сплошная аномалия. Здесь ни в чем нельзя быть уверенным. Даже в том, что после смерти твоя душа упокоится с миром.
Гриф шел по краю котлована и поглядывал на танки. Колонна притягивала взгляд, иногда даже казалось, что она двигается. «Здорово им досталось. Чем-то зона огрела их таким, от чего счетчики поблизости зашкаливают, а аномалии протянулись от головного танка до самого карьера».
В аномальной грозди отчетливо просматривались завихрения «каруселей», перетекание «мясорубок», обгорелые круги «жарки». Все там было ими утыкано, что гайке упасть негде.
Гриф повернул голову вправо, взглянул вниз. На дне карьера посреди болота поблескивал грязными стеклами оцепеневший экскаватор. Над водой с камышовыми зарослями по берегу, висела зеленоватая дымка. Хотя порой в подобной атмосфере и рождались «душа», «пузырь» или «светляк», забрать их даже в комбезе повышенной защищенности было весьма проблематично. Эти ядовитые места облюбовали кровососы. Лишь сильно отчаявшийся сталкер или новичок решался спуститься по зыбучему склону и попытать удачу, разыскивая среди рогоза поблескивающие и переливающиеся заманухи.
В тот момент, когда Гриф шел по узкому коридору между обрывом и аномалиями, из-за плешивого пригорка выбежала стая слепых псов. Что по его душу, сталкер понял сразу. Он не мог стрелять, Кислый с товарищами были в пределах видимости и непременно бы услышали. Убивать Грифа они вряд ли бы бросились, а вот устроить засаду чуть дальше или запутать следы могли вполне.
Торопливо, то и дело взглядывая на приближающихся мутантов, сталкер вытаскивал из ножен штык-нож, чтобы примкнуть к автомату. В предвкушении схватки внутри него скручивалась тугая пружина, сердце подняло ритм, все чувства обострились. Он осмотрелся и не стал менять позиции. Узкий коридор, край котлована, аномалии играли за него.
Первого пса он ткнул сверху вниз. Сталь не вонзилась меж лопаток, как целил сталкер, а скользнула по боку. Вытягивая шею, разевая пасть, тварь бросилась в ноги. Увесистым пинком Гриф отбросил ее назад, а косым ударом справа налево, словно махнул метлой, вонзил в бок штык-нож и спихнул с обрыва. Пес взвыл. Удаляющийся вопль скатился вместе с мутантом по склону в ядовитое облако «газировки». Гриф не мог обернуться и посмотреть, как отреагировали сталкеры на вой и услышали вообще ли. Он вел схватку за свою жизнь. Здесь и сейчас. Он лишь интуитивно сжался, присел на ногах, стараясь быть как бы незаметнее.
Ограниченные в маневре, мутанты не имели возможности нападать с разных сторон и растаскивать жертву. Они набрасывались лишь спереди и по очереди. Два пса попробовали атаковать одновременно, и тот, что был справа, сорвался в обрыв.
Орудуя автоматом как пикой, пиная ногами, Гриф легко расправился с четырьмя тварями. Остальные, осознав тщетность попыток, визгливо тявкая, убрались восвояси.
Сталкер обернулся, группа Кислого пропала из вида. Гриф поднял к глазам бинокль и после недолгих поисков разглядел пятерых букашек, ползущих по опушке леса, высившегося гребенкой по краю соломенного поля.
Он их догнал, еще некоторое время шел по следу по опушке, затем углубился в лес. Теперь, спустя десять часов соглядатайства, распластавшись на сухих листьях под осиной, Гриф укрывался за пригорком и в снайперский прицел наблюдал за уцелевшими братьями. С безопасного расстояния он видел все с самого начала. Видел, как Кислый с сигаретой в зубах по-деловому распоряжался сталкерами, махал руками и пояснял. Видел, как Тоф с Марычем доставали из шмотников мины, саперными лопатками рыли ямы и устанавливали их на дороге, пролегающей между глубоким оврагом и холмом. Видел, как потом все разбежались по огневым позициям, и вместе с ними ждал появления конвоя. Охранение было на удивление слабеньким. Возможно, именно такого и ждал Кислый. Как бы там ни было, головной БТР подорвался на мине. В бок его добили из РПГ. Грузовик расстреливали с двух сторон из канавы и пригорка. Вояки огрызались, и им удалось забрать троих сталкеров.
Сейчас Кислый и Гарик с автоматами у плеча осторожно шли между трупов и водили стволами. Глядя на выживших братцев, Гриф подумал, что к умерщвлению подельников они, возможно, даже, скорее всего, приложили руку. Они с холма все видели, как на ладони, и своих и чужих. Слава о Кислом ходила недобрая. Из старичков вряд ли кто согласился бы идти с ним.
И ладно, работы меньше. Гриф держал в прицеле Кислого, палец придавливал спусковой крючок. Кислый, словно чувствовал чье-то присутствие, старался быстро проскальзывать открытые участки, укрывался то за бэтээром, то за грузовиком, время от времени оборачивался, подозрительным взглядом прочесывал опушку леса. Тот еще сталкерюга.
Они забрались в кузов ЗИЛа. Некоторое время их скрывал продырявленный тент. Первым появился Гарик. С набитым шмотником он грузно спрыгнул на землю, развернулся, принял у Кислого небольшой плоский пластиковый ящик с рукоятками для переноски. После чего выбрался старший из братьев. С пузатым вещмешком за плечами при приземлении он тяжело присел.
Гриф передумал убивать их на дороге. Могло случиться, вояки послали сигнал SOS, и сейчас к ним на выручку спешит «летучий отряд». По действиям налетчиков, по их нервным движениям, тревожным взглядам вдоль дороги и в небо, Гриф понял, они опасались того же, чего и он.
Сталкер не стал усложнять задачу, и место встречи перенес в лес. Он бесшумно поднялся, пригибаясь, двинул назад, забирая от следа на юго-восток.
Глава 3. Долг платежом
На базе было три человека, которым Жорик предпочитал не попадаться на глаза: Пирцент, Качака и Гомес. Заслышав их голоса или заметив мельком, он по возможности менял направление движения, сворачивал в коридор, комнату или останавливался, делал задумчивый вид, затем скорбно поджимал губы, досадливо мотал головой, разворачивался и шел назад за позабытой вещицей либо делом.
Каждый из трех «черных королей» по-своему был неприятен и пугал новичка, оказавшегося в полубандитском формировании в результате распития «гамофоса» с Кайзером. Хотя главнее всех на базе значился сумасшедший Пирцент, почему-то в кабинет майора он заходил со стуком и прибывал, пусть с видимой неторопливостью, но все же прибывал по его требованию, которое доставлял ординарец Косарь.
К тому моменту, когда Жорик подошел с мокрыми руками к пункту выдачи, у открытого окошка оставался лишь Апарка. Заполучив пайку, он зло зыркнул на кладовщика, проскрежетал зубами и, ничего не сказав, пошел в сторону кубрика.
- Еще есть кто? - из окна выдачи появилась лысая голова Сивого, завертелась на жирной шее.
- Я. Я еще, - Жорик шагнул к «кормушке».
Взял положенный ИРП, сказал: - Там Пахло в кутузке, его это, ну… тоже покормить
