Грегсон молчал, внимательно глядя на собеседника. Драко собрался с силами и очень удивленно воскликнул:
— Да, это действительно наши фамильные ценности! Как же они к вам попали?!
— А как и когда они покинули ваш дом, мистер Малфой?
— Я пожертвовал их сотруднице благотворительного фонда – мисс Мелиссе Стивенсон. Это очень милая, приветливая девушка! Она собирала деньги на помощь осиротевшим во время последней войны детям и так ярко рассказывала об их страданиях, что невозможно было не помочь малышам!
Эту байку юноша сочинил после внимательного прочтения статей о Затейнике, опубликованных в «Ежедневном пророке». Свою историю Драко постарался сделать двухслойной – если мракоборец не поверит неожиданной доброте условно–досрочника, то, возможно, мальчишка, осыпавший подарками случайную подружку, покажется более убедительным.
— И когда же вы познакомились с мисс…
— С мисс Стивенсон я познакомился в середине февраля в баре «Веселый полтергейст»… или нет, в «Хромом фестрале»! А, может быть, в «Подвязке бэнши»? Увы, не могу вспомнить точно… Я тогда посещал многие бары, а мисс Стивенсон как раз зашла в один из них выпить чашку кофе по окончании рабочего дня!
— А вы тогда только–только вышли из тюрьмы, мистер Малфой? – на тонких губах Грегсона появилась легкая улыбка.
— Да, вы совершенно правы!
Юноша, глядя в глаза собеседнику, вспоминал действительно встреченную в первый вечер на воле девушку, стараясь, чтобы ни ее лицо, ни интерьеры бара Грегсон не увидел.
— Вы виделись с мисс Стивенсон только один раз?
— Нет, раз пять или шесть… Фамильные драгоценности я пожертвовал в ее благотворительный фонд во время нашей третьей встречи, — теперь нужно было смутиться. – Боюсь, когда мисс Стивенсон поняла, что я больше ничем не могу помочь сиротам, она потеряла ко мне интерес…
— Давно вы виделись в последний раз?
— Чуть меньше года назад – во время нашей последней встречи! С тех пор мы больше не виделись… А что случилось? Неужели мисс Стивенсон попала в беду?!
— До некоторой степени это так. Пожалуйста, посмотрите на эти фотографии, мистер Малфой! Вы ни на одной из них не узнаете мисс Стивенсон?
Внимательно рассмотрев снимки, он покачал головой:
— Нет, мисс Стивенсон гораздо красивее! Она высокая голубоглазая блондинка лет двадцати двух – двадцати трех… А что все‑таки с ней случилось?
— Неужели вы не читаете газет, мистер Малфой? – быстро и очень жестко спросил мракоборец. – Половина статей сейчас посвящена хитрым аферам Затейника, который обманом выманивал у волшебников ценности и деньги!
— Мисс Стивенсон не может иметь отношение к этому презренному негодяю! — отчеканил Драко в своем лучшем стиле Оскорбленного Высокородного Волшебника. – Она очень серьезная и… ответственная девушка!
— Безответственных Затейник не вербовал! – хмыкнул Грегсон. – Кстати, как назывался благотворительный фонд, в котором, по ее словам, работала мисс Стивенсон?
— Увы, не помню! С тех пор прошло столько времени…
— А документы, удостоверяющие ваше пожертвование, мисс Стивенсон вам выдала?
— Да, разумеется! Но когда я ушел в Туннели, за домом присматривала эльфийка Орти. Наняли мы ее недавно, порядков в нашем доме она не знает, так что, вернувшись домой, я не нашел и половины нужных мне деловых бумаг – Орти выбросила их за ненадобностью!
— Не лгите, мистер Малфой! – отчеканил мракоборец без гнева, но внушительно. – Даже если вы говорите правду, мисс Стивенсон не могла оставить вам никаких бумаг, поскольку вы не имели права отдавать майоратное имущество людям, не являющимся вашими прямыми наследниками!
Вот тут требовалось сыграть максимально точно, и юноша негромко ответил, твердо глядя собеседнику в глаза:
— Вы совершенно правы, сэр! Вот только не знаю, как вам, а мне тяжело смотреть на теперешнюю жизнь вдов и сирот! И если я мог хоть как‑то облегчить их участь…
— Но Министерство помогает тем, кто остался без кормильца!
— Да неужели?! – очень вежливо удивился Драко.
Некоторое время они молча смотрели друг на друга, потом Грегсон хмыкнул и со вздохом сказал:
— Как же я устал от этих высокородных! Все у них не как у людей! Скрывают добрые поступки, хвастаются пороками… Невозможно понять, когда эти люди говорят серьезно, а когда придуриваются…
— А мы теперь все время придуриваемся, сэр, — спокойно ответил Драко. – В нынешнее интересное время нам, выродкам, ничего иного не остается…
— Спасибо за информацию, мистер Малфой! – язвительно заметил мракоборец. – А теперь прошу вас временно прервать ваше любимое занятие и выслушать меня очень внимательно. Всем этим вашим танцам–ариям я не верю ни на кнат! Но Затейник и в самом деле собирал ценности как у тех, кто разделял его взгляды, так и у тех, кто желал помочь несчастным вдовам, сиротам, домовикам и пушистикам! И разбираться, кто из дарителей есть ху, нам придется долго. Рискну предположить, что если бы ваш двоюродный дядя вас действительно завербовал, то не стал бы так явно подставлять: ваша ценность как шпиона в Министерстве намного превышает стоимость всех этих побрякушек! Кроме того, о вас очень хорошо отзываются все, кто встречался с вами в Туннелях, да и Артур Уизли говорит, что вы полностью избавились от заблуждений юности и честным трудом стремитесь искупить свою вину…
Юноша почувствовал, что не может дышать: неужели мерзкий нищеброд действительно считает, что полностью втоптал в грязь строптивого подчиненного?!
— Я, конечно, очень благодарен мистеру Уизли за столь лестное мнение обо мне, — он сжал руки в кулаки и отчаянно старался не сорваться на крик, — но не уверен, что он может судить о моих взглядах на мир! Все‑таки мистер Уизли – мой начальник, а не отец и не возлюбленная!
Грегсон вдруг закрыл лицо руками, а плечи его странно затряслись. Драко сначала решил, что собеседник отчего‑то зарыдал, но вдруг понял, что тот смеется. Это было настолько дико, что юноша потерял дар речи.
Мракоборец оторвал руки от лица и хохотал еще несколько минут, всхлипывая и утирая слезы носовым платком. Отсмеявшись и высморкавшись, Грегсон сказал еще слегка дрожащим голосом:
— Я, конечно, всегда знал, что Арти Уизли очень терпеливый человек, но теперь думаю, что он просто святой! Если бы вы работали под моим руководством, мистер Малфой, то я убил бы вас уже через пару дней, и суд меня бы непременно оправдал!
— Боюсь, сэр, если бы вы работали под руководством Артура Уизли, то убили его уже в первый рабочий день, и суд вряд ли вас оправдал бы, особенно если бы вы были условно–досрочником на принудиловке, — Драко так устал, что сил притворяться уже не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
