Выходит это уже второй его ребенок, которого спас Враг. Первую дочь еще тогда до катастрофы он спас находясь в исследовательском комплексе. Теперь становилось понятным, что сами ученые еще долго не смогли бы придумать лекарства от ее болезни. Жаль только что те усилия оказались напрасны. Его бедная девочка не пережила той черной недели. Ему собственноручно пришлось застрелить ее, после того как она превратилась в одну из этих тварей.
Размышления Тирана прервал стук в дверь. Через сдвинувшуюся переборку в каюту зашел начальник охраны.
— Сэр, Николь прибыла, прикажете пустить? — Отрапортовал он.
— Да, пускай проходит и принесите нам стол для завтрака.
— Как прикажете. — Он ударил перчаткой себя в грудь и вышел. А вместо него в каюту вошла Николь.
— Прошу, присаживайся. — Указал он рукой на раскладной стул, который 15 часов назад занимала голограмма Врага. — Ты еще не завтракала?
— Благодарю, нет еще не успела. — Ответили она.
— Тогда не откажешься разделить этот завтрак со мной? Я хотел бы с тобой кое-что обсудить по нашим ближайшим планам.
— Почту за честь. — Она села на предложенное место, но даже в сидячем положении пыталась вытянуться во фронт.
Через пару минут, которые они провели в напряженном молчании, в каюту вошел один из солдат и поставил на пол небольшой, уже сервированный столик с едой и кофейником. Поклонившись и щелкнув каблуками сапог он удалился.
— Прошу. — Указал Тиран гостье на стол. — Я хотел бы поговорить без чинов, так что можешь чувствовать себя свободно.
Николь ничего не ответила, просто кивнула и принялась за еду. Ела она не спеша, все время кидая настороженные взгляды в сторону Тирана. Сам же он разлив по чашкам ароматный кофе принялся неторопливо намазывать хрустящий тост маслом.
— Я знаю про бомбу в твоих доспехах, дочь. — Ровным и даже с оттенком доброжелательности голосом сказал он.
Николь от неожиданности поперхнулась кофе и почти выпустила чашку из рук. Медленно поставив ее обратно на стол и проглотив то, что было у нее во рту она опять выпрямилась и вперила свой взгляд в лицо Тирана, который как ни в чем не бывало откусил кусок тоста и с видимым удовольствием начал его пережевывать.
— Что конкретно тебя удивляет? — Продолжил он, когда прожевал откушенный кусок. — Моя осведомленность о бомбе или то, что я твой отец?
— Это не может быть правдой, я видела твои старые фотографии, мы совершенно не похожи.
— Значит все таки второе. А насчет схожести, то тут ты права. Ты очень похожа на свою маму, а от меня только глаза и наверно еще характер.
— Но почему…?
— Николь, ты же умная девушка, неужели мне нужно тебе это объяснять? Не поступи мы с твоей мамой так как поступили, то скорее всего ты сейчас тут бы не сидела.
— Тогда что изменилось сейчас? Почему ты вдруг решил мне все рассказать?
— Все просто, не хочу умереть от руки собственной дочери. Но еще больше не хочу, чтобы она сама при этом погибла. Ну и в немалой степени не хочу оставлять человечество на милость Мастера Войны.
— Ты и о нем знаешь?
— Конечно знаю. Он очень хорош в своем деле, но все время хотел большего. Моя ошибка в том, что я не разглядел этого сразу, слишком много было других забот. А теперь от него так просто не избавишься.
— Но если ты все знал, то почему позволил мне полететь вместе с тобой?
— В этом случае я хотя бы имел представление о направлении, с которого исходит угроза. А запрети я тебе лететь, то у Мастера Войны вполне мог найтись и другой вариант, о котором мне ничего не известно. И потом ты бы оказалась далеко от меня и с тобой вполне мог случится какой-нибудь несчастный случай. Я мог не волноваться о тебе только до того момента, пока он надеялся с твоей помощью добраться до меня.
— Он говорил мне что ты ослаб и можешь поддаться на провокацию Врага и в таком случае я буду должна сделать то, что посчитаю правильным.
— Конечно и именно по этой причине он оснастил взрывное устройство функцией дистанционного подрыва. Пока что мне удается блокировать его сигнал, но как долго это будет продолжатся я не знаю.
— Чего же ты от меня хочешь? — Спросила Николь и в ее глазах было столько смятения, что у Тирана защемило сердце.
— Я хочу чтобы ты могла мне доверять, именно по этой причине я и начал этот разговор. Давай поступим следующим образом, я расскажу тебе все о своих дальнейших планах и тогда ты решишь взорвать нас всех или отдать мне это устройство.
— Хорошо, я согласна. — Произнесено это было не очень уверенным голосом, но по крайней мере в нем слышалась надежда.
— Мы летели сюда отнюдь не договариваться с врагом. Более того я и сам не знал, что встречу его тут. Все то, о чем он говорил мне было интересно только с одной целью — узнать о нем побольше. «Знай своего врага или обреки себя на поражение», такого мнения я придерживаюсь. Не знаю сколько правды было в его словах, но по крайней мере все рассказанное выглядит логичным. — Видя что она собирается возразить он поднял руку призывая ее не спешить. — Я понимаю твои чувства и вполне осведомлен об их причинах, но все же позволь мне продолжить. Подумай вот о чем, я почти уверен что он знал о нашем проекте «Волна». Знал и не предпринял никаких мер для предотвращения. Как по-твоему, о чем это говорит?
— Если принять его осведомленность за факт, то есть лишь одно логичное объяснение. «Волна» ни коим образом не могла ему повредить.
— Рад, что ты сама пришла к этому выводу. Тогда продолжим наши размышления. По расчетам создателей «Волна» должна была покрыть всю планету. Я также специально интересовался у них насколько глубоко под землю проникнет излучение волны. Их ответ: «примерно 20–30 метров в зависимости от состава почвы». Для защиты же от излучения такой силы нужно возводить не один слой довольно сложной изоляции. Как думаешь к чему я веду?
— Ты хочешь сказать что захоти Враг укрыться от «Волны» под землей то ему пришлось бы или закапываться слишком глубоко, или возводить сложную защиту?
— Именно так. Исходя из этих предпосылок я не вижу ни одного логичного объяснения его невмешательству. Хотя нет, один все же вижу. Мне озвучить или догадаешься сама?
— Космос?
— Да, космос. В эту теорию укладываются почти все неувязки, которые мы видели.
— Но ведь прошло меньше сорока лет. Как он смог за столь короткий срок полностью перенести все свои мощности в космос?
— Этого я не знаю, но не стоит судить о нем по людским меркам. Если бы не разногласия между людьми и прочие чисто человеческие факторы, то возможно и мы сейчас обживали бы Солнечную систему. В пользу той теории говорит хотя бы та установка, которая последние тридцать лет постоянно висела над Австралией. Вот только теперь у меня возникают большие сомнения в том, что это было шпионское оборудование.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
