— Что случилось?
И потому, что Одра беззаветно любила Фрэдди и беззаветно ему доверяла, она рассказала все, что знала. Фрэдди выслушал внимательно и серьезно. Рассказ не занял много времени; когда она закончила, еще продолжали хлопать двери и с автостоянки доносился шум моторов.
Некоторое время Фрэдди молча смотрел в окно. Затем он повернулся к ней.
— У него что, нервный срыв? Одра покачала головой.
— Нет. Не похоже. На него не похоже. Она сглотнула и добавила. — Может быть, тебе самому надо было это увидеть. Фрэдди криво улыбнулся.
— Ты должна понять, что взрослые люди редко чувствуют себя обязанными перед обещаниями, данными ими в детстве. Ведь ты читала произведения Билла, ты знаешь, как много в них посвящено детству, и в этом их большое достоинство, несомненно. Все написано очень толково. И сама мысль, что то, о чем он забыл, случилось с ним снова абсурдна.
— А как же шрамы на руках? — спросила Одра. — У него их никогда не было раньше. До сегодняшнего утра.
— Чепуха! Просто до сегодняшнего дня ты их не замечала. Она беспомощно пожала плечами.
— Я бы заметила.
Тем не менее она видела, что он не верит.
— И что дальше? — спросил ее Фрэдди, но она была в состоянии лишь покачать головой. Фрэдди зажег другую сигарету от тлеющего конца предыдущей. — Нам осталось снимать четыре недели, а твой муж где-то в Массачусетсе…
— В Мэне…
Он махнул рукой.
— Все равно. Как ты будешь работать без него?
— Я…
Он наклонился к ней.
— Ты нравишься мне, Одра. Очень. И мне нравится Билл, даже несмотря на это недоразумение. Я думаю, мы сможем все устроить. Если нужно подчистить сценарий, то я могу это сделать. В свое время я внес немалую лепту в такого рода работу, Бог свидетель… Если ему что-то не понравится, придется пенять на самого себя. Я обойдусь без Билла, но не могу обойтись без тебя. Я не могу допустить, чтобы ты сбежала в Штаты вслед за мужем, и попытаюсь заставить тебя работать на полную мощность. Сможешь?
— Я не знаю.
— И я не знаю. Но я хочу, чтобы ты кое о чем подумала. Какое-то время мы сможем держать все в тайне, может быть, до перерыва в съемке, если ты добросовестно будешь выполнять свою работу. Но если ты уедешь, то умолчать об этом уже не удастся. Я могу где-то облажаться, но по натуре я не мстительный человек и не собираюсь заверять тебя, что если ты уедешь, я позабочусь о том, чтобы ты никогда больше не работала в кино. Но тебе следует знать, что твоя репутация темпераментной женщины может пристать к тебе до конца жизни. Это я тебе говорю, как твой старый добрый дядюшка. Ты не обижаешься?
— Нет, — апатично ответила она. По правде говоря, ей было на все наплевать. Она думала только о Билле. Фрэдди был достаточно милым человеком, но Фрэдди не понимал ее; при последнем разговоре стало ясно, что хороший он человек или нет, но он думает только о том, что будет с картиной. Он не видел выражения глаз Билла… и не слышал, как он заикается.
— Хорошо. — Он встал. — Продолжай играть со мной в кошки-мышки. Хочешь выпить?
Она покачала головой.
— Выпивка нужна мне сейчас в последнюю очередь. Я собираюсь домой и думаю, что все решено.
— Я вызову машину, — сказал он.
— Не надо. Я поеду на поезде.
Он пристально посмотрел на нее, положив одну руку на телефон.
— Я верю, что ты едешь только ради него, — сказал Фрэдди, — и я говорю тебе, что ты совершаешь серьезную ошибку, девочка. Ему шлея под хвост попала, но внутри у него все в порядке. Он встряхнется и придет в норму. Если бы он хотел взять тебя с собой, он бы так и сделал.
— Я еще ничего не решила, — сказала она, хотя на самом деле уже решила все, решила все до того, как за ней утром заехала машина.
— Будь осторожна, — сказал Фрэдди. — Не делай ничего, о чем будешь потом жалеть.
Она почувствовала, что он потерпел серьезное поражение, когда потребовал от нее, чтобы она уступила, дала обещание, занималась своим делом, спокойно ждала, когда вернется Билл… или снова исчезнет в дыре прошлого.
Она подошла к нему и тихонько поцеловала в щеку.
— Увидимся, Фрэдди.
Она отправилась домой и позвонила в британскую авиакомпанию. Она сказала служащей, что хотела бы попасть в небольшой городишко в штате Мэн под названием Дерри, если это возможно. Пока женщина проверяла данные компьютера, было тихо… а потом, как гром среди ясного неба: самолет британской авиакомпании, рейс 23, с остановкой в Бангоре, менее чем в пятидесяти милях оттуда.
— Вы будете заказывать билет, мэм?
Одра закрыла глаза и увидела словно высеченное из камня очень доброе, очень честное лицо Фрэдди и услышала его голос: Будь осторожна, девочка. Не делай ничего, о чем будешь потом жалеть.
Фрэдди не хотел, чтобы она уезжала, Билл не хотел, чтобы она уезжала; почему же ее сердце подсказывает ей, что она должна ехать? Она закрыла глаза. Господи, я чувствую себя такой замученной…
— Мэм? Вы еще на проводе?
— Буду заказывать, — сказала Одра, но потом заколебалась. Будь осторожна… Может быть, после сна она откажется от этого; между ней и этим безумием проляжет расстояние. Она стала рыться в кошельке в поисках карточки «Америкэн экспресс».
— На завтра. Первым классом, если есть, но я возьму любой. — Если я передумаю, то отменю полет. Это возможно. Завтра я встану со свежей головой, и все станет ясно.
Но утром ничего не стало ясно, и ее сердце продолжало громко подсказывать, что надо ехать.
7
Самолет приземлился в Бангоре в 7.09 по европейскому времени. Одра была единственной пассажиркой, которая летела с пересадкой и остальные смотрели на нее с некоторым недоумением, точно удивлялись, как кто-то может променять этот райский уголок на что-то другое.
Она забрала свой простенький одноместный багаж, который казался таким одиноким на ленте транспортера, и подошла к павильону проката автомашин, в который через час после нее зайдет Том Роган. Ей повезло больше, чем ему: в салоне проката оказался «Датсун».
Десять минут спустя Одра уже ехала по дороге, напоминая себе на каждом перекрестке, что если она забудется и повернет налево, то ее придется соскребать с асфальта.
И пока Одра вела машину, она поняла, что сейчас была напугана, как никогда в жизни.
8
То ли по иронии судьбы, то ли из-за простого совпадения, которые иногда случаются в жизни (а чаще всего в Дерри), Том снял номер в «Коала Ин» на Джексон-стрит, а Одра остановилась в «Холидей Ин»; эти два мотеля находились совсем рядом, а их автостоянки разделяла лишь бетонная плита. И случилось так, что взятый напрокат «Датсун» Одры и «ЛТД», который купил Том, оказались припаркованными нос к носу, и разделяла их только дорожка. Сейчас оба спали. Одра тихо на боку, Том Роган — на спине, громко храпя и шлепая распухшими губами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
