сменяющуюся эмоцию. Перепады настроения. Хотя Кинг все тщательно пытался скрыть от меня, стараясь выглядеть любящим и внимательным. В глубине души Кинг все еще винил себя за то, что произошло со мной по вине Сафира. За гибель нашего малыша, кровь которого тоже была на руках этого мерзавца. Больше не говоря, я все равно продолжала верить, что наш Ильяс жив.
— Все хорошо? — Спрашивает с осторожностью, нежно целуя в щеку. Обнимает, присаживаясь рядом на корточки. Обнимаю в ответ, ощущая, что безумно скучала.
— Устала немного. — Наверно из-за плохой погоды, чувствовала себя нехорошо.
— Ирма звонила. — Эмир начинает говорить, но резко затихает, боясь, что эта тема разговора мне не приятна. — Сказала, что Амани хочет со мной серьезно поговорить. — Сглатывает. Не смотря сейчас в его глаза, понимаю, какие эмоции бушуют в его душе.
— Ты должен выслушать ее. — Откровенно отвечаю, показывая Кингу, что в этот сложный период жизни я хочу быть рядом с ним. Готова ко всему.
— Знаю. — Делая движение, прижимается ближе. Чувствую напряженность по всему телу. Эмир не хочет обсуждать Амани и ее состояние. — Но, давай, сейчас не будем об этом говорить?! — Скорее не спрашивает. Просто словами отражает собственные мысли. Поднимается, присаживаясь на кресло рядом. Взглядом провожаю каждый жест и движение. Замечая, насколько сильно Кинг вымотан.
— Клео? — Вопросительно обращается ко мне по имени, при этом смотрит на воду.
— Что? — Мне хочется подняться с места. Забраться к Эмиру на колени, и прижаться тесно, словно я маленький ребенок. Но я удерживаю этот эмоциональный порыв, продолжая смиренно сидеть на месте.
— Обещай, что следующим летом ты обязательно поступишь в университет, и исполнишь свою мечту. — Говорит будто отстранённо, но при этом я чувствую, как это важно для него. Голову поворачивает, опьяняя любимыми карими глазами. Невольно улыбаюсь, как-то робко отводя глаза. Ощущая себя иначе, чем обычно. — Я собираюсь купить квартиру в Париже, чтобы всегда быть рядом с тобой. — Честно рассказала Эмиру о своих планах на будущее. Не для того, чтобы он подстраивался и не уходил. Был рядом, потакая любым моим желаниям. Мне просто хотелось обо всем говорить с любимым человеком. Ничего не утаивая. Доверять, получая взамен тоже самое.
— Эмир, — начинаю говорить, привлекая его внимание, — думать о будущем замечательно. Планировать что-то. Мечтать. Но знаешь, — поднимаюсь на ноги, и не выдерживаю, подхожу к Эмиру. Он сдвигается назад, позволяя мне сесть на его колени, — я хочу жить здесь и сейчас. Рядом с тобой. — Наша жизнь слишком ценна, чтобы тратить ее впустую. В последнее время я даже задумалась о том, чтобы закончить колледж или университет дистанционно. Для того чтобы не тратить время на бессмысленное просиживание ее в тесной аудитории. Хотелось просто жить. Наслаждаться каждым днем. Киллиан очень часто говорил мне. Если можешь дышать, ходить, просто жить, то ты богаче всех тех, кто имеет множество денег. Помимо всего прочего у меня есть и другая не менее важная ценность. Любовь мужчина. Его сердце, которое несмотря ни на что бьется только ради меня. Для меня. Обнимаю Эмира руками за шею, слегка наклоняясь. Делаю большой полноценный вдох, смакуя от обожаемого аромата.
— Хочу, чтобы ты была счастлива. — Шепотом. Не стесняясь чувств. Рассказывая мне все предельно откровенно. Утыкается носом в плечо, замолкая. Ерзаю, поворачиваясь. Обнимаю лицо Эмира руками, вынуждая приподнять голову. Губами к губам прикасаясь. Начинаю медленно целовать, позволяя нам обоим расслабиться. Забыться на несколько мгновений. Погрузиться в мир, где кроме нас больше никого не существует. Эмир стискивает пальцы в районе моей талии, от нахлынувшего переизбытка чувств, начиная молниеносно сжимать кожу. Углубляет поцелуй, резко прижимая к себе. Топя в страсти, заглушая надоевшие мысли. Но, как бы хорошо нам не было наедине, есть окружающая реальность, которая всегда будет на первом месте.
— Я поеду с тобой в клинику, но погуляю в саду, пока ты будешь разговаривать с Амани. — Начинаю говорить, когда Эмир прерывает поцелуй, откидываясь в кресле. На секунду глаза прикрывает, словно с мыслями собираясь.
— Не стоит. — Эмир неловко пытается отговорить, даже понимая, что я уже все решила.
— Я буду рядом с тобой, Кинг. Это важно для нас обоих. — Тихо. Не повышая голоса. Не давя. Зная, что Эмир ценит мое присутствие. Ни за что больше не отпустит, если только я не захочу уйти. Наклоняется, утыкаясь лбом в мое плечо. Тяжело дышит, больше ни говоря ничего. Зная, что я права. Что наша любовь сильнее всех препятствий, уготованных судьбой.
Вспоминая о клинике, где находиться Амани, первым делом я представляю большой просторный сад. Или скорее людей, которых видела, когда приходилось приезжать в клинику. Большинство из них находятся в инвалидных колясках, не имея ни единого шанса на полное выздоровление. Совсем недавно я познакомилась с пятнадцатилетней девушкой, которая попала в тяжелейшую аварию вместе со своей матерью. Которая моментально погибла на месте. А Энни получила сильные травмы и сорок процентов ожога кожи. Мне хотелось заходить к ней постоянно, чтобы поддерживаться и мотивировать. Но ей повезло. Рядом с Энни был заботливый и любящий папа. Иногда мне казалось, что он очень напоминал моего отца. Наверно в глубине души, для наших родителей мы навсегда будем маленькими девочками, нуждающимися в любви и заботе.
Эмир.
Она будто всегда была рядом со мной. Еще до того момента, когда судьба впервые позволила нам увидеться. Я не занимал ее мысли. Не присутствовал в каждом дне ее жизни. Не был принцем, за которого бы она мечтала выйти замуж. Но все произошедшее, вовсе не злой рок. А коварный план жизни, который почти исполнился. Смотря на Клео. Юную, но такую сильную. Я чертовски благодарен, что она не ушла. Не вернулась в семью, оставив меня с множеством проблем. С болью, которая навсегда останется искрой в душе. Сейчас для меня чертовски трудно все. Практически все лучшие из квалифицированных клиник Европы, наотрез отказались принимать Амани в качестве пациентки, считая ее состояние безнадежным. Всего лишь одна клиника, находящаяся на западе Германии, решилась принять Амани на лечение. Поговорив с ведущим доктором, он в какой-то степени даже дал надежду на то, что Амани сможет самостоятельно передвигаться в инвалидном кресле. Подобную жизнь невозможно называть полноценной, но это лучше, чем постоянно быть прикованной к кровати.
Сжимая руки в кулаки, замираю на крыльце клиники, смотря, как Клео медленно идет по саду. Чувство вины сжирало заживо, и я не мог ничего с этим поделать. В какие моменты я ненавидел себя, вспоминая, как мечтал, чтобы Амани раз и навсегда исчезла из моей жизни.
