Тони Джо Уайта, которую Фелтон получил от своего друга Боба Бекхэма). Но он успел записать только три песни, когда вернулось его недовольство. На следующий вечер они получили еще две песни, на четвертый — обнаружили, что у Элвиса украли его личный микрофон. Когда Пачукки заметил Элвису, что это явилось причиной плохого вокала, он просто вышел и не вернулся. Фелтон в надежде, что он вернется, продолжил записывать инструментальные части следующие два дня, но, когда он не вернулся, в 5 утра 26 июля Фелтон прекратил сессию.
Из тридцати заявленных композиций были закончены только восемь. В любом случае это была катастрофа для RCA. Полковник был просто разъярен отказом Элвиса и его безразличием к своим обязанностям. Для Фелтона это было профессиональным крушением, он чувствовал себя в огне со всех сторон без единого союзника. Но он продолжал верить, что если бы у них было хорошее оборудование, то они смогли бы вдвоем с Элвисом вытянуть следующую сессию. Все, что им было нужно, это атмосфера удовольствия, объяснял он в интервью. «Я пытался увлечь его, чтобы он пел для себя. Элвис должен чувствовать то, о чем поет», — объяснил Фелтон, не вдаваясь в подробности о том, как сложно добиться этого.
Элвис вернулся в Калифорнию, чтобы начать репетиции шоу для Вегаса 6 августа. Поздние отзывы были еще уничтожительнее, чем в Тахо.
«Растолстевший еще более, чем когда — либо, он появлялся в Вегасе… еще более безразличный, равнодушный и непривлекательный», — сообщал The Hollywood Reporter. «Он не просто немного не в форме, не просто пухлее обычного, Живая Легенда стал жирным, нелепо пародирующим себя прошлого. На премьере его голос был писклявым, неуверенным и натянутым. Его индивидуальность была потеряна на одном из самых плохо подготовленных, унылых шоу за всю его карьеру в Лас — Вегасе. Это просто трагедия, обескураживающее и гнетущее чувство — видеть Элвиса в таком унизительном виде».
Для его зрителей это не имело никакого значения. Отклики фанатов были такие, что «Элвис был намного счастливее», «полон радости» и, казалось, «наслаждался шоу более, чем обычно». Но слухи о наркотиках ходили более чем обычно. И костюмные вечеринки были тому подтверждением. На одной из таких вечеринок Элвис, демонстрируя приемы карате, сломал лодыжку одной женщине.
Сами шоу, в общем, были дружелюбными, но Элвис сорвался на последнем представлении. Он выехал на сцену на спине Ламара, а на его шее сидела игрушечная мартышка. «Добрый вечер, дамы и господа, а также любители животных, — объявил он.
— Я привел с собой родственника. Мне плохо без него, даже когда он вынужден отойти в туалет!» Всем это очень понравилось, было очень весело, но потом неожиданно для сидящих в зале и стоящих за кулисами он вставил очень грязный стишок про «Хилтон». Исполняя «What Now Му Love», он метался по кровати, которую Сонни вытолкнул на сцену. Потом он исполнил еще несколько лирических песен и, исполняя попурри «Tiger Man», снова вернулся к проблеме «Хилтона». «Здесь есть парень, который работает в итальянском ресторане, — сказал он шепотом, имея в виду своего любимого официанта, который иногда готовил ему еду. — Его зовут Марио. Эти люди хотят уволить его, как только я уеду, но я не допущу этого. Ему нужна работа. Я думаю, что Хилтоны выше этого. Это не неуважение. Я просто хочу разбудить Конрада (Хилтона) и рассказать ему о Марио и его работе, вот и все». Затем он продолжил попурри, но в середине остановился и объявил; «Эта песня посвящается персоналу и руководству отеля «Хилтон». И начал все сначала. Казалось, имеют значение строчки: «Я — король джунглей / Они называют меня Человек — Тигр».
Остаток шоу прошел в такой же манере нелепости и напыщенности. Для фанатов это было все равно что приглашение к Элвису в гостиную, что вполне допускал Элвис, когда в конце шоу он сказал: «Я знаю, что мы — большие дети, мы веселимся и все такое, но мы действительно любим петь, играть музыку и развлекать людей. Пока я могу это делать, я буду оставаться счастливым старым сукиным сыном».
Полковнику же было не до веселья; после первого упоминания «Хилтона» он рассвирепел, а к моменту, когда Элвис сошел со сцены, он был вне себя от гнева. Он слышал всё о Марио, он понимал чувства Элвиса — но они не разделялись миром. То, что делали Хилтоны, было их личным делом, так же как никто не мог вмешаться в личные дела Элвиса и Полковника. Он был сыт по горло. Он добился доверия Бэррона Хилтона, он посвятил себя этому мальчишке, он покрывал его снова и снова, он построил ему карьеру исключительно на его требованиях. Чего же он добивался теперь? За кулисами он попытался поговорить с Элвисом, но они уже больше не могли договориться. Все слышали сердитые голоса, которые доносились из гримерки, потом Полковник выскочил оттуда, а притихший Элвис появился немного позже, как будто все было улажено.
В тот вечер была обычная вечеринка в смокингах. Присутствовали Том Джонс и Бобби Джентри (Ode to Billy Joe), и Элвис приготовил для Джонса сюрприз. Он знал, что у Тома возникли проблемы с его вокальной группой The Blossoms, поэтому он представил ему молодой квартет из Нэшвилла, в котором были племянница Джея Ди Донни Самнер и Шеррил Нильсен. Он представил их Джонсу как дар и попросил их выступить перед гостями.
Разговор с Полковником все еще сидел в голове Элвиса. Манера, в которой он с ним разговаривал, — кем себя возомнил этот старый плешивый ублюдок? Что позволило ему думать, что он всемогущий, хотя все знают, что он в долгах. Люди судачили о нем, они говорили, что происходит что — то забавное, и Элвис не один раз слышал, что, возможно. Полковник не может покинуть страну как эмигрант или что потеряно его свидетельство о рождении. Да будь он хоть марсианином — он просто старик, живущий прошлым, его дни сочтены. Да как он посмел так разговаривать с Элвисом? «Позвони ему, — сказал он Джо, — и доставь его сюда».
Атмосфера накалилась, когда Полковник приехал на вечеринку. Все видели, что Полковник все еще не отошел от недавней ссоры, а Элвис практически лез из кожи вон. Для его друзей это была такая же шокирующая сцена, как и другие его тайные поступки во время его брака. Первое время они кричали друг на друга в присутствии остальных, бросая друг другу ужасные обвинения до тех пор, пока Элвис не сказал: «Ты уволен». Полковник ответил: «Ты не можешь
