— О’кей! Какой номер?
— Колумбия 69843.
— Прекрасно. Скажи, чтобы она повесила трубку и ждала моего звонка. Где ты, в конторе?
— Да, я заглянул сюда на минутку по пути домой, чтобы убедиться, нет ли чего-нибудь важного, и ее звонок застал меня здесь. Она уже звонила дважды до этого с перерывом в десять минут.
— Лучше побудь там некоторое время на случай, если появится действительно что-то важное. Я тебе позвоню. Оставайся там в течение часа.
— Хорошо, — сказал Дрейк и повесил трубку.
Мейсон подождал минуту и затем набрал номер телефона, который дал ему Дрейк. Моментально он услышал гортанный голос Мэдисон.
— Это вы, мистер Мейсон? Благодарю вас за звонок. Случилось нечто, что делает нашу встречу необходимой немедленно. Я приеду в любое место, которое вы укажете. Но я должна вас видеть, должна, донимаете?
— В чем дело?
— Мы нашли рыбок.
— Каких рыбок? Вы имеете в виду тех, которые были украдены?
— Да.
— Где они?
— У одного человека.
— Вы известили об этом Фолкнера?
— Нет.
— Но почему бы вам этого не сделать?
— Из-за некоторых обстоятельств. Я думаю, мне лучше поговорить с вами, мистер Мейсон.
— А это не терпит до завтра?
— Нет. Пожалуйста, мистер Мейсон, позвольте мне увидеть вас.
— Гридли с вами?
— Нет, я одна.
— Хорошо, приходите, — сказал Мейсон и дал ей адрес своего дома. — Сколько времени вам понадобится, чтобы добраться сюда?
— Десять минут.
— Хорошо. Я жду вас.
Мейсон повесил трубку, оделся, и едва закончил завязывать галстук, как прозвенел звонок входной двери. Он пригласил ее войти и произнес: «Что означает этот ажиотаж?»
Ее глаза горели возбуждением и воодушевлением, но лицо сохраняло тусклый налет застывшей красоты.
— Вы помните, что Ролинс хотел, чтобы аквариум был сделан…
— Кто такой Ролинс?
— Человек, на которого работает Том Гридли. Он владелец зоомагазина.
— Да, я вспомнил его имя.
— Хорошо. Человек, который попросил Тома сделать для него аквариум, Джеймс Л. Стаунтон. Он работает в страховом агентстве и о нем мало кто знает. Он никогда не имел отношения к серебряным карасям. Он позвонил Ролинсу в среду вечером и сказал, что у него есть уникальные рыбки, которые больны болезнью жабр и что он подумал, что в зоомагазине Ролинса есть средство для их лечения. Он готов заплатить любую сумму, если Ролинс вылечит рыб. Наконец, он предложил сотню долларов, если Ролинс даст средство для лечения рыбок. Для Ролинса это был тот случай, который нельзя было упускать. Поэтому он ухватился за Тома и попросил его принести две пластинки и маленький аквариум до того, как мы пошли к Фолкнеру домой вчера вечером. Это нас и задержало. Вы помните, что я даже не успела поужинать и пошла искать Тома, как только получила от Фолкнера чек. Я не хотела, чтобы рыбки Фолкнера умерли по нашей вине.
Мейсон молча кивнул головой, пока она делала паузу, чтобы отдышаться.
— Итак, — продолжала она, — Ролинс сам доставил аквариум. Стаунтон сказал, что его жена больна и поэтому любой шум нежелателен, что он позаботится о рыбках сам, если Ролинс объяснит ему, как и что нужно делать. Ролинс сказал, что ничего сложного нет. Надо заполнить аквариум водой, пустить туда рыбок, а на следующее утро Ролинс пришлет ему пластины с лекарством, которые следует поместить в аквариум. Вы все улавливаете, мистер Мейсон?
— Продолжайте, я все прекрасно понимаю.
— Итак, Том подготовил несколько пластин и Ролинс отнес одну из них на следующее утро. Стаунтон вновь встретил его у дверей и сказал шепотом, что его жена плохо провела ночь и лучше, если Ролинс не будет входить в дом. Ролинс объяснил, что нужно извлечь старую пластину и вставить новую. Он спросил у Стаунтона, как себя чувствуют рыбки. Тот ответил, что, кажется, получше. Он взял пластину и заплатил Ролинсу пятьдесят долларов в качестве аванса. Ролинс при этом сказал ему, что новую пластину надо поставить через 36 или через 48 часов.
Она опять остановилась, чтобы перевести дух и подготовиться к драматической развязке своего повествования.
— Сегодня вечером я была в зоомагазине. Том, больной, находился дома, и я помогала Ролинсу. Как вы знаете, Фолкнер выкупил магазин, и Ролинс проводил инвентаризацию. Поскольку Том был болен, ему кто-то должен был помогать. Фолкнер был там с пяти часов дня до семи тридцати, доставив много хлопот. Он сделал нечто такое, о чем Ролинс не хотел мне рассказывать. Он так расстроил Ролинса, что они поссорились. Ролинс сказал, что Фолкнер взял что-то, принадлежащее Тому. Я все это говорю для того, чтобы прояснить, почему я обещала вынести лекарство. Ролинс хотел пойти к Стаунтону, чтобы вставить последнюю пластину в аквариум. Но тут позвонила жена Ролинса и сказала, что идет хороший фильм и ей хочется пойти в кино вместе с ним.
Когда жена
