Через пролив Дэйвиса эскадре, состоящей из 41 корабля, удалось довольно далеко продвинуться вдоль западного берега Гренландии. Стояла почти середина лета и особых проблем продвижение не представляло. Еще вчера корабли подошли максимально близко к той точке, откуда исходил запеленгованный сигнал Врага. К самому берегу подойти все же не удалось, но на якорь корабли встали уверенно. Сейчас на каждом из них, кроме танкеров, производилась подготовка к высадке солдат на сушу.
Самим солдатам особо собирать было нечего, они и так находились практически в постоянной боеготовности. Хоть бойцов в людской «армии» насчитывалось и не особо много, не стоит заблуждаться по поводу их численности. Нынешний солдат представлял собой хорошо бронированную единицу, которая по характеристикам не уступала БРДМ. Все это достигалось благодаря новому облачению пехоты «БПК» или «Боевой Пехотный Комплекс». БПК являлся новым словом в военной технике. Из-за ограниченности ресурсов Тирану пришлось кардинально пересмотреть всю структуру вооруженных сил. Ставку решено было сделать на сокращении количества солдат, но при этом на увеличении качества их индивидуального оружия и оснащения.
В результате почти десятилетней работы ученых и инженеров появился этот комплекс. Основной его составляющей является личный доспех, который состоит из экзоскелета, прикрытого снаружи чешуйками пластичной брони из композитных материалов и амортизирующего внутреннего слоя. Броня комплекса великолепно держала прямое попадание из оружия со средним калибром. С тяжелым калибром дело обстояло намного сложнее, от прямого попадания броня защитить не могла, но при попадании вскользь шансы выжить оставались высоки. Экзоскелет позволяет солдату передвигаться по пересеченной местности со скоростью около 60 км/час и подымать вес в 2.5 раза превышающий его собственный. Работает он на множестве небольших электромоторов и питается от нового вида сверхъемких батарей, размещенных в заплечном рюкзаке. В этом же рюкзаке хранится и боезапас для стрелкового комплекса, который является второй частью БПК.
Стрелковых комплексов имелось несколько видов. В основном на вооружении стоял штурмовой комплекс или ШСК, стрелявший тремя видами боеприпасов: экспансивным, бронебойным и разрывным. Все три вида боеприпасов имели вид небольшого шарика полтора сантиметров в диаметре. Экспансивные боеприпасы были цельнолитыми, бронебойные представляли собой твердый сердечник в оболочке из более мягкого сплава, а разрывные внутри имели небольшой заряд взрывчатки, детонирующий от удара. В плечевом контейнере могло уместиться до пятисот пуль всех трех видов. Стрелковый комплекс имел несколько режимов зарядки боеприпасами:
1. Автоматический — в этом режиме заряды из плечевого контейнера через соединительный конвейер поступали прямиком в комплекс и заполняли три съемных магазина по мере их опустошения.
2. Ручной — в этом режиме солдат мог менять магазины в стрелковом комплексе, используя выкидной механизм. В плечевой контейнер встроена функция, позволяющая ему перезаряжать опустевшие магазины. Так что даже при выходе из строя конвейера боец мог вести практически беспрерывный огонь.
Кроме штурмового комплекса в распоряжении войска имелась его более разрушительная модификация, гранатометный стрелковый комплекс или ГСК. Принцип его работы очень походил на ШСК, но конвейера тут уже не имелось, а боезапас отличался назначением и размером. Разнообразия видов хватало. Имелись тут разрывные, кумулятивные и термобарические заряды, а также разработанные специально для техники Врага, ЭМИ гранаты. Ручные ЭМИ гранаты также обязательно входили в амуницию всех родов войск. Оба вида стрелковых комплексов соединялись с небольшим, но довольно мощным тактическим компьютером или ТК, который был встроен в шлем БПК. Соединение могло осуществляться как прямым, так и беспроводным способом. Но на практике беспроводное соединение использовалось как резервное. В перчатках доспеха и рукояти СК имелись специальные панели при помощи которых и осуществлялась связь. Все данные по окружающей остановке и полученные от СК выводились на забрало шлема солдата. Таким образом он всегда мог видеть куда именно направлен ствол его оружия, состояние систем БПК и доступную ему тактическую информацию.
Фактически с БПК для пехоты отпала острая необходимость в наземном транспорте, но для быстрого переброса войск в условиях крайнего севера было рещено захватить специальные машины на гусеничном ходу. От своих до катастрофных аналогов они особо ничем не отличались, разве что габаритами, броней и дополнительным техническим оснащением. Кроме двух водителей и оператора крупнокалиберной башни эти машины вмещали десять бойцов в полном облачении, а также их СК, дополнительный боезапас и запасные батареи. Двигательная установка также не претерпела особых изменений и работала на дизельном топливе. Кроме движения машины она обеспечивала подзарядку аккумуляторов БПК и СК.
Прежде чем двигаться в сторону предполагаемого размещения базы противника необходимо было подготовить наземный плацдарм. С этой целью грузовые летательные аппараты уже пятый час курсировали между кораблями и заранее выбранной площадкой на берегу. Сперва парами они перевезли на берег все жилые секции и сейчас инженерная бригада занималась их закреплением и подключением к коммуникациям. Следом транспортировали запасы топлива, вооружения, расходных материалов, медикаментов и провизии. В это же время на судах, перевозивших пехоту, собирались и спускались на воду многочисленные плоты, предназначенные для переправы живой силы. Первые из них уже успели добраться до ледяного берега и разгрузившись возвращались назад, а солдаты пробирались к наземному лагерю.
Хоть работы было много, никакой неразберихи не наблюдалось. Командиры подразделений и бригад рабочих четко знали свои цели, а если кто-то вдруг терялся, то находящиеся в штабе и следившие за общим процессом работы командиры тут же подсказывали что и как нужно делать. Тиран наблюдал за развертыванием своих войск сидя на мостике флагманского корабля и с его лица не сходило задумчивое выражение. За его правым плечом стояла дочь, а капитан с несколькими помощниками находился в другом конце помещения, склонившись над какими-то мониторами.
— А если там нас все-таки ждет засада? — Спросила Николь своего отца. — Что если мы ошиблись в наших предположениях? С чего бы ему вообще позволять нам вернуть то, что наше по праву?
— У меня пока нет ответов на эти вопросы. Надеюсь что скоро мы их получим, но если там нас все же ждет засада, то мы будем сражаться. Ничего иного нам не остается, мы не можем просто закрыть глаза на его существование.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
