Дженнифер попыталась что-то еще сказать, но Ганс не дал ей вымолвить ни слова:
— Все, хватит об этом. Если кто-то хочет выбрать нового Пэна — пожалуйста. Я буду даже рад вернуться к относительно нормальному образу жизни, буду выполнять приказы, вместо того, чтобы отдавать их, — сказал он невозмутимо. — Я прав?
Ни у кого не возникло желания возразить. Они вяло согласились. Дженнифер скопировала изображения на их личные жезлы.
Впервые за время путешествия одна группа удерживала информацию от другой.
Мартин вернулся в свою каюту в еще более мрачном и оцепенелом состоянии, чем когда-либо. Он снова просмотрел изображения, пытаясь оценить серьезность случившегося. Его одолевали сомнения, не слишком ли легко он уступил Гансу.
Он не связывал никаких надежд с предстоящим путешествием. Изображения были слишком безнадежными. По-видимому, Благодетели не смогли сохранить этот Корабль Правосудия. Сауроподы были мертвы уже тысячи лет.
Благодетели, скорее всего, знали о Левиафане и Полыни уже миллионы лет.
Они посылали сюда других. Они подозревали, что творилось вокруг Полыни, а сейчас это просто подтвердилось.
«Спутник Зари» был один из немногих.
Ни один корабль не добился успеха, никто даже не добился того, что смогли сделать они — поджечь дитя тьмы.
Но то, что ожидало их у Левиафана, могло оказаться еще более обманчивым, сложным и рискованным.
Корабль, созданный внутри второго дома-шара, был ненамного больше бомбардировщика. Его длина составляла десять метров. Внутри размещалась кабина грушевидной формы, диаметром четыре метра. В этой кабине Мартин, Джакомо и Хаким должны были провести около месяца — большую часть во сне, укутанные объемными полями.
Они попрощались. Экипаж знал чуть больше, чем ничего, — только то, что существует еще один Корабль Правосудия, возможно погибший, и что трое из них отправляются для расследования.
Ганс вышел из нового корабля, прищурившись, посмотрел на Мартина и сказал:
— Ты можешь отказаться, если хочешь. Я понимаю, что это не пикник.
Мартим покачал головой. Он попал в дурацкое положение. Ганс предлагал ему отказаться, но он же отлично знал, что Мартин не станет делать этого, не станет столь демонстративно выказывать свою слабость.
Ганс склонил голову набок:
— Джакомо, а ты не слишком усердствуй в поисках знаний. Вдруг мы узнаем то, что нам вовсе бы и не хотелось знать.
— При таком положении дел зачем тогда вообще отправлять нас? — спокойно поинтересовался Хаким.
— Не знаю, — покачал головой Ганс. — Возможно, мы просто становимся параноиками.
— Возможно.
— И все же будем надеяться на лучшее, — сказал Ганс и пожал всем руки. Джакомо и Дженнифер попрощались друг с другом ото всех в стороне.
— Мы готовы, — сказал Мартин. Путешествие в триллион километров начинается с первого шага. Он забрался в корабль и отпустил лестничное поле. Джакомо, а за ним и Хаким, последовали за Мартином.
Когда они заняли свои места, Хаким заметил:
— «Спутник Зари» отдал нам одну четвертую своего запаса горючего.
Мартин кивнул. Но такое расточительство в данный момент не слишком волновало его.
— Внешне наш корабль похож на рыбу, проглотившую яйцо, — сказал Хаким. — Очень неудобное сооружение. К тому же, оно состоит из шестидесяти процентов фальшивой материи…
— Прекрати, пожалуйста, — остановил его Джакомо. — Меня и так тошнит.
— Итак, впереди длинное увлекательное путешествие, — усмехнулся Хаким. Он был бледен и слегка дрожал.
Люк плавно закрылся.
Они покинули арсенал оружия. «Спутник Зари» удалялся, становясь точкой на фоне звезд.
Голос мома произнес:
— Через три минуты мы начинаем ускорение.
Мартин подумал, что их корабль похож на крупного мома, получившего семимильные башмаки.
— Хотите посмотреть на себя со стороны? — Раздался по «ноучу» голос Ганса.
Он показал их изображение, каким оно представлялось со «Спутника Зари». Их судно было похоже на стрелу с утолщением грушевидной формы посередине — его образовывали бледно-зеленые топливные баки.
Объемные защитные поля окружили всех троих пассажиров. Зрение Мартина, как обычно в таких случаях, ухудшилось, но он еще мог видеть и слышать сообщения «ноуча». Их корабль лишь на мгновение осветила яркая вспышка, затем заработали гасители.
— Счастливого пути, — прокричал им вслед Ганс.
Мартин перенес ускорение в состоянии небытия. Обрывки сновидений, похожие на воспоминания, посещали его. Он видел отца, мать, девушек, которых встречал на танцах в Центральном Ковчеге. Беспорядочные видения были восхитительны своей банальностью. После достижения кораблем скорости, почти равной скорости света, к ним вернулись более привычные поля. Звезды вокруг них образовывали сплетение, напоминающее скрученное ожерелье. Для удобства наблюдения на звездной сфере корабля появилось, более привычное им, откорректированное изображение окружающего космического пространства.
— Когда мы прибудем на место? — спросил Джакомо. В столь тесном помещении Он явно чувствовал себя не в своей тарелке.
— Через десять дней, — ответил Хаким.
— Первые шесть дней вы можете просто спать, если хотите, — сообщил голос мома.
— Земные астронавты потратили бы на это месяцы, — заметил Хаким.
— Да, нам крупно повезло, — уныло откликнулся Джакомо.
— Давайте спать, — предложил Мартин.
Наступил сон. Он принес новую, более длительную полосу забвения. Мартин проснулся полностью дезориентированным. Выпив чашку подслащенного напитка и проделав упражнения, рекомендованные в условиях невесомости, он немного пришел в себя и начал наблюдать за своими приятелями.
Мартин полагал, что путешествие ухудшит его моральное состояние. Но к своему удивлению, он испытывал почти радостное возбуждение, у него появилось ощущение свободы, чего не случалось прежде.
Хаким вел себя так, будто бы бремя уныния передалось от Мартина к нему. Он работал спокойно, но без энтузиазма. Джакомо проводил много времени, созерцая маленькую звездную сферу.
— Мы сейчас дальше, чем когда-либо, от своих друзей, — сказал он в конце второго дня после пробуждения. Заброшенный корабль был теперь всего лишь в двух днях пути от них. — Но что бы там ни было, — продолжал он, — я не чувствую себя изолированным. А вы?
— «Спутник Зари» сам по себе достаточно изолирован, — заметил Мартин.
— Да, но они там все вместе… А нас только трое.
Когда Мартин по-настоящему уснул, он увидел увидел темный призрак Розы, гуляющей внутри невероятно яркого зеленого поля. Ветер отрывал от призрака маленькие кусочки и уносил, как пушинки черного одуванчика. Призрак поднимался над холмами и деревьями. Он был хрупким и трогательно уязвимым.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
