Пора было заняться изучением этого комка затвердевшей ненависти.
* * *
День проходил за днем. По-прежнему суматошно метались в небесах хмурые тучи. Неизменным оставался жгучий ветер, несущий в своих объятиях мелкие песчинки. Раскаленные камни излучали волны сухого жара.
Изучение спутанного сгустка магии продолжалось свои чередом. Был выставлен мощнейший щит, предохраняющий исследователей от неожиданных случайностей. Перенасыщенный защитной магией воздух буквально потрескивал.
Нависающий над руинами сгусток полураспавшейся магии слабо подрагивал и тянулся в сторону установленного щита, чувствуя поблизости присутствие сильного волшебства. Поверхность его непрерывно рябила. Колыхались невидимые завихрения магического эфира.
Трое волшебников с предельной осторожностью ощупывали поверхность древнего узла. На трех совершенно не похожих друг на друга лицах застыла абсолютно одинаковая гримаса брезгливого отвращения. Пристроившись в тени громадного валуна, несколько подмастерьев под руководством пожилого мага старательно записывали найденные экспедицией сведения.
Некоторые сплавившиеся в безобразный комок заклинания они уже узнали. "Огненные Брызги" и наполовину распавшееся заклятие "Умри и Разложись" смешались в безобразный комок вместе с заклятием "Воздушного Кулака" и какой-то совершенно неведомой магией. Несколько подобных сгустков и представляли собой поверхность эфирного узла.
На четвертый день явилась несомненная удача. Удалось с предельной осторожностью выпутать из уродливого переплетения хаотично пульсирующих заклинаний один почти неповрежденный сгусток. Видана, признав в этом безобразном сплетении незавершенное заклятие громовспышек самолично исследовала его.
На это понадобилось еще четыре дня.
Но зато результатом этой неимоверно опасной работы стали несколько десятков листов бумаги, где подробно описывалось вновь открытое заклинание. Вероятно, Видана даже смогла бы создать подобную магию и испытать ее на практике, но проводить подобные опыты ей совершенно не хотелось, ибо она отчетливо помнила, что способна натворить магия громовспышки и не желала выпустить в миры такую силу... И причиной этого внезапно пробудившегося знания были сны.
Сны. Ночные кошмары, атаковавшие ее, едва только она смыкала веки. Сны переносили ее на сотни лет назад, показывая древнюю эпоху и внезапное нападение на находящийся некогда на этом самом месте пост наблюдателей. Тысячу семьсот лет назад...
И всякий раз она бывала в разных телах. В телах защитников башни и в телах нападающих магов.
Она находилась в теле представительного мужчины с перехваченными шнурком седыми волосами, а ее мозолистая рука уверенно сжимала посох Старшего Волшебника. Она бежала, перепрыгивая через камни, вместе с молодым парнем, полным веселого задора и опьяненным бушующей вокруг смертью. Она тряслась в углу охваченная всепоглощающим ужасом, глядя на ревущее в комнате пламя, будучи совершенно лишенной магического дара служанкой. Она стояла на вершине скалы и презрительно усмехалась, глядя на оседающие стены башни, а раскаленный ветер развевал ее плащ черного как ночь цвета, и на ее голове как корона возлежало кольцо Раканаса.
Она убивала. Атаковала и защищалась. Ее руки пахли дымом и были запятнаны кровью. Ее молнии крушили камни и дробили стены. Пламя заживо пожирало людей. Удары невидимого молота крошили кости...
Она умирала. Обращалась в пепел и разлеталась кровавыми брызгами. Ее память хранила в себе предсмертные вопли десятков людей.
Сквозь марево видений мелькали четыре багровых огонька, несущие в себе угрозу и мрачную готовность. Будто четыре глаза, непрерывно смотрящие ей в спину. Тяжелый пронизывающий душу взгляд какого-то злобного существа.
Сны. Сны стали ее проклятием. Она старалась спать как можно меньше и, щуря покрасневшие глаза, бродила по ночам вокруг лагеря. Сны одолевали ее.
Видения, несущие страдания и смерть.
И только тоненькая ниточка, связывающая ее с Денгаром, несла некоторое утешение. Видана лелеяла в себе крохотную искорку его чувств, пробивающуюся сквозь неизмеримое расстояние. И она знала, что где-то там, на далеком Роднессе, находится тот, кто ее ждет. Она хотела обнять его. Прямо сейчас.
Но ей предстояло провести в безжалостной жаре Ослепляющего еще двадцать один день. Три недели. Срок, кажущийся целой вечностью.
* * *
Позднее так и не было установлено, кто же допустил ошибку, ценой которой стали несколько десятков человеческих жизней. Возможно, вина лежала на одном из чересчур увлекшихся волшебников, или же один из подмастерьев любопытства ради решил проверить свои таланты. Некоторые считали, что причиной этой катастрофы был неосторожный солдат, подошедший слишком близко, несмотря на прямой приказ не приближаться к узлу.
Вполне вероятно, что определенная часть вины лежала на Видане, измученной недосыпанием и не обратившей внимания на нарастающую нестабильность уродливого узла.
В тот день все началось как обычно. Волшебники вновь принялись окутывать сгусток древних сил тоненькими жгутами магии. Подмастерья рылись внутри древних стен, надеясь разыскать среди развалин хоть что-то ценное. Солдаты патрулировали местность. А Видана, склонив голову, дремала в тени соседнего валуна, и ее вновь одолевали видения...
Четыре огонька сегодня полыхали особенно ярко.
Незримый узел спутанных заклинаний дрогнул. Затрепетали сплавившиеся в хаотичное месиво заклятия, медленно расползаясь. С приглушенным хлопком лопнула окутывающая омерзительный сгусток сетка защитных заклинаний.
В небесах вспыхнули и начали медленно разгораться язычки темного пламени. Сгусток потерял равновесие и распадался.
Громко завопили испуганные подмастерья. Застыли как изваяние волшебники, всеми силами стараясь предотвратить надвигающуюся катастрофу. Вскочила на ноги ошалело озирающаяся по сторонам Видана.
С оглушительным ревом сработали некоторые засевшие в беспорядочных переплетениях эфира заклинания. Полыхнула ослепительная вспышка. Дрогнула земля.
И первый же удар с какой-то презрительной легкостью расколол тщательно установленный щит, обрушившись на головы тех, кто потревожил вековой покой древнего сгустка. В ужасе вопящие человеческие фигурки разлетелись во все стороны.
Узел лопнул. С непередаваемым ревом пронеслась по склону горы взрывная волна. Незримые щупальца хлестнули по камням, дробя их в песок и превращая жалкие остатки древних стен в груды мелких обломков. Созданные в далеком прошлом заклинания разлетелись по волнам магического эфира, наконец-то обретя свободу и выискивая себе цели...
Исполинской силы удар заставил содрогнуться весь мир. Беспорядочно вспучились поврежденные взрывом узлы Сети. И даже по вечным просторам Бездны слабыми волнами пробежала рябь.
А потом к древним руинам вновь вернулась тишина, но уже совершенно другая. Безжизненная.
* * *
Денгар устало вздохнул и поморщился. Запах от стоящего на столе флакончика с эликсиром исходил просто непередаваемый. Но это омерзительное варево, вполне возможно, было именно тем, что нужно.
- Ну что ж, давайте попробуем. - Денгар повернулся к почтительно внимающему подмастерью. - Принеси подопытную мышь.
- Да, господин.
Клетка с маленькой серой мышкой была водворена на середину заваленного ворохом бумаг стола. Денгар задумчиво кивнул...
Очутившись в большом стеклянном ящике вместе с десятком Кибадских муравьев, мышь с писком заметалась, а потом забилась в угол, не сводя бусинок глаз с медленно приближающейся смерти. Неспешно шуршали по сухим листьям, устилавшим дно ящика, многосуставчатые ноги. Муравьи приближались.
- Будь готов вытащить мышь оттуда, прежде чем эти твари распотрошат ее.
