив, ощущалось мощное сопротивление и контратакующие действия неприятеля. XXX корпус, после выхода к исходу 30 июля к Слободке, не мог продолжать эффективно действовать из-за отвратительных погодных условий и из-за IV румынского корпуса, который переправился через Днестр в Рашкове, но не смог расширить плацдарм, оставаясь с главными силами западнее реки;
– справа LIX корпус делал заметные успехи после форсирования Днестра в Дубоссарах, смог прорваться к Осиповке – Павловке и временно прервать своими наступающими частями железную дорогу Одесса – Балта, захватив Затишье.
Командующий 11-й армией понимал, что необходимо извлечь максимальную пользу из преимущества, достигнутого на своем левом фланге: поэтому приказал XI и XXX корпусам совершить переход по направлению на юг и юго-восток с целью зажать в тиски силы красных, оставшиеся на правом берегу реки Буг. Исход этого маневра зависел, очевидно, от возможности своевременно отрезать неприятелю все пути спасения за Буг. Но армия в тот момент не располагала другими соединениями, подходящими для этого маневра, за исключением дивизии «Пасубио», которая с 6 августа находилась в Ямполе и имела автопарк для передвижения.
От генерала Шоберта генералу Мессе доставили самолетом экстренное сообщение с ярким описанием происходящих событий и с постановкой задач по полному разгрому неприятеля в этом секторе. Позднее он напишет: «Я не мог не признать исключительного характера создавшейся ситуации и очевидной блестящей миссии, которую намеревались поручить дивизии „Пасубио“. Меня в данном случае также защищало известие от Верховного командования, переданное 7 августа с полным одобрением этого плана.
В этот день, 6 августа я встретился с командиром дивизии „Пасубио“ и ориентировал его на новое использование дивизии, в то время как другие соединения должны были ускорить свое перемещение за Днестр, прикрывая передовые части дивизии, устремившиеся уже по направлению к мостам Вознесенска. Дивизия „Торино“ из-за отсутствия автотранспорта должна была двигаться пешком
