«Аэростат родился поплавком и останется поплавком навсегда. Для того чтобы бороться с воздухом, надо быть тяжелее воздуха, или, иначе говоря, сильнее воздуха, дабы не потерпеть поражения. Человек должен стремиться к тому, чтобы найти для себя в воздухе опору, подобно птице, удельный вес которой больше удельного веса воздушной среды. Нужно покорить воздух, а не быть его игрушкой. Нужно найти в нем опору, а не служить опорой для него. Нужно отказаться от аэростатов и перейти к использованию законов динамического полета. Винт - святой винт! - должен вознести нас в небеса в ближайшем будущем. Тот самый винт бурава, который при вращении проникает в дерево, увлечет человека ввысь».
Осенью того же года Надар вместе с Понтон д’Амекуром и Лаланделем основал «Общество сторонников летательных аппаратов тяжелее воздуха». Жюль Верн, тогда уже автор известного романа «Пять недель на воздушном шаре», не только становится членом этого общества, но и значится в списке его учредителей в качестве «инспектора».
Первое собрание «Общества» состоялось в присутствии представителей печати и большого числа зрителей. После демонстрации моделей геликоптеров слово взял Надар. Он нарисовал заманчивые перспективы авиации и под гром аплодисментов объявил войну аэростатам. Собрание закончилось символическим актом: модель геликоптера врезалась в модель аэростата, подвешенного к люстре. «Победу» одержал геликоптер, воздушный шарик лопнул.
Как тут не вспомнить торжественное заседание Уэлдонского ученого общества и блестящую сцену состязания геликоптера «Альбатроса» с аэростатом «Go ahead» («Вперед») в «Робуре-Завоевателе»!
Жюль Верн разделял энтузиазм сторонников авиации. В конце 1863 года в журнале «Семейный альманах» («Musée des Families»), он напечатал очерк о последних опытах в области аэростатики и аэродинамики и моделях геликоптеров, которые демонстрировали перед членами только что учрежденного «Общества» Понтон д’Амекур и Лаландель.
Несмотря на то, что «Робур-Завоеватель» вышел в свет много лет спустя, он полон живых откликов на бурные споры 1863 года, года зарождения французской авиации.
Так что ж, может быть, в этом романе Жюль Верн повторяет зады, отстает от действительного развития техники? Нет, ни в те годы, ни значительно позже ни одному изобретателю не удалось построить не только полноразмерного вертолета, но даже успешно летающей модели. Поэтому и в восьмидесятых годах продолжались горячие споры сторонников обеих систем летательных аппаратов, и Надар продолжал с прежним задором отстаивать принцип «тяжелее воздуха».
Среди литературных документов того времени, оказавших самое непосредственное влияние на научную фантазию Жюля Верна, обращает на себя внимание любопытная книга Лаланделя «Авиация, или воздушная навигация без аэростатов» (1863), а также брошюра Понтон д’Амекура «Завоевание воздуха винтами. Набросок новой системы авиации» (1863).
На титульном листе книги Лаланделя имеется интересное изображение фантастического воздушного корабля будущего. С виду это скорее пароход, чем геликоптер. Из трубы валит дым. На палубе стоят «матросы». Но плывет этот корабль не по волнам океана, а по воздуху. На мачтах вместо реев и парусов навешаны елочкой воздушные винты с широкими лопастями, а на носу и на корме судна укреплены толкающие винты, служащие одновременно рулями.
Совершенно очевидно, что в описании конструкции «Альбатроса» Жюль Верн воспользовался именно этой схемой, внеся в нее, однако, существенные поправки: воздушный корабль «Альбатрос», изображенный по его указаниям художником Л. Бенеттом, приводится в действие не паром, а электричеством; горизонтальные и вертикальные винты напоминают уже настоящие пропеллеры.
Существенно влияние и второй книги. В романе почти дословно приведено объяснение устройства и принципов полета геликоптера, изложенное Понтон д’Амекуром в брошюре «Завоевание воздуха винтами».
В лучших романах Жюля Верна изобретатель и его изобретение составляют как бы одно целое. Робур без «Альбатроса» показался бы заурядным героем приключенческого романа, а «Альбатрос» без Робура - в лучшем случае - научно-фантастическим очерком авиации будущего. Изобретение одухотворяет образ изобретателя. Машина оживает под руками ее творца.
Робур создает свою машину не только ради чисто научного интереса. Он мечтает о «преобразовании политических нравов дряхлого мира», о создании «воздушной Икарии», которую со временем «населят миллионы икарийцев» - людей, не нашедших свободы и счастья на Земле. Эту утопическую мечту Робуру хотелось бы воплотить в жизнь при помощи тысяч таких воздушных кораблей, как его «Альбатрос».
Робур - образ символический. Он воплощает в себе, по замыслу автора, безграничную силу науки (имя героя происходит от латинского «robur» - сила).
Жюль Верн полагал, будто наука и техника сами по себе могут вызвать коренные социальные преобразования. Писатель поет гимны науке, как величайшей и чуть ли не единственной преобразующей силе, верит в ее безграничное могущество, в ее благотворное, облагораживающее влияние на человечество. И в то же время писатель остро, даже с некоторым трагизмом (особенно это чувствуется в поздних романах), сознает, что в современном ему обществе наука служит не только добру, но и злу, не только миру, но и войне.
Герой Жюля Верна - ученый-новатор и изобретатель - всегда окружен глухой стеной непонимания и враждебности. Гордый, одинокий отшельник, он совершает великое открытие или строит замечательную машину вдали от людей, от общества, с которым находится в вечном разладе. Капитан Немо, Робур и другие изобретатели держат свои открытия в секрете, используя их как оружие в борьбе с социальной несправедливостью или как средство, позволяющее им противопоставить себя буржуазному государству и бросить вызов дурным законам.
В прощальной речи, обращенной к гражданам Соединенных Штатов, Робур оправдывает свой индивидуализм и нежелание раскрыть тайну изобретения преждевременностью его появления.
Жюль Верн считал вместе со своими героями, что наука может и должна служить только прогрессу и справедливости Он видел в науке средство для мирного покорения земного шара человеком, главное средство грядущих социальных преобразований.
В России роман «Робур-Завоеватель» вышел в 1886 году одновременно в двух переводах под заглавиями «Воздушный корабль» и «Сила-победитель». Редакция журнала «Вокруг света», в котором начиная с 1885 года печатались почти все новые произведения Жюля Верна, предпослала первой публикации русского перевода «Робура-Завоевателя» такие слова: «Обращаем внимание читателей на новый роман знаменитого писателя Жюля Верна... С уверенностью можем сказать, что никогда из-под пера этого романиста не выходило что-нибудь более стройное, красивое, исполненное столь талантливо... Зная любовь публики к произведениям Жюля Верна, мы заручились возможностью дать нашим читателям новый роман ранее всех других журналов» («Вокруг света», 1886, №33).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
