даос, сам того не подозревая, ответил фразой из мультика. И замолчал — наверное действительно обиделся.
Пока я с даосом болтал, череп преодолел уже половину дистанции до цели, то есть до Хилковой. В глазницах черепа тлели зелёные огоньки, и вдобавок он заунывно выл на одной высокой ноте. От этого воя у меня аж зубы заныли.
А девчонка не растерялась. С её жезла сорвался жгут молний, и с громким треском врезался в призрачную черепушку. Знатно полыхнуло и гнилостная зелень расплескалась во все стороны. До меня, слава Богу, эти ошмётки не долетели. А то я начал опасаться, что они меня демаскируют.
Но череп, хоть и изрядно покоцаный, продолжил свой полёт. У него, казалось, были все шансы. Но я ошибся — девчонка оказалась тактически грамотной. Окутанный вспышками разрядов череп с размаху влепился в невидимый щит. Видно, что щит артефактный, и вовсе не плохой. Похоже, именно этот артефакт защищал её от пуль киллера, когда я увидел её впервые.
Но, пока девушка разбиралась с первой атакой, подменыш уже подготовил ещё одну пакость. Пакость эта заключалась в том, что, то тут, то там из-под дёрна начали выбираться скелетики мелких птичек и грызунов. Эти маленькие костяки быстро собрались в кучу около правой ноги некроманта.
Девушка же, собрав ещё энергии, попробовала сама перейти в атаку. Над навершием её жезла из разрозненных вспышек соткался яркий шарик. Маленький и безобидный, как мне сначала показалось.
Но её оппонент так не думал. Он начал размахивать своей магической дубиной, подпрыгивать и что-то бормотать. И вокруг него закрутился смерч из серых нитей.
И под прикрытием этого смерча у его ног продолжали собираться вместе мелкие косточки.
Наконец Хилкова, решив, что энергии достаточно, перешла в атаку. Она взмахнула жезлом, словно стряхивая с него этот трещащий разрядами шарик.
— Шаровая молния, — запоздало сообразил я.
Этот комок электричества полетел к некроманту. А тот продолжал свои прыжки, озабоченно посматривая себе под ноги.
— Сейчас оно ка-ак бахнет, — это даос не выдержал, — зажмурь глаза.
И оно бахнуло. Я вовремя услышал симбионта, и это спасло меня от временной потери зрения.
Шаровая молния врезалась в защитную формацию некроманта и взорвалась.
Громыхнуло знатно. А всю округу залил интенсивный белый свет. Я очень хорошо это почувствовал даже сквозь сомкнутые веки. Яркость этой вспышки могла соперничать с пламенем дуговой сварки. И я, даже с закрытыми глазами, и то «зайчиков» нахватался.
Защита подменыша выдержала — он остался невредим. Но чёрный смерч, принявший на себя удар, стал гораздо бледнее.
Теперь инициатива вновь перешла к адепту тёмных сил. Куча костей, которые копошились у него под ногами, наконец обрела форму.
На чахлой осенней травке стоял динозавр в миниатюре. Эдакий костяной дракон на минималках. Он казался каким-то игрушечным… пока не заревел. А ревел он, как большой. Совсем, как большой, да.
Я тут же вспомнил звуки, которые издавал загадочный зверь в заповедном мире. Низкие частоты, уходящие в область инфразвука.
Этот монстрик быстро поковылял к девчонке. А та смотрела на оживший костяк со смесью ужаса и брезгливости.
Но вот она очнулась от секундной оторопи и снова подняла свой жезл. Я отметил, что сейчас плетение заклинаний даётся ей гораздо тяжелее. Если раньше разряды появлялись почти мгновенно, то сейчас они возникали как бы нехотя и далеко не сразу.
Ну да, она же на первом курсе учится, как и я. А значит у неё средоточие по объёму и до моего не дотягивает. Я вон уже минут двадцать свою невидимость поддерживаю. И расход энергии не сильно превышает темпы её сбора. А значит у меня в запасе время есть.
А вот у Хилковой времени нет. Если точнее, то нет сил. Ещё пару ударов она сможет нанести, а потом её будет спасать только щит. Но и его надолго не хватит.
— Рано тебе пока вступать в бой, — даос решил высказать своё ценное мнение. Ну, что ж, выслушаем — а вдруг действительно дельную вещь услышу:
— Почему ты так думаешь?
— Это элементарно, — мне так и захотелось добавить: «Ватсон»… Но я сдержался. Уж очень не хочется объяснять ему, что это значит…
— Чем ближе к ней подступит смерть, — продолжил даос, — тем выше она оценит твоё вмешательство.
— То есть её благодарность будет напрямую зависеть от степени пережитого страха? — уточнил я.
— Совершенно верно, — подтвердил китаец.
В общем, всё правильно. Теперь главное — это вовремя вступить в сражение. Надо сделать так, чтобы девушка не пострадала…
Динозаврик почти добрался до того места, где стояла Катя. Мало того, подменыш тоже последовал за своим кадавром. И это ещё увеличило угрозу для девушки.
Она побледнела, но продолжила сражение, просто пнув ногой костяного монстра. Тот был ростом чуть выше её колена, я и ожидал, что он отлетит в сторону, или рассыплется. Не произошло ни того ни другого.
Это создание некроманта просто увернулось, совершив элегантный ирими тэнкан1.
В результате этого маневра маленькое чудовище оказалось сбоку от девушки и тут же атаковало.
Защитное поле Кати было рассчитано на отражение магических и скоростных атак, таких, как, например, выстрелы из винтовки.
Костяной уродец же двигался гораздо медленнее пули, а потому ничто ему не помешало вцепиться всеми своими конечностями девчонке в ногу. Щит не счёл его угрозой ввиду низкой скорости.
Катя упала, потеряв равновесие. Но, даже падая, продолжила сражаться. Взмах её жезла разметал наглую нежить. Мелкие косточки разлетелись в разные стороны и попадали в чахлую траву.
Но монстр совершил главное — теперь некромант находился в паре шагов от девушки и уже замахнулся свей костяной дубиной.
Было очевидно, что девчонка никак не успевает ни закрыться, ни отступить. Так что этот удар наверняка нанесёт ей непоправимый вред. Или, что более вероятно, просто станет причиной её смерти.
— Ну, что ты смотришь? — даос всполошился, и значит наши с ним мнения совпали. Пора!
Я находился метрах в десяти сбоку от сражающихся и хорошо мог их рассмотреть. Лицо девушки выражало страх и протест — она не хотела умирать. Лицо же подменыша оставалось неподвижным. Он вёл себя, как бездушный автомат, выполняющий порученное дело. Ни торжества, ни злорадства на его лице не отражалось — оно было абсолютно безмятежным.
Подменыш воздел над своей головой свою костяную дубину, исходящую языками чёрно-зелёного пламени и…
И тут с моих пальцев сорвалось острое веретено, которое я сформировал из ци. Это был мой
