сору и всякого помёту на улицы и переулки». Нарушителей ждало суровое наказание — битьё кнутом и штраф, но к чистоте наших сограждан приучить так и не удалось. А власть к соблюдению порядка. Каждую зиму тротуары в Петербурге превращаются в ледяной каток, а травматологические отделения переполняются пациентами с переломанными руками, ногами и шейками бёдер.
Неумолимо действующими, но ещё не опознанными нами разрушителями являются машины и, особенно, компьютеры. Общаясь с ними, человек начинает невольно походить на них. Мир живой природы вокруг человека превращается в мир безжизненный, сверкающий алюминием, стеклом и сталью. У него возникает своего рода некрофилия: неприязненное отношение ко всему живому и тяга к холодному сверканию стекла и металла. Его всё меньше интересуют другие люди, природа и всё живое. Он всё в большей степени воспринимает как нечто понятное и близкое ему неживые артефакты, всё механическое, оснащённое мигающими индикаторами, шкалами, экранами. Сопряжение человека с техническими и электронными приспособлениями избавляет человека от применения обширного набора способностей и функций, которыми он наделён от рождения. Цифровизация девальвирует человеческие контакты. Как следствие, у него пропадает интерес к жизни, природе, людям и их идеям. Так техническое побеждает человеческое.
Не следует бездумно радоваться прогрессу, как правило это прогресс в какой-то одной области. Болезнь «прогрессом» в области технической вооружает разрушителей, а в области нравственной убирает необходимые ограничения. Этот прогресс, как стало уже совершенно очевидно, в области высокой деятельности порождает регресс. Поэтому, прежде, чем радостно вливаться в процесс прогресса, надо хорошо подумать, а «стоит ли овчинка выделки?» Не навредим ли мы себе? «Идите и останавливайте прогресс» — напутствовал двух молодых искателей новых путей К. Малевич, уже порядком уставший от «прогресса» по-советски.
Анонимность и виртуальность плодит разрушительность. Раньше, когда человек встречался лицом к лицу с опасностью, быстро становилась очевидной его истинная цена. Время обесценило такие качества человека, как мужество и достоинство. В шутливой форме, но очень верно об этом сказал Дж.-К. Джером: «Человек, кажется, не мог быть не гордым и отважным, нося перо на шляпе, меч на поясе и рукава с белыми оборками. В теперешнем же наряде ему только и остаётся шнырять ночью около фонарей и в случае опасности звать городового». Сейчас деятельность человека всё в большей степени становится виртуальной и анонимной, осуществляясь нажатием кнопок, и это открывает широкие возможности для трусов и мерзавцев всех калибров. Доля их участия в активной деятельности всё растёт, деятельность в целом становится всё разрушительней.
В результате всё большего обезличивания деятельности возникают новые формы отчуждения, которое вызывало такие переживания у Маркса. Кто то на командном пункте нажимает на кнопку, и в другой части света беспилотник сбрасывает бомбы. «Оператор» не видит, на кого сброшены бомбы, у него нет никакого сочувствия к жертвам, потому что он сам только часть механизма, выполняющая одну из многих операций и потому не несущий ответственности за результат. Единственной заботой кибернетически бесчувственного оператора является правильно произвести свою операцию. Её смысл, значение, как части большего целого, результат, к которому приведёт её выполнение, ускользают от него. Оператор всё в большей степени становится колёсиком, вращающимся в гигантской машине расчеловеченного общества.
Побеждают самые разрушительные. Не самые справедливые, исполненные благих намерений, желающие всем добра и всеобщего благоденствия. А самые наглые, лживые, не гнушающиеся никакими средствами для достижения своих целей. Именно поэтому большевики взяли верх над эсерами, меньшевиками, конституционными демократами и монархистами. Те были недостаточно агрессивными и решительными. Так «нацики» неизменно берут верх над нормальными украинцами. И в таких маленьких системах, как семья, этот закон действует безотказно. При разводе, разделе имущества, прав на воспитание ребёнка, чем более безобразна и огромна ложь одной стороны, тем более у неё шансов склонить на свою сторону решение Фемиды и желание всех других дать тебе то, что ты требуешь, отвязаться поскорее от тебя и выбросить из головы всю эту гадость.
Сильное разрушение неконтролируемо и нерегулируемо. Существует теория контролируемого хаоса. Но много ли случаев, когда американцам, авторам этой теории, удавалось контролировать спровоцированный ими хаос? Нет, не много. После превышения допустимого уровня разрушения ситуация неизбежно выходит из под контроля. Массы людей охватывает безумие разрушения. Далее возникает хаос, доходит до точки невозврата и разрушает саму систему.
Разрушители организованы в тайные общества, у них есть единая стратегия. И было бы странно, если бы её не было: ставки очень высоки. Ведь разрушители стремятся к получению власти над миром. Частью этой стратегии является мощное движение по девальвации ценностей. Подлинные ценности служат той высоко поставленной планкой, которая побуждает действовать на достаточной высоте, и тем самым удерживает систему от деградации. Практикуемая сегодня схема замены подлинных ценностей на трансгендерные здравомыслящим людям кажется не слишком убедительной, в отличие от схемы, придуманной в своё время большевиками. Те боролись за «освобождение трудящихся от эксплуатации и строительство нового светлого мира». И отнюдь не безосновательно надеялись таким образом раздуть «мировой пожар». Мирового пожара тогда не получилось, но сегодня другим разрушителям удалось устроить пожар местного, так сказать, западного значения в форме бойко идущего процесса смены пола.
В настоящее время борьба между разрушителями и созидателями идёт за ключевой пункт — сознание людей. Разрушение тем более эффективно, чем глубже оно проникает в сознание людей, образуя там причудливые извращённые программы деятельности. Форма саморазрушения, связанная с психофизиологической зависимостью (наркотической, игровой, компьютерной, вещевой и др.) — это мы ещё можем понять. Но разрушать своё семейное счастье скандалами, своих детей своей неумной «любовью», свою страну воровством, это зачем? Это гримасы человеческой сложности, против которых ещё не найдено приёма.
Ситуация на театре военных действий такова: превосходящие своей активностью разрушители атакуют разделённых созидателей и сохранивших созидательный вектор системы, ушедшие в глухую оборону. Вопрос стоит так: или разрушители будут контролировать твоё сознание и манипулировать им, или ты сам будешь принимать решения в соответствии со своей совестью, ориентируясь на свои идеалы и ценности. Вслед за уже реализуемым социальным контролем через гаджеты грядёт генное конструирование, которое в конце концов придёт к поставленному на поток производству «удобных» людей. Для кого удобных? Для разрушителей, принадлежащих к самому узкому кругу мирового истеблишмента, таких как члены Бильдербергского клуба, Сорос. Последний выделяется масштабом и особой изощрённостью своей разрушительной деятельности. Этого организатора восьми цветных революций адекватно можно охарактеризовать разве что с помощью такого религиозного термина, как антихрист.
Разрушителю надо разрушать, и это чрезвычайно сильный инстинкт. Поэтому войны неизбежны так же как и тяга полов друг к другу. Инициаторами войн являются деятели ур. (–2). Но подведением теоретической базы, выработкой
